Страница 45 из 50
Глава 32. Надувной матрас и извинения
Парой дней позже Альва собралась с духом и пошла в секретариат забрать новый планшет.
Когда господин Петрулла наконец вручил ей устройство, она не поверила своим глазам. Планшет был в чехле. В огромном, дутом, прорезиненном чехле яркого, конфетного цвета. Если бросить такой планшет на пол, он отскочит вверх, как мячик-попрыгунчик.
– Это что ещё такое? – спросила она.
– Это защитный чехол. Он в обязательном порядке прилагается к четвёртому планшету. Такое правило, – обиженно объяснил господин Петрулла.
– Но ведь ещё никто в истории школы не ломал столько планшетов, – заметила Альва, уныло разглядывая новый прибор. Он походил на надувной матрас для плавания.
– Да. Поэтому я вынужден ввести это правило специально для тебя, – заявил господин Петрулла. И с некоторым удовлетворением добавил: – Оно попадёт в устав школы как правило четвёртого планшета имени Альвы Шрёдер.
– Правда? – переспросила Альва, не веря своим ушам. Впрочем, это было бы вполне в духе господина Петруллы.
– Это ещё не точно, – признался господин Петрулла, но я наверняка сумею убедить в этом директора Францена.
И в эту же секунду распахнулась дверь, ведущая из секретариата в директорскую.
– Господин Петрулла, вы не могли бы… – заговорил директор Францен, но, заметив племянницу, прервался. – Альва? Ты очень кстати! У нас тут новая ученица. Покажешь ей остров? – спросил он, махнув рукой. Альва вошла с ним в кабинет.
– Мы ещё не закончили! – прошипел ей вслед господин Петрулла.
Альва вспомнила свой первый день в школе. Тогда Мала провела её по острову и всё показала. А теперь её очередь провести такую экскурсию. Как здорово!
– Добрый день, – поздоровалась она с мужчиной и женщиной на диване. Оба приветливо кивнули. Сидящая рядом темноволосая девочка повернулась к ней. Это была Юлия.
– Привет, – сказала она с улыбкой.
– Что там у вас насчёт пикника? Уже начался? – поинтересовался директор Францен.
– Пока готовимся. Ребята носят на пляж всё необходимое, – ответила Альва. Тут ей пришла идея. – А можно Юлии пойти с нами на праздник? – спросила она.
Директор кивнул. Очевидно, он и сам собирался предложить что-то в этом духе. Родители Юлии тоже не возражали.
– Как здорово, что ты будешь учиться с нами в одной школе, – сказала Альва. Они вместе с Юлией шли через площадь перед мини-дворцом. Там уже успели всё починить.
– А я вот не знаю, не слишком ли опасна для острова такая ученица, как я, – ответила Юлия, показывая на статую графа фон Доннерсберга. Её водрузили обратно на пьедестал, в фонтане опять журчала вода, а на клумбе цвели заново высаженные цветы. Всё выглядело так, будто ничего и не произошло.
– Не беспокойся, – успокоила её Альва. – Этот остров и не такое выдерживал.
Юлия неуверенно посмотрела на неё.
– Директор Францен сказал то же самое, – ответила она, чуть помедлив.
Альва хорошо помнила сомнения, которые одолевали её саму в первый день, и ужасное чувство, что ей никто не в силах помочь.
– И он прав, поверь, – заверила она Юлию, ободряюще улыбнувшись.
Они шагали напрямую к воротам. На полпути им встретились Тилль и Йонас, которые тащили на пляж стопку пледов для пикника. Издали казалось, будто на шее у Йонаса намотано фиолетовое боа.
– Снова перья наросли? – удивилась Альва. – И что же говорит на этот счёт твой тренер таланта?
В последнее время признаки превращения у Йонаса никогда не исчезали полностью. На голове у него постоянно росло множество бирюзовых перьев, а на руках пробивался розовый пушок.
– Говорит, что я не должен сопротивляться, – угрюмо пробормотал он.
– А ты хотя бы знаешь, во что превращаешься? – поинтересовалась Альва, потому что таких птиц ей видеть ещё никогда не доводилось.
– Видимо, в пернатую конфетную лавку, – пожаловался Йонас.
Тилль подбодрил друга.
– Но может, это будет летающая конфетная лавка!
Казалось, эта мысль Йонаса обрадовала.
– О да, это было бы классно! – широко улыбнулся он, и оба пошли дальше.
Альва издалека показала Юлии здание школы, спортзал и дома.
– Там, подальше, общежитие номер семь. Там живу я. В каждом общежитии есть свой воспитатель или воспитательница. А вон там…
Но тут девочкам под ноги камнем упало что-то чёрное. Юлия с визгом отпрыгнула. В следующую секунду, немного отойдя от испуга, Альва узнала в распластавшемся на гравии существе Родриго.
– О нет, бедная птичка! Что с ней такое? – разволновалась Юлия.
Родриго чувствовал себя в своей стихии. Изображать потерпевшую крушение ворону было одним из его коронных номеров. Он принялся тяжело хрипеть, разевая клюв.
– Талант, достойный лучших мировых сцен, – скептически проворчала Альва. От её внимания не ускользнуло, как он то и дело приоткрывает глаз, подглядывая за их реакцией.
– И как ему помочь? – спросила Юлия.
– Никак! – сказала Альва и перешагнула через Родриго. Чудесным образом хрип стал ещё громче. Теперь он уже напоминал удушливый кашель.
– Ну неужели мы совсем ничего не можем для него сделать?
Юлия с сочувствием разглядывала ворону, которая по-прежнему дёргалась поперёк дороги.
– Единственное, чего ему не хватает, – это письменных извинений. А их он не получит, пока ведёт себя так отвратительно! – раздражённо объяснила Альва.
На лице Юлии читалось полное недоумение.
Впрочем, Родриго тут же вскочил:
– Договорились! Письменные извинения! Ты только что пообещала!
Прокаркав это, он упорхнул прочь.
Юлия снова испуганно отшатнулась.
– А я ведь готова была поручиться, что он действительно ранен, – заметила она, глядя вслед Родриго.
– Это да. Он отличный актёр, – согласилась Альва.