Страница 18 из 127
Глава 8
После очередной жёсткой тренировки он лежал на потёртой лежанке и собирал в голове факты, всё, что мог вспомнить из когда-то прочитанного, как инженер собирает механизм: деталь к детали, щёлчок к щёлчку. Руки работали отдельно от головы — привычка, выработанная ещё в цеху: пока мозг занят, пальцы разминают запястья, прокатывают каждый сустав, натягивают сухожилия. Левое запястье — три раза в каждую сторону. Правое — то же. Пальцы — по очереди, от мизинца к большому, сжать, подержать, отпустить. Тело занято привычным, голова свободна для главного.
И когда последний фрагмент встал на место, картина получилась такой, что хотелось рассмеяться или выругаться. Он сделал второе — мысленно, беззвучно, потому что стены слушали.
Кунь-Лунь.
Если объяснять просто — а Георгий любил простые объяснения, так как в механике простота означает надёжность, — то Кунь-Лунь это город. Но далеко не обычный, не из камня и бетона, а такой, который существует по другим правилам. Карман в ткани реальности: снаружи — обычный мир, горы, ветер, снег, а внутри — пространство, где время течёт иначе, где люди не стареют, где ци — энергия жизни, которую в обычном мире считают философией — работает как электричество в проводах. Реально, осязаемо, полезно. «Карман в ткани реальности. Красивая формулировка. Я-то думал, карманы только в кошельке и в худшем смысле этого слова.»
Этот карман не всегда на одном месте. Он «пришит» к Земле, но не намертво: раз в несколько лет — в одних источниках раз в десять, в других раз в пятнадцать — отверстие кармана открывается, и город появляется в горах Тибета, в реальном хребте Кунь-Лунь, протяжённостью больше трёх тысяч километров. Один день. Потом снова исчезает в своём измерении, и найти его можно, только если знаешь, где и когда ждать. «Окно открыто один день. Опоздал — жди следующий цикл. Интересно, а иммиграционная служба в курсе?»
Пальцы перешли на правую руку. Сжать, подержать, отпустить. Мизинец, безымянный, средний. Голова работала.
Дакен накидывал вводные данные в голове, как привык это делать ещё будучи инженером Георгием. Есть объект, который появляется в известной точке с известной периодичностью. Есть ограничение по времени — окно открыто ограниченно. Есть препятствия между тобой и точкой появления. Задача: оказаться в нужной точке в нужный момент. Это не вопрос везения. Это вопрос расчёта.
Но расчёт — позже. Сначала — понимание.
Кунь-Лунь был основан не людьми. Миллион лет назад — цифра, которую мозг инженера отказывался всерьёз воспринимать, но в этом мире она была такой же реальностью, как гравитация, — корабль инопланетян потерпел крушение в карманном измерении. Варп-двигатель — движитель, искривляющий пространство — создал разлом между этим карманом и Землёй. «Варп-двигатель. Гнёт пространство. Я в теории знаю, как это должно работать — искривляешь пространство перед собой, сжимаешь, проскакиваешь. На практике у нас в цеху и обычный двигатель гнёт, если не следить за моментом затяжки.» Сто выживших построили город из обломков корабля. Они не знали, что их центральный зал — это внутренность судна, и их потомки тоже не знали. Ты живёшь в доме и не помнишь, кто клал фундамент.
Город был одним из семи. Семь Небесных Столиц — семь карманных измерений, привязанных к Земле, каждая со своим народом, своими законами и своим чемпионом. «Семь Небесных Столиц. Хорошее название для жилого комплекса от застройщика-мошенника. "Семь Небесных Столиц" — клубный дом бизнес-класса, подземный паркинг, вид на карманное измерение.» У Кунь-Луня чемпионом был Железный Кулак — воин, который победил дракона Шоу-Лао и погрузил руки в его расплавленное сердце, получив способность концентрировать ци в кулаке, делая его подобным вещи из железа. Удар Железного Кулака пробивал сталь. Не метафора. Буквально. «Дракон Шоу-Лао. Срубить дракона, сунуть руки в его горящее сердце — и получить кулак, который пробивает сталь. Звучит как инструкция к станку, у которой потеряли страницу с техникой безопасности.»
Большой палец. Круговые движения. Левая рука.
Но это было внешнее. Для Георгия — для того слоя, который думал и считал, — важнее было внутреннее. Кунь-Лунь учил контролю над ци. Не тому, что «Пальцы» Руки украли и извратили. Не ритуалам с холодным огнём, не воскрешению мёртвых, не иллюзиям, подменяющим реальность. Кунь-Лунь учил настоящему: как энергия жизни течёт через тело, как её направлять, как ею управлять. Это было не мистикой. Это было технологией — просто технологией, которую наука его мира не знала, как когда-то не знала электричества.
«Миллион лет. Я работал с узлами, которым по двадцать, и те считались ветеранами. А тут — миллион. Всё, что я мог собрать, рассыпалось бы в порошок. А город — стоит.»
Все эти детали в голове начали складываться в схему: Рука и Кунь-Лунь были связаны. Не союзом — наоборот. Пять учеников Кунь-Луня когда-то извратили учение: они хотели использовать ци не для жизни, а для бессмертия. Для власти. Их изгнали. И они стали пятью Пальцами Руки. Александра, Мураками, Сованде, Гао, Бакуто — имена, которые дальше будут проблемой. Значит, имена нужны. Отметил. Запомнил. Они ушли, но не забыли. Веками Рука пыталась найти дорогу обратно в Кунь-Лунь, потому что там, в карманном измерении, время течёт иначе, и тот, кто вернётся, сможет жить почти вечно.
Была ещё одна деталь, которая лежала отдельно — назначение пока не определил. Лэй Кун. Громовержец. Бессмертный мастер боевых искусств, который тренировал каждого Железного Кулака на протяжении миллиона лет. «Лэй Кун. Громовержец. У нас на базе был Громовержец — Серёга из артдивизиона. Тоже вечный, тоже орал. Но драконов не побеждал, насколько я помню.» Не бог — человек, который перестал стареть и научился всему, чему можно научиться. Если он жив — к нему. Если нет — к кому-то другому. Но это — потом.
Пальцы переплели, вывернули, хрустнули. Левая кисть. Правая. Тело гудело после тренировки, но гудело ровно — не боль, а усталость, знакомая, рабочая. Хорошая усталость. Та, после которой завтра будешь сильнее, а не сломан.
И вот тут всё в голове разложилось по папкам, и из аналитики полезло живое, тёплое, неудобное.
Беги.
Прямо сейчас. Не жди, пока тебя возьмёт ихний демон Зверь за жопу. Беги. Сейчас. Сегодня. Завтра. При первой же возможности.
И второй голос — насмешливо-холодный, выверенный — инженерный:
Куда.
Кунь-Лунь. Тибет.
Ты знаешь, где Тибет относительно тебя?
Нет.
Ты знаешь, где ты?
Нет.
Ты знаешь, когда откроется портал?