Страница 40 из 121
Вдовствующая королева, несмотря на иммунитет её статуса, была лишена права вмешиваться в жизнь дворца. Ей полностью был заменён весь штат слуг, которых лично назначила Её Величество. И Вдовствующей королеве было запрещено покидать территорию её дворца до особого распоряжения.
— Моя госпожа, это дама Чхве, позвольте войти?
Королева сидела на маленькой подушечке, а Шин Мин Су, как когда-то в юности, расчёсывала ей её длинные волосы, ниспадшие почти до пояса.
— Дон Ю, что-то случилось?
— Ваше Величество, пришёл наконец ответ от моей матери.
— Читай то, что она ответила по моему вопросу.
— «На второй вопрос, доченька, отвечаю. Я прекрасно знаю и эту историю, и ту, о ком в ней говорится. Это моя лучшая подруга — дочь князя Юн, моя Га Ён. Когда собирали ягоды в лесу, её укусила гадюка, и она, не раздумывая, отсекла себе фалангу мизинца, разожгла китайской спичкой огонь, прижгла рану, перевязала её, и сама пришла домой. Все были восхищены её мужеством.
Потом она стала супругой князя Го, назначенного позже нашим губернатором. Во время вторжения варваров они были захвачены и увезены на север, где оба умерли от пыток через год. Их сын шесть лет назад сумел бежать, Его Величество вернул ему титул и все земли, сейчас он главнокомандующий пограничными войсками севера.
По поводу нефритового кольца — был полный комплект, состоявший из кольца, двух браслетов и серёжек из редкого байкальского тёмно-зелёного золотистого нефрита. Брошь была Сианьской работы с огромным голубым алмазом посередине. Это фамильные драгоценности рода Юн, передававшиеся по женской линии.
Да, я слышала, что у них была маленькая дочь, но она пропала во время сражения у моста Сангавон. Вернувшийся молодой князь пытался найти её следы, но так ничего и не нашёл. А почему ты меня об этом спрашиваешь? Появились какие-то сведения об этом ребёнке? Сообщи, если узнаешь. Целую. Твоя мама».
Сидевшие в кабинете женщины долго молчали. Шин даже прекратила расчёсывать волосы королевы. Потом последняя произнесла:
— Вот же как судьба повернулась.
— Ваше Величество, Вы расскажете об этом королю?
— Нет, давайте не будем. Дай мне это письмо, я уберу его в свои документы. Зачем нам бередить его и так не заросшую рану?
Я об этом ничего не знала, а жила своей жизнью отшельницы, иногда посещая в женской одежде столицу провинции. Не знаю зачем, но мне иной раз хотелось пройтись по магазинам, присмотреть себе какую-нибудь безделушку, новую одежду, что-то из румян или пудру.
Переодевалась я в найденной мною недалеко от города пещере, потом шла по горам с тюком и заплечной сумкой к себе домой. Вернувшись из очередного похода, когда уже сошёл снег и пошла к концу вторая зима в этих горах, я впервые столкнулась в моём лесу с охотившимися дворянами. Их было трое в сопровождении губернатора и шести слуг.
Я выцелила пасшуюся косулю и поразила её с дальней дистанции своей стрелой. Но когда я вышла из леса, то обнаружила у моей добычи двух мужчин, рассматривавших мою стрелу.
— Вы, двое, отойдите от моей добычи. Это моя стрела.
— Женщина? — изумлённо произнёс один из них, а второй передвинул поближе ножны с мечом.
Оба рассматривали меня. Я, как всегда, была в чёрном мужском костюме, с луком в руках и чёрным же колчаном за плечами. Шляпу я давно не носила, сменив её на купленный в городе головной убор степных женщин — широкая серебряная полоска, с которой свисали десятки тонких серебряных цепочек, закрывавших верх моего лица. Но сегодня было солнечно, и она опять покрывала мою голову. Низ был надёжно спрятан той самой повязкой с тигриным оскалом.
Я подошла к ним метров на двадцать и остановилась, видя, что они не собираются уходить:
— Господа, вам особое приглашение нужно или как?
— Девка, ты нам угрожать вздумала?
— Ты уверен, что я девка? А если нет? Обожаю ставить на место наглецов. У меня таких уже не один десяток у дороги прикопан.
Тут я не врала — за два года ко мне несколько раз забредали любители лёгкой добычи, но я не оставляла им никаких шансов. Снизу подошли ещё несколько человек, и среди них я узнала губернатора. Видя, что к ним приходит подмога, дворяне сделали ко мне несколько шагов.
— Ещё шаг, и стрела будет между глаз, — я вскинула лук. — Посмотрите на стрелу и её наконечник, я не шучу.
— Женщина, ты умеешь шутить? Да я…
Я спустила тетиву. Стрела сбила дворянину шляпу и, пролетев ещё метров двадцать, со стуком пришпилила её к сосне.
— Это был предупредительный выстрел. Следующий будет прямо в лоб. Мои стрелы таковы, что наконечник выйдет у тебя из затылка на половину длины стрелы, — я уже успела положить новую стрелу и натянула лук.
— Госпожа Пак Ю На, опустите лук, это мои гости, они просто не знают, кто Вы. Ради богов, не стреляйте! — губернатор, отдуваясь и вытирая пот, поднялся по склону и встал рядом с дворянами.
Я кивнула ему как старому знакомому, но лук не опустила.
— Господа, это её стрела. Я их прекрасно знаю, значит, эта косуля добыта ею.
— Значит, мы должны уступить какой-то…
— А ну помолчите! — раздался властный голос, и к нам поднялся высокий воин, почему-то показавшийся мне знакомым. Что-то неуловимое, я так и не поняла, что.
— Что тут произошло?
— Господин, я стреляла в эту косулю вон с той опушки, — я показала далеко вверх. — Но когда подошла её забрать, тут оказались эти два господина, которые решили присвоить себе мою добычу. Даже стали нарываться на конкретную порку.
— Как Вас зовут?
— Пак Ю На, я живу в этом лесу. Господин губернатор меня знает.
— Да, князь, она живёт на горе. И она уже убила почти два десятка бандитов, которые осмелились появляться в наших местах. И в начале этого года спасла мою жизнь. Местные жители её любят и уважают.
— Хорошо, я вас понял. Вы двое, извинитесь перед барышней, и немедленно. И мы уходим. Я жду, — последние слова князя прозвучали угрожающим тоном.
Оба дворянина поклонились в мою сторону и попросили прощения. Я не стала вредничать и ответила им церемониальным поклоном.
Когда они уже спустились ненамного, я внезапно крикнула:
— Князь, мы нигде не могли раньше встречаться?
— Нет, госпожа, я впервые приехал в эти края и направляюсь в столицу. Да и… Ладно, забудьте. И ещё раз прошу прощения за своих дворян.