Страница 31 из 121
Глава десятая
Я немного опоздала к завтраку, поэтому обе служанки уже приканчивали утреннюю кашу с курочкой. Я села и молча, с осуждением, уставилась на обеих. Мин Су отложила в сторону палочки:
— Что случилось? Ты чего нас буравишь своим возмущённым взглядом?
— Вы что, не могли мне тогда сказать, что мой господин в синем — это король?
— Да, не сказали. А если бы сказали, это что-то бы изменило?
— Да, изменило бы. Я бы вчера не подралась с ним и не сидела бы у него на груди.
Мин Су откинулась на спинку стула, а у На Ён сначала из рук выпали палочки, а потом изо рта — каша. Обе ошарашенно смотрели на меня. Я рассказала про вчерашнее, опустив последующую беседу с королём.
— Дама Мин там была? — встревоженно спросила Мин Су.
— Да, она появилась, когда наш поединок уже закончился. Подняла гам и шум, меня собрались тащить в Трибунал, казнить — в общем, полный набор. Всё это продолжалось, пока король на неё не крикнул. И то мне показалось, что она всё время порывалась поступить по-своему.
— Правильно тебе казалось. Она — человек Вдовствующей королевы. А это значит, старая ведьма уже всё знает. Ён У, будь очень осторожна. Все остальные скопом ей в подмётки не годятся.
— И что мне теперь делать? А если бы предупредили, я бы ни за что не сделала того, что произошло вчера. Я бы сразу упала на колени, просила о милости и прочем. Но… Я не знаю, как мне сейчас жить. Я всего лишь два года назад была бесправной рабыней, за моей спиной никого, я сирота. Я же не маленькая, я всё понимаю.
— Ты думаешь, Его Величество захочет сделать тебя наложницей?
— Я видела его глаза — там всё было написано.
— Вдовствующая королева будет против.
— Я бы даже сказала, что очень сильно против, — открыла рот до сих пор молчавшая На Ён. — Она может пойти на любые, даже жестокие меры. И может так случиться, что ни король, ни королева не смогут ей помешать. Она сначала делает, а потом запирается у себя и сидит, пока всё не успокоится.
— И что мне теперь делать? Может, рассказать всё господину Ли?
— А он тебе как поможет? Вот с ней он точно не будет соперничать. За её спиной — всё вельможное старичьё. Могучие кланы, которые сами по себе и не входят ни в одну из партий. Она тогда приказала отравить родную мать нашего короля, и несмотря на возмущение министров, её никто не наказал — даже правивший король, его отец.
— Мин Су, сделаем так. Если с ней что случится — ты беги к королеве, а я к господину Лиму. Не просить помощи, нет — просто сообщить. Пусть они сами решают. К сожалению, мы никто, и жизнь наша не стоит в их глазах ничего.
— А мне что делать?
— Иди расскажи всё госпоже Лю и делай всё, что тебе положено по должности.
Управляющему я всё-таки рассказала о случившемся — ну не могла я от него это скрывать. Он стал очень серьёзным, а на следующий день приказал мне явиться к нему со счетами. Меня посадили в отдельную комнату с окном и сказали ждать. Неожиданно пришёл сам господин Лим.
Два дня подряд он диктовал мне тексты, цифры, я считала и подбивала баланс. Еду мне приносили прямо в комнату, туалет был тут же, в крыле здания, а вечером первого дня мне поставили там же кровать. Ночью Управление охранялось королевскими гвардейцами.
— А ты молодец, не задала ни одного вопроса, — резюмировал господин Лим. — Это говорит о том, что ты очень умная.
— Господин Лим, раз управляющий и Вы так поступили, значит, так нужно. Кто я такая, чтобы задавать вопросы? Если будет необходимость — Вы сами мне всё расскажете.
— Хорошо, сегодня уже можешь идти в отдел. Его Величество приказал мне передать тебе огромную благодарность за проделанную работу. И он восхищён твоей каллиграфией, как и я. После того, как комиссия закончит работу, Его Величество собирается тебя поощрить. Всё, можешь идти.
Но я ничего не стала рассказывать ни Мин Су, ни На Ён, ни тётушке Лю. Сказала, что переписывала под диктовку евнуха Лима секретные документы.
Вечером я переоделась и отправилась в тренировочный лагерь. Я надеялась, что король опять туда придёт, но он не появился ни в этот, ни в следующий вечер. А на третий день со мной случилось несчастье.
Я возвращалась с тренировки и уже почти подошла к арке, разделявшей королевскую конюшню с Водным отделом, как вдруг из кустов метнулась тень и на меня попытались набросить покрывало.
Я отбилась от двух нападавших, оказавшихся тщедушными юными евнухами, после чего на меня напал ещё один, постарше, попытавшийся нанести удар кинжалом прямо мне в лицо. Я успела перехватить его руку и отправила его через себя в полёт — спиной на каменные ступени.
Поднявшихся евнухов встретила серией ударов, сбила с ног, одного сбросила в колодец, а другого ударом головой об стену отправила в нирвану. Осмотревшись, увидела, что первый успел утонуть, а эти двое не подавали признаков жизни.
Я кинулась по лестнице вверх, выкрикивая имя Нам Му Ёля, но внезапно голова моя разорвалась на тысячи кусочков, и мир вокруг превратился в густую темноту.
В себя я пришла от толчков чем-то твёрдым в спину. Странное чувство, что меня куда-то везут. Я открыла глаза и поняла, что нахожусь в повозке, которую катят по неровной дороге. Руки и ноги мои были связаны, а рядом лежал ещё кто-то, почти придавив меня своим холодным телом. Покойник — страшная догадка осенила меня.
Через щели крышки мерцал отблеск факела, слышался говор, причём женский. Я пошевелила руками, изогнула кисть правой руки, зацепила пальцами рукоять кинжала, который с момента покупки был закреплён к предплечью левой руки, и он послушно скользнул в мою ладонь. Пригодился, мой миленький, не зря я его так с любовью оттачивала до бритвенной остроты.
Верёвки на руках я разрезала быстро, а вот чтобы согнуть ноги, нужно было как-то освободиться от придавившего меня тела. И я при каждом толчке повозки стала сама сталкивать остывшее тело к борту — получилось. После чего надвинула его на себя, зажала в руке рукоять кинжала и стала ждать.
Вот послышались мужские голоса и недовольный женский голос, который кому-то приказал укрепить факелы на повозке и снять крышку.
— Ты и ты, снимите быстро крышку. А ты, лучник, иди и перережь горло той, что лежит в повозке.
— Госпожа, нам приказали только выкопать яму под могилу. Зачем живую сюда-то везли?
— Болван! Чтобы стража на воротах увидела кровь? А так — две умершие служанки. Иди делай быстрее, а то сам не доживёшь до утра. А вы следом возьмите второе тело, его кинем поверх этой девки.