Страница 39 из 100
— Пленили. Взяли врагов. В лесу, который был не на вашей стороне. Это впечатляет. Особенно учитывая тот факт, что вы пулялись во все, что двигалось, не двигалось, притворялось мхом или выглядело как тень.
Часть зверолюдов, видимо, побывавших в плену, смущенно кивнула. У парочки из них я увидел подпаленную шерсть, да и запахом тянуло соответствующим.
— Один из вас пытался арканить куст, — добавил командир. — Второй связал дерево. Третий закричал на гриб. Но! — Он поднял указательный палец. — В итоге вы победили. Без потерь окончательных, с потерями моральными, но победа есть победа. А теперь к самому громкому и яркому событию за сегодня…
Кажется, даже я попытался стать меньше и незаметнее, хоть и не был участником тех памятных событий… Что уж говорить о тех, кто умудрился отличиться сегодня?
— Трое из вас вошли в легенду нашего лагеря как эльфы, что умудрились вызвать существо-полубога во время тренировочного учения, — сказал Торнваль, произнося последние слова с трепетным ужасом артиста, пересказывающего театральную трагедию.
Грим ухнул так, будто вынес обвинительный приговор.
— И ведь дух пришел не потому, что вы или лес были в опасности. А потому, что вы шумели! Потому что дымовая завеса тоже должна быть тихой! Духи леса терпят многое, но не вопли неопытных магов, которые не могут совладать с собственными ногами, падая на товарищей.
Зверолюды прыснули смехом. Один из них даже захлопал, но быстро затих под тяжелым взглядом Торнваля. После этого командир глубоко вздохнул, и впервые за все время его голос прозвучал искренне:
— И знайте… Я злюсь, ворчу, угрожаю увольнением в няньки, но вы сегодня сделали большой шаг вперед. Все. Каждый по-своему. Кто-то хитро, кто-то умно, кто-то… ну… громко. Но сделали.
Филин крылом ткнул командира в щеку, будто подталкивая завершать речь. Торнваль кивнул, будто соглашаясь с каким-то своим внутренним диалогом, и начал подводить итоги:
— В общем, сегодня мы увидели следующее: учения прошли, вы живы, лес не горит, дух ушел под землю, матерясь. — Он пару раз хлопнул в ладоши, обозначая аплодисменты. — Для нашего лагеря это превосходный результат. Запомните: вы учитесь не красоте дуэлей, а умению думать там, где думать уже поздно. Сегодня вы показали, что это возможно. Некоторые — лучше всех. Так что…
Командир оглядел всех уже отеческим взором, гд читалась гордость с обещанием устроить всем веселые деньки.
— Завтра отработаем ошибки, а сегодня отдыхайте. Обмазывайте ожоги, откапывайте свое достоинство из-под корней, возвращайте зверолюдам украденную честь.
Он повернулся уходить, пробормотав:
— И кто, скажите на милость, додумался захватить в плен дерево? Мне нужен отчет. Завтра. С утра.
Строй распустили, и эльфы разошлись по поляне, переглядываясь так, будто каждый из них только что пережил одновременно экзамен, дуэль и публичное чтение своих позорных дневников. Командир ушел к палаткам, а на его плече филин продолжал зыркать на всех, как прокурор, уверенный, что каждый здесь виновен. Ардаль стоял неподвижно, словно все еще был частью того земляного щита, которым спас фланг. Его уши все еще были красными от похвалы.
— Он меня похвалил… — растерянно пробормотал друг, глядя перед собой расфокусированным взглядом. — Это нормально?
— Нет, — ухмыльнулся я. — Это пугает. Вдруг ты теперь его любимчик?
Ардаль побледнел, как полотно и испуганно взглянул на меня, затем тяжело опустился на лежащий неподалеку камень, который будто сам собой подпрыгнул:
— Великое Древо, даруй мне сил и терпения…
Еще один счастливчик топтался как раз неподалеку от нас, рассеянно перекатывая в пальцах маленький огненный шарик, который периодически заполошно мерцал, передавая настроение хозяина:
— Я… никого не поджег, — с гордостью произнес Кайлон Арденсар, будто этот неоспоримый факт был вершиной его карьеры боевого мага.
Я же не удержался от подколки:
— И тебя за это похвалили!
— Да, — Кайлон надменно вскинул подбородок. — Возможно, я расту.
В этот момент его шарик внезапно вспыхнул и поджег сухую ветку, что валялась у него же под ногами.
— Я РАСТУ, Я СКАЗАЛ! — Огрызнулся Кайлон, торопливо туша пожар пяткой.
Мы с Ардалем дружно прыснули и, не сговариваясь, отошли от вспыльчивого товарища подальше, пока он не опрокинул все возложенные на него надежды командира. И наткнулись на обособленно кучкующийся неподалеку от палатки целителей первый отряд, вокруг них будто бы образовалась карантинная зона. Нам удалось услышать, о чем болтают наши доблестные «герои хаоса», что умудрились и похвалу получить, и остаться пристыженными.
— Ну и что, — сказал один из магов земли, почесывая ожог на локте. — Зато зверолюдов взяли!
— Ага… — другой, кажется, маг природы, указал на синяк под глазом. — Только кто объяснит командиру, что дерево связал я, потому что думал, что это оборотень?
— А куст? — вмешался третий, щеголявший голым перебинтованным торсом и повязкой на голове. — Ты схватил куст земляной ловушкой, трепал его и кричал, что он «слишком подозрительно шуршит».
— ЭТО БЫЛА ЗАСАДНАЯ СИСТЕМА ОПОВЕЩЕНИЯ! — Возмутился земляной, покраснев до самых кончиков ушей.
Из-за палаток прошел прошел зверолюд-волк, замотанный в бинты едва ли не по самые глаза, и, увидев первый отряд, инстинктивно втянул голову в плечи, спеша ретироваться к своим менее пострадавшим товарищам.
— Прикиньте, — громко прошептал он соплеменнику. — Эти эльфы страшнее нас. У них в глазах… хаос.
На этом моменте мы не удержались и громогласно заржали в голос, привлекая удивленные и обиженные взгляды. Да-да, тут все такие бедные побитые, а мы с Ардем от смеха уже держались за животы, периодически икая.
— Ну что, — спросил меня друг, чуть успокоившись и лишь сверкая улыбкой на раскрасневшейся физиономии. — Ты доволен сегодняшним?
— Да, — я согласно кивнул. — Было занимательно и где-то даже весело. По крайней мере… никто не попытался связать улей.
— Пока что, — мрачно вставил кто-то из магов первого отряда, которые слышали наш разговор.
Пчела, сидевшая у меня на рукаве, громко и возмущенно зажужжала, усиленно пытаясь жалить воздух, что вызвало у нас новый приступ смеха. Тем не менее, нас прервали.
— Великий Пчеловод Элранд Талонс?