Страница 45 из 69
— Тогда, те видения, что ты мне показала из прошлой жизни, – не могла я остановиться, – это же все только для того, чтобы оттолкнуть меня от Шейха, ведь так?
Неужели я это сказала? И по ее взгляду я увидела, что это правда.
— Но зачем ты тогда мне постоянно говоришь, чтобы я подчинилась ему, чтобы не сопротивлялась?
— Потому, что в противном случае ты умрешь, – изрекла она, – потому что, чем больше ты сопротивляешься, тем больше в нем будишь зверя, – она переняла инициативу, и уже ее руки держат меня за плечи, встряхивая с периодичностью мое тело. – Я видела, как он на тебя смотрит, и меня это пугает, потому что до того, как ты побывала у него в последний раз, Хамас не интересовался тобой вообще. Лишь только раз, когда ты чуть не погибла, но он это сделал, чтобы пометить тебя, чтобы ты уже никуда не смогла деться из гарема, чтобы в твоей душе не теплилась даже надежда на уход отсюда.
— Куда? – мне жизненно необходимо было услышать этот ответ на вопрос.
— К Зеленой Богине, к матери лесов и дриад, – она сглотнула. – Но, как я тебе уже говорила до этого, Шейх тебя не отпустит. Адамаск теперь твой дом.
— А может, мой персональный Ад? – слова слетели с моего языка помимо воли.
Халифа промолчала. Я развернулась и пошла одеваться, совсем портить настроение я себе уж точно не хотела. Медленно натягивая белую юбку, я постаралась переключиться на ощущения, что погасли внутри после откровений с Хадрой.
«Оля, она же ребенок, – внутренний голос все-таки начал меня пилить, – нужно было к ней отнестись с пониманием, а ты сразу в лоб».
Но, а как иначе, девочка не должна лелеять никаких надежд. И уж тем более, я не хотела ненароком, сделав, что-то не так, вселить в нее эту самую надежду. Пусть знает все и сразу. Не хочу лжи. И так ее достаточно. Вот еще когда откровенно поговорю с Халифой по поводу того, что я гостья в их мире.. Представила ее глаза, и мне стало смешно. Но, с другой стороны, они все обладают такими способностями, может она и сама уже догадалась, что я чужая.
— Ты слишком долго копаешься, – кальфе подошла сзади и помогла надеть лифчик, что шел в комплекте с юбкой. – Это тоже тебе, – она протянула мне переливающуюся разными камнями подвеску.
Я хотела надеть ее на руку, но она покачала головой.
— На ногу.
Я запуталась в ткани, но все же нашла щиколотку и защелкнула замок. Холодные камни приятно касались кожи. Я взяла те браслеты, что тоже были куплены на базаре, и украсила ими руки. Оглядела себя. Но разве этого достаточно?
— Халифа, а во дворце есть зеркала? – спросила я у женщины.
— Только в покоях шейх-вайлиде и у хадин.
Я непонимающе глянула на нее. Еще никак не запомню ранги, коими награждались женщины.
— В покоях Халисы, – пояснила кальфе.
— Стерва, – проворчала я себе под нос, – вот везде одно и тоже, что у нас, что здесь, везде стервы рулят.
— Что ты там бубнишь, Хельга?
Я натянула добродушную улыбку.
— Все, я готова, – а сама хмыкнула про себя. Неужто и правда?
Эти коридоры сведут меня с ума. Такие длинные и бесконечные, словно тоннели в лабиринтах минотавра. И вспомнился же мне этот фильм. По спине пробежался холодок страха и, опустившись куда-то в район копчика, разлился по ногам, делая их ватными.
— Халифа, почему в этих переходах так жутко? – не смогла я больше идти молча, меня это угнетало и давило, развеивая внутри весь настрой на встречу.
— Здесь есть потайные ниши, в которые вложено заклинание. Это оно угнетает твою волю, – она резко остановилась, и я налетела на нее.
«Да зачем же так?» – хотелось спросить у нее.
— Это потому, что ты чужая, – прошептала она, – потому, что, – она постучала меня по грудной клетке, – у тебя есть душа.
Она развернулась и пошла дальше. А я обомлела от такого заявления. Вот, значит, как, значит, все-таки догадалась. Зачем я открывала свой рот, зачем? Почему же я тогда не чувствовала этого в прошлый раз? Ведь я же была уже в этих коридорах. Но столько вопросов уж точно не способствуют желанному настрою. Я попробовала применить дыхательную гимнастику. Глубокий вдох и выдох. Когда же мы придем, наконец? Еще один вдох и выдох. Сердце сбивается с ритма, бежит быстрее, чем я переставляю ноги. Еще один глубокий вдох и выдох. Голова немного начинает кружиться, но внутри чувствую, как нежелательные эмоции выдавливает кислород, которым я заполнила легкие.
Еще один поворот, и вот он, коридор, золотая дорога к покоям Шейха. Пол выстлан красной дорожкой, внутреннее сияние стен делает освещение мягким и золотистым, что и подтверждает его название.
— Помни, что я тебе говорила, не сопротивляйся, – проговорила женщина, чем опять меня невольно разозлила. Надо с ней поговорить по этому поводу, но все потом.
— Завтра поговорим с тобой, – пообещала она и, дойдя до начала пути, остановилась. —Пусть Мать Богиня тебе поможет.
Я сделала
Шаг..
Второй..
Третий..
Дверь с каждым шагом все ближе и ближе, слуга неотрывно следит за мной, на лице не видно никаких эмоций. От этого я почему-то смущаюсь и чувствую себя не в своей тарелке. Делаю последний шаг и останавливаюсь перед тяжелой дверью.
— Господин ожидает, – слуга склоняет голову и открывает дверь.
Я делаю глубокий вдох и, задерживая дыхание, вхожу в комнату. Дверь за мной бесшумно закрывается, чувствую лишь легкий поток воздуха, что шевелит мои волосы, и те приятно щекочут спину.
Я пробегаюсь взглядом по комнате и останавливаю его на мужчине, что стоит возле окна ко мне спиной, делаю облегченный выдох. Передышка.
— Проходи, – хрипловатый голос доносится до моего слуха и тут же пронзает и так возбужденные до предела нейроны, они не желают сопротивляться этому наполненному до краев сексуальностью голосу. Я начинаю мелко дрожать и, сделав пару маленьких шажков, замираю на месте, вперив взгляд в его мощную спину. Мягкий свет, что бликами играл на ней, порождая причудливые узоры, вычерчивал все впадины и выпуклости мышц, спрятанных под оливковой кожей Шейха.
Я закусываю нижнюю губу до боли, так хочется подойти и провести по ней руками, почувствовать эту мощь, пропустить через свои пальцы внутрь. От этих мыслей внизу живота уже привычно начало закручиваться в тугой узел желание. Во рту пересохло, и я попыталась сглотнуть слюну, чтобы хоть как-то смочить горло.