Страница 53 из 62
Внезапно уехать к бабушке. Да еще и на целую неделю. Бабушка выглядела бодрой… Может, есть какие-то скрытые причины, о которых я не знаю? Мне вспомнился его тревожный взгляд. Мне было любопытно, что происходит, но, похоже, Юхён не хотел больше об этом говорить, поэтому я решила не расспрашивать. Когда придет время, сам расскажет.
87 дней до…
На следующий день я позвонила Юхёну во время обеда, но он не ответил. Сообщение пришло только поздно ночью.
Ёрым, здесь много дел, которые нужно уладить, так что я почти не смотрю в телефон. Не волнуйся, даже если не смогу отвечать. Увидимся на следующей неделе.
Хоть бы позвонил, всего лишь одно сообщение. И после этого Юхён целую неделю не брал трубку. Каждый вечер, как и в первый день, он присылал лишь СМС с просьбой не волноваться.
79 дней до…
Я разговаривала с Хечжи в комнате отдыха факультета, когда пришло сообщение от Юхёна.
Ёрым, я почти в универе. Не хочешь вместе поужинать?
От предвкушения встречи с ним у меня расплылось лицо.
– Уже пять. Пэк Ёрым, у тебя сегодня нет репетиции? Давай поужинаем вместе. Как насчет тонкацу? – спросила Хечжи.
– Прости, Юхён сейчас сказал, что подходит.
– То есть со мной ты ешь, только когда он занят? Мне обидно, – шутливо надулась Хечжи.
– Ну, мы же давно не виделись, войди в положение. А ты иди поужинай с парнем.
Я легонько шлепнула ее по руке, взяла рюкзак и пошла домой. Хотелось выглядеть красиво при встрече после долгой разлуки, поэтому я достала из шкафа белое платье.
Через полчаса я встретила Юхёна у главных ворот.
– Юхён, тяжело, наверное, было всю неделю? Выглядишь уставшим. И похудел вроде, – сказала я, беря его под руку.
– Наверное, вчера плохо спал. Похудел? Это плохо? – Он смущенно потер лицо.
– Нет, наоборот. Что будешь есть? Раз уж мы встретились после долгой разлуки, может, токпокки и пиво?
– Я хочу поменьше пить пива. Провел много времени в больнице и понял, что здоровье – важнее всего. Немного прохладно, не хочешь пойти поесть супа? – предложил он.
– Холодно? Тогда давай купим суп и пойдем ко мне.
Меня обеспокоило, что Юхён говорит о холоде даже в прохладном ветерке начала лета. Мне хотелось столько всего спросить после долгой разлуки, но на лице его лежала печать усталости.
– Ты выглядишь очень уставшим. Хочешь прилечь, отдохнуть?
– Нет, просто не выспался, ничего страшного. Если поела, может, прогуляемся?
– Хорошо. Только зубы почищу.
За то короткое время, пока я чистила зубы, он успел уснуть. Вечер был еще ранний, но я выключила свет и задернула шторы, чтобы он мог как следует отдохнуть. Я и гордилась им, и жалела его – он так заботится о бабушке, заменяя родителей.
Впоследствии Юхён часто оставался ночевать у бабушки. На следующий день после возвращения становился заметно молчаливее – то ли от физической усталости, то ли от душевной боли. Когда я говорила с ним, он часто смотрел в пустоту, рассеянно. А когда спрашивала о здоровье бабушки, отмалчивался, говоря, что все в порядке. Может, не хочет говорить о том, что его беспокоит? Для Юхёна бабушка – как родители, и мне тоже было больно за него.
59 дней до…
Первый день июля. Когда я поднялась по лестнице после репетиции, он уже ждал.
– Юхён! Ты долго ждал? Я немного задержалась, – игриво сказала я, беря его под руку.
– Нет, все нормально. Как прошла репетиция?
– Сегодня репетировали ансамбль. Оказывается, в роли Пэ Хисон есть и иное очарование. С другими актерами общаться и играть вместе тоже интересно. Когда репетируешь главную роль, всегда одна, и немного одиноко.
Он слушал меня и кивал.
– Юхён-оппа!
Я обернулась на капризный голос – сзади стояла Каыль.
– Помните, о чем я вас просила? Кажется, получится. У меня хорошо получается, знаете ли.
Она покосилась на меня и снова уставилась на Юхёна. Тот растерянно замялся, а Каыль воскликнула:
– Ах, какая же я растеряша! Забыла сценарий! – и быстро скрылась в репетиционном зале.
Прошло несколько месяцев, но я так и не смогла к ней привыкнуть.
– Юхён, о чем речь? Что ты ей пообещал?
– А, это… Понимаешь… Один старшекурсник сказал, что ему нравится подруга Каыль. Попросил меня устроить встречу. Вот я и обратился к ней. Ничего особенного.
– Почему мне не сказал?
– Да подумал, что это мелочь. Прости, если тебя это задело.
Я почувствовала легкий укол предательства оттого, что Юхён переписывался с Каыль. Но показывать обиду было бы себе дороже, поэтому я сменила тему. Сейчас, когда нам осталось быть вместе всего два месяца, не хотелось омрачать атмосферу неприятными разговорами.
– Нет, все в порядке. Пойдем к набережной? Жарко, хочется пива. Ты сегодня опять не будешь?
– Ага. Я сок выпью. Пошли.
Обижаться должна была я, но почему-то лицо Юхёна стало жестким. Мне хотелось спросить, в чем дело, только из-за непроницаемого выражения его лица не решалась заговорить.
Мы шли молча и вдруг увидели пустую баскетбольную площадку. То самое место, где в прошлой жизни лежали и слушали музыку.
– Может, передохнем здесь?
Он не ответил, я посмотрела на него – Юхён шел, опустив голову, рассеянно глядя себе под ноги.
– Ты меня слышишь? Что с тобой?
– А, прости. Задумался. Что ты сказала?
– Говорю, давай отдохнем. Давно не лежали, глядя на небо.
Мы положили рюкзаки под головы и легли в центре баскетбольной площадки. Облаков было много, звёзд не видно.
– Помнишь, как в день нашей первой встречи мы лежали на проезжей части в Деревне фресок? Ты тогда возмущалась, что мы легли прямо на дороге.
Похоже, к нему возвращалось хорошее настроение, и от этого стало легче.
– Да. С тобой я словно попадаю в другой мир. Особенно когда вот так лежим, глядя на небо.
Он достал из кармана желтый MP3-плеер и протянул мне один наушник. Из плеера, как всегда, лился «Дневник» Джейн. Он закрыл глаза и слушал. Я последовала его примеру, закрыла глаза – и отчетливо ощутила и голос Джейн, и легкое дуновение ветра.
Я хотела спросить о следующей песне, но, повернув голову, замерла. В его глазах стояли слезы. Мне стало так жаль Юхёна – он изо всех сил сжимал губы, пытаясь не заплакать. Что делать? Хотела спросить, что случилось, но вспомнила его слова: когда тяжело, лучше просто молча быть рядом. Поэтому осторожно взяла его за руку и снова закрыла глаза.