Страница 22 из 62
Сердце ухнуло вниз. Девушка? Значит, рядом с ним теперь кто-то другой.
После того комментария у меня началась бессонница, еда вставала комом в горле. Под глазами залегли темные круги, взгляд все больше тускнел. Однокурсникам я говорила, что теперь, на третьем курсе, надо учиться больше, и перестала ходить на посиделки и факультетские мероприятия. Вроде бы ничего особенного не случалось, но стоило подумать о Юхёне – наворачивались слезы.
«Я жалею о своих поступках прошлым летом. Зациклилась на том, что нельзя ранить парня, и в итоге сделала больно обоим. Ведь ты мне тоже нравился. С тобой все было хорошо. Почему же я не смогла быть рядом?
Я столько раз писала и стирала длинные сообщения, где пыталась сказать тебе все, что накопилось. Знала ведь, что нельзя. Знала, что моя очередь отойти в сторону. Но в моем шкафчике больше не было горячего шоколада, который ты оставлял. Моя клиника оказалась прямо под твоей съемной комнатой. Тетрадка с растяжками, что ты подарил, выцвела. Когда пью кофе, вспоминаю покемона, которого ты рисовал. В любимой кофейне играет Джейн. Я хожу по той же набережной, где мы гуляли. В моем дневнике слишком много записей о тебе».
Я всегда писала и стирала эти сообщения, но в тот день, словно повинуясь какому-то зову, нажала «Отправить». Мне показалось, если не напишу сейчас, случится что-то непоправимое. Как и ты когда-то, зная правду, не мог не говорить мне о своих чувствах.
Как ты? Вспомнила о тебе, вот и написала. Если тебе неприятно, прости.
Отправив сообщение, я швырнула телефон на одеяло, потом снова взяла, перевернула экраном вниз, открыла – и так снова и снова. Кляла свои пальцы: зачем только отправила? Закутавшись в одеяло, я грызла ногти в ожидании. И тут пришел ответ – без тени неловкости.
Давно не виделись, Ёрым. Мне не неприятно. Наоборот, рад слышать. Не хочешь встретиться в эти выходные? Я и сам думал тебе написать – есть кое-что, что хочу сказать.
Неожиданный ответ застал меня врасплох. Что это значит? Я понимала, что ответа не найду, и все равно вглядывалась в каждый уголок своей комнаты. Что еще за «кое-что»? И главное – он рад меня слышать, хотя я отталкивала его до самого конца.
Мы договорились встретиться в субботу в семь вечера. Я надела струящееся платье нежно-желтого цвета длиной до колен и направилась к набережной. Я знала, что у него девушка. И все равно в душе теплился один-единственный процент надежды на «а вдруг».
Там, как и прошлым летом, было много уличных музыкантов. Опадающие лепестки вишни и их голоса, поющие о любви, казалось, говорили мне, что надежда есть. Хотелось схватить Юхёна за руку, сказать «прости», попросить попробовать все сначала. Сказать: ты ждал, и я подожду.
Издалека показался он. Кажется, он тоже немного похудел, как и я. Я раздумывала, с чего начать разговор, а он высоко помахал рукой и окликнул меня:
– Ёрым!
Спросил, как я, как дела. Время разлуки было долгим, и прежней близости не чувствовалось, но, к счастью, и неловкости не было.
– Когда разговариваю с тобой, вспоминаю прошлое, – сказал он, словно погружаясь в воспоминания.
– А я вспоминаю только то, как плохо с тобой обходилась.
– Нет, что ты такое говоришь? У меня остались лишь хорошие воспоминания. Просто тогда я, кажется, думал только о своих чувствах. Если бы не заговорил с тобой тогда на автобусной остановке, ничего бы этого не случилось… Но я был так увлечен тобой, что не оставалось времени оглядываться по сторонам. Знаешь, даже после того, как мы расстались, я иногда приходил к твоему дому – вдруг случайно тебя увижу.
– Я тоже часто о тебе думала. Ведь клиника, куда я хожу, рядом с тобой.
Я не могла сказать, что думала о нем и днем и ночью, поэтому сослалась на клинику.
– Понятно. Хоть это немного утешает. А то я чувствовал себя покинутым, зная, что ты ушла к своему парню.
– …Юхён, я хочу тебе кое-что сказать. На самом деле я тебя…
От волнения губы пересохли. Я медленно выговаривала слово за словом, но Юхён, улыбнувшись, прервал меня:
– Ёрым, я знал, что ты в последнее время часто приходишь к зданию фармацевтического. Одногруппники говорили, что ты там бываешь.
Голова опустела, я не знала, что сказать. Стоит ли признаться, что я все еще люблю его? В этот миг колебаний Юхён, с немного посерьезневшим, но по-прежнему теплым взглядом, сказал:
– Вообще-то поэтому я и предложил встретиться. Чтобы сказать тебе, что у меня есть девушка… В следующем месяце мы с ней едем по обмену в университет в Канаде.
– А… Как хорошо, Юхён. Береги себя там, счастливого пути.
Я изо всех сил старалась говорить спокойно. Но губы, не слушаясь, мелко дрожали, на тыльную сторону ладони упали слезы. Я знала про девушку, но услышать это из его уст было мучительно и горько. Прошлым летом ему, проходившему через то же самое, было так же тяжело.
– Ага. Я надеюсь, ты тоже будешь счастлива. Наверное, после выпуска останусь там. Так что, скорее всего, мы видимся сегодня в последний раз.
От слов, что я больше не увижу его, снова навернулись слезы. «Пожалуйста, только не плачь. Слезы, не падайте», – кричала я про себя. И запрокинула голову, чтобы они не текли, но те, безжалостные, все равно заливали щеки. Он своей большой рукой вытер их. Когда его чуть шершавая рука коснулась моей щеки, слезы полились еще быстрее.
«Ты утешаешь меня, плачущую, говоришь: “Ты все такая же”. И смех, и плач – все по-прежнему, говоришь ты. Ты гладишь меня по голове и замечаешь, что волосы сильно отросли. Смогу ли я забыть такого теплого тебя?
Ты сказал, что совсем забыл меня. Что теперь я даже не прихожу тебе на ум. Что за время наших встреч ты отдал все, и у тебя не осталось сожалений. В отличие от тебя, я за время наших встреч многое скрывала и не могла отдать всю себя, и теперь меня переполняло сожаление.
Ты все так же красиво улыбался. Я всегда это чувствовала, но у тебя действительно прекрасный взгляд, который представляла целых полгода. Когда увидела его, сердце упало. Даже твои слова и поступки, которыми ты пытался заставить меня разлюбить тебя, были так дороги. Хотелось запомнить каждое слово, каждое движение, ничего не упуская. Я хотела запечатлеть в памяти все, но слезы застилали глаза, и меня это злило.
Так закончилась моя первая любовь. Наши пути разошлись во времени.
Если бы я тогда не была так одержима каким-то пустым чувством долга к парню, если бы была более честна с собственной любовью, если бы вместо того, чтобы оглядываться на других, сосредоточилась на наших с тобой чувствах – были бы мы счастливы?»