Императар? Стукай!

Глава 22

— Не поддавайтесь страху! Будьте сильными, мои воительницы! Смерть грязным ксеносам, угрожающим нашей галактике! За человечество! За Священную Терру!

Бесчисленные годы назад в одном из самых темных уголков Галактики бушевала разрушительная, кровавая война. Война, которую имперские архивы забудут по воле самого Великого Императора Человечества. Но те, кто прошел через нее… не забудут этого никогда.

Холодная, безжалостная война. Война, которая навсегда оставит шрам на человечестве. Война, заклеймившая как простых смертных, так и полубогов-примархов. Лион Эль'Джонсон никогда не сможет забыть того, что видели его глаза. Как и двое других примархов, сражавшихся рядом с ним. Хотя им, пожалуй, предстояло пронести в памяти кое-что иное. Ведь именно на Рангдане воля многих рассыпалась в прах… Как и их преданность.

Слухи оказались правдой, но, в конце концов, это были всего лишь… слухи. Лион Эль'Джонсон был не единственным, кого отправили сражаться за славу Империума в этих гибельных звездных системах. Плечом к плечу с ним шли Второй и Одиннадцатый легионы. Бастионы воинов и воительниц, которые потели кровью и харкали желчью от тех ужасов, что заставляла их видеть эта война.

Пока Лион Эль'Джонсон бросался на самые разрушительные силы рангданцев, Томоэ и её брат из Одиннадцатого зачищали планеты, которые Первый Легион оставлял за спиной. Их брат из Первого, казалось, впал в безумие, твердя, что только уничтожив лидеров врага, можно искоренить этот ужас из галактики. В его стратегии было рациональное зерно, но эта тактика стоила ему почти всего легиона… И даже большего.

Томоэ и примарх Одиннадцатого категорически отказались. Они не собирались поддерживать геноцидный план своего брата, но и бросать его одного в этом аду не стали. Два легиона вычищали миры, которые Первый оставлял позади, словно два водоворота, пожирающих всё на своем пути. Рангданские Ксеноциды стали кошмаром, равного которому не испытывал ни один Астартес, но настоящие проблемы только начинались.

На зловонной земле забытого мира Второй Легион столкнулся с неисчислимыми ужасами рангданских технологий. Абсолютными кошмарами, которые помнили только Лион и Томоэ, но о которых они не расскажут ни единой живой душе.

Уже несколько ротаций примарх Томоэ получала тревожные сообщения. Авангард Лиона Эль'Джонсона был неудержим, но он забирался всё глубже на вражескую территорию, его силы истощались, и двум другим легионам было физически невозможно поспевать за ним.

Хуже того, Одиннадцатый легион продвигался всё медленнее, а сообщения от её брата потеряли всякий смысл. Странные шифры… нелогичные перемещения… Это походило на действия существа, поглощенного безумием, а не примарха, сына Императора. Вишенкой на торте стало то, что уже более сорока восьми часов от Одиннадцатого легиона не было ни единой весточки. Какого дьявола там происходило?

Но Томоэ не могла себе позволить думать об этом. Ей нужно было сосредоточиться на врагах перед ней, иначе их просто сотрут в порошок. Одна ошибка — и всё кончено. Рангданцы обладали технологиями, абсурдными по своей мощи, сопоставимыми разве что с Темной Эрой Технологий человечества, и могли стереть её из бытия за малейшую оплошность. Но судьба распорядилась иначе. По крайней мере, не так, как ей бы хотелось.

Томоэ испытала огромное облегчение, услышав по воксу голоса подкрепления. Император прислал еще одного из своих сыновей и его легион для поддержки кампании. Кампании, которая спустя годы войдет в анналы истории как Рангданские Ксеноциды.

Примарх подняла взгляд и с облегчением увидела, как десантные капсулы прошивают атмосферу, оставляя за собой яркие огненные следы, озаряющие темные небеса этого проклятого мира. Шестой легион прибыл. Сыны Лемана Русса были здесь.

Космические Волки обрушились на поле боя как дикие звери, сполна оправдывая свое имя. Сыны Фенриса были рождены для войны, и резня была вписана в их ДНК, словно руны, высеченные в камне. Потребовались считанные минуты, чтобы объединенные силы двух легионов переломили ход битвы и завоевали превосходство, дав высшему командованию передышку.

Томоэ с радостью наблюдала, как Леман Русс сходит по аппарели транспортника. Она восхищалась владыкой Фенриса так, как мало кто другой. Леман был харизматичным. Простым во многих отношениях парнем, которому не составляло труда найти общий язык с кем угодно. В нём не было стоицизма Рогала Дорна или нарциссизма Фулгрима, а на его лице всегда сияла вечная ухмылка. Но только не в этот раз.

Как только Леман приблизился, сестра поняла: что-то не так. Было странно видеть примарха Шестого легиона таким подавленным. Он добела сжимал рукоять Хельвинтера, своего верного боевого топора. С лезвия оружия непрерывно капала кровь, но это была не кровь рангданцев… Это была кровь кого-то другого.

— Леман… — голос Томоэ дрогнул. — Что ты наделал?

Осознание той чудовищной правды, что слетела с уст брата, разорвало сердце Томоэ на тысячу кусков.

— Я сделал то, что мне было поручено, — ответил Леман.

— Но Леман… Он же был нашим братом. Как ты мог?

— Я лишь исполняю волю Императора. Пожалуйста… Томоэ. Прислушайся к Его словам и возвращайся на Терру, как приказывает отец.

Примарх Второго легиона не смогла сдержать слез от услышанного. Она знала, что отец не одобрял её участие в этой войне, но приказ бросить всё, за что она сражалась, наполнил её глубокой, обжигающей яростью. Как Император мог поступить так? Почему отец приказал Леману оборвать жизнь брата из Одиннадцатого? Почему?.. В её разуме просто не было ответов.

— Нет… — её голос прозвучал твердо, и Леман лишь тяжело вздохнул. — Я этого не сделаю.

— Томоэ, прошу тебя… Не делай этого.

— Я многим пожертвовала, чтобы оказаться здесь. Я не могу просто отступить и бросить всё на полпути. Мой легион прошел через ад, чтобы заслужить этот момент. Отец не имеет права отнимать это у нас. Мы не можем покинуть это поле боя. Мы не можем бросить Лиона.

Леман Русс всегда был мудрым, но его преданность Императору была слишком абсолютной. Настолько, что его собственная воля растворялась перед словами Владыки Человечества. И всё же он прекрасно понимал ситуацию.