Императар? Стукай!

Глава 18

В темной каюте имперского корабля великий воин с тяжестью в сердце слушал запись, восстановленную с последних минут жизни того, кого он когда-то называл братом по оружию.

Помещение было погружено во мрак, едва освещаемое тусклым светом свечей, которые казались совершенно неуместными для сорок первого тысячелетия. Холод пробирал до костей, оседая на керамитовых плитах черной силовой брони. И после последнего, тяжелого вздоха великий воин произнес свое последнее прощание павшему.

— Покойся с миром, брат Харагон. Я знаю, что Император простит тебя и высоко оценит твои долгие годы службы. Так же, как их ценю я. Надеюсь, свет священного Бога-Императора озарит твой путь.

Эта роковая война на мире Атен III стала трагическим событием для всего человечества. Миллионы душ были потеряны. Великие герои пали во имя победы перед лицом брутальной зеленой волны. Но всё же… новые маяки света, казалось, продолжали освещать путь этому умирающему человечеству.

Минута покоя маршала была прервана приближающимися шагами. В гробовой тишине стук военных сапог звучал громче обычного. Изношенные, потрепанные ботинки новых героев, которые подняли свое оружие во имя Империума.

— Полковник… Комиссар…

Исполинский космодесантник обернулся, глядя на двух людей, заслуживших его уважение в те роковые дни. Перед его глазами стояли те, кто прошел через кровавую мясорубку, а после падения капеллана Халдредда взял на себя контроль над всем полем боя. Теперь… воспетые в имперских хрониках как герои Империума на Атен III, они снова предстали перед ним.

Тайрон не изменил свою униформу Гвардии Крига, но многие знали о том, что произошло на тех мрачных северных равнинах. Появление орочьего титана застало все силы врасплох. Но благодаря огромным усилиям и стратегии полковнику удалось его одолеть, хотя победа потребовала его правую ступню в качестве трофея. Теперь, если прислушаться, можно было услышать скрип его металлического колена при каждом шаге.

Харрусу повезло чуть больше — Атен III забрал лишь часть его лица. Если быть точным… его подбородок. Комиссар, будучи практически новичком, возвысился над всеми после падения брата меча Харагона, возглавив отчаянное сопротивление против бесконечного врага. Но когда они уже считали себя покойниками, а нижняя челюсть комиссара была разнесена вражеским выстрелом, орки внезапно начали вести себя крайне хаотично… Словно их лидер вдруг исчез.

Видеть этого человека с разорванным ртом, харкающего кровью, было жутким зрелищем, но его пылающие яростью глаза доказывали его решимость не сдаваться. Это видели все. Солдаты Крига, Астра Милитарум и космодесантники Черных Храмовников. Все они видели его и прекрасно поняли его невнятные, булькающие слова… "За Императора". Его храбрость была настолько велика, что даже апотекарий Легиона снизошел до того, чтобы вылечить простого смертного… спасая его жизнь… и выражая свое уважение.

— Маршал… Мы получили приказы из Ультрамара. Моему подразделению и отряду комиссара Харруса назначена новая миссия, — произнес Тайрон.

— Понимаю… В конце концов… Эта крестовая поход уже подошел к своему завершению.

— О выживших орках больше ничего не слышно? Многие их корабли смогли уйти, — спросил Харрус. Его голос звучал гораздо более глухо и механически из-за новой лицевой протезики.

— Нет… С тех пор, как мы потеряли с ними контакт при их вхождении в Цикатрикс Маледиктум, мы потеряли любой их след. Теперь эти уродцы — проблема для тварей Хаоса.

Если бы здесь было больше людей, они бы, без сомнения, потеряли дар речи. Сам Маршал Вернер покинул свое кресло и встал прямо перед простыми смертными. Его внушительная фигура не излучала высокомерия или превосходства… только уважение и восхищение. Он не колеблясь вытянулся по стойке смирно, прощаясь с теми, кто к нему пришел. Ибо он знал: единственная причина, по которой Атен III всё еще стоит… Это воля этих двоих людей.

— Полковник Тайрон… Комиссар Харрус. Для меня было честью служить с вами в этом конфликте. Надеюсь, судьба улыбнется вам, а свет Императора озарит ваш путь во всех грядущих кампаниях. Для меня будет великой честью снова встретиться с вами как с братьями на поле боя.

Услышав столь внушительные слова, и полковник, и комиссар вытянулись в воинском салюте, не в силах скрыть свое восхищение перед такой величественной и почтенной фигурой.

— Честь была всецело нашей, маршал. Да озарит свет Императора ваши шаги, — ответил Тайрон.

— Я тоже надеюсь снова увидеть вас на нашей стороне, маршал. Нет… Я уверен, что так и будет, — добавил Харрус.

Даже сам Вернер не смог скрыть легкую, довольную улыбку. Этот молодой комиссар излучал очень своеобразную ауру уверенности, а тот, кто стоял рядом с ним, был весьма компетентным наставником и великим солдатом. Быть может… человечество всё еще способно сражаться даже без помощи Астартес. Только быть может… Но встретятся ли они снова… Это было известно лишь судьбе.

Тем временем… вдали от любых следов материального мира, Канан изо всех сил пытался подняться с мягкой травы, на которой покоилось его тело.

Глаза беловолосого орка с трудом адаптировались к резкой смене освещения. В отличие от дистопических варп-волн, в которых пресмыкался бог Слаанеш, в этом месте царила ясность, которой позавидовали бы многие райские миры, хотя на горизонте не было ни единого солнца, освещающего небеса.

Канан понимал, что всё еще находится в Имматериуме. Иначе он всё еще чувствовал бы боль от ран на своем теле… но здесь он не чувствовал ничего подобного… наоборот… Он ощущал необъяснимую умиротворенность… несмотря на огромного орка, который ждал его, скрестив руки на груди.

Именно тогда Канан устремил на него свой пронзительный взгляд, осторожно поднимаясь на ноги, стараясь не упускать его из виду, даже несмотря на то, что на лице гиганта сияла видимая улыбка удовлетворения.

Исполинский зеленокожий был ростом как минимум метров пятнадцать… а может, и больше. А его мышечная масса была поистине впечатляющей, особенно учитывая, что единственной его одеждой была набедренная повязка. Не то чтобы ему вообще была нужна одежда. И тогда… Колоссальный зеленокожий рассмеялся.

— Да… Об этом моя и говорил. У этого головастика есть дух. Сказал он, широко улыбаясь, что привело Канана в еще большее замешательство. Но его сюрпризы только начинались.