Миссия

— Верно, — согласно кивнул Григорьев, поправляя ремни, — да беда заключается в том, что он успешен с крупным мусором, вроде вышедших из строя спутников, а как быть с мелочью вроде гаечного ключа или обломка размером с монету? Именно они составляют большинство того, что вы сейчас видите. — Окинув взором пелену мусора, висящего на орбите, усмехнулся. — Прилети инопланетяне на лет десять позже, вполне возможно, этот проект стал бы неосуществим. Мы просто не смогли бы построить те две станции, — указал рукой на них и точки людей, парящих рядом с ней, — не говоря о том, чтобы перетащить на орбиту все модули, из которых создан наш корабль.

— Достижение человечества закрыло бы ему путь во Вселенную, — понимающе добавил Ву.

— Если по какой-то причине мы вымрем, то эти обломки спутников останутся подтверждением нашей цивилизации, что мы были весьма технически развиты, — произнёс Святослав. — Они могут кружиться на орбите тысячи лет, пока не сгорят в атмосфере.

В его сторону разом повернули головы.

— Да ты философ, — иронично высказался Роберт.

Мигнул главный монитор, показывая чёткое изображение Королёва и Скота.

— До чего волнительный момент, — голос русского учёного дрожал, а сам он буквально светился от счастья и понимания торжества момента. — Даже не верится, что мы выходим на финальную черту.

— До финальной черты ещё года два, — с неким суеверием в голосе произнёс Григорьев.

Королёв согласно закивал: — Верно, не будем гнать коней. Запуск назначен на завтра.

Скот, деликатно кашлянув, напомнил о себе: — Тут генсек ООН хочет выступить перед вашей отправкой, будет прямая трансляция на весь мир.

— Миру ещё интересен наш полёт? — Роберт посмеялся. — Я думал, нас считают шарлатанами.

— Есть такое, — Скот недовольно нахмурился. — На мнение людей имеют сильное влияние всякие тщеславные личности и просто обманщики. Не думал, что доживу до того дня, когда все на земле разом станут учёными и астрономами, да ещё специалистами в сфере контакта с инопланетянами.

— Жизнь всем даёт возможность самореализоваться.

На едкое замечание Роберта уже никто не обратил внимания.

— Осваивайтесь, свяжемся с вами перед запуском корабля.

Монитор погас.

— Предлагаю разойтись по комнатам, — предложил Григорьев.

— Я лучше проверю медицинское снаряжение, — Чан отцепил ремень и, оттолкнувшись от кресла, воспарил над ним.

— Я оборудование, — поддержал затею Дилип, следуя его примеру.

— Дельная мысль, — одобрил Григорьев, а Джексон поддержал её благостным кивком. — Остальным советую пока посидеть в комнатах, чтобы не мешаться.

Дмитрий, Роберт, Родриго, Святослав и Ву последовали прямому приказу. По умолчанию, Григорьев как самый опытный космонавт воспринимался командиром, хотя было достигнуто решение, что единоличного командира в экипаже быть не должно и все решения принимаются коллегиально.

Всё же, корабль имел небольшие отличия, есть нечто вроде наблюдательного пункта, а именно, купол для панорамного обзора из толстенного стекла. Для того, чтобы выйти на его площадку, необходимо взобраться по узкому лазу с частыми поручнями. Но сейчас он надёжно скрыт под своеобразными шторами.

Дмитрий вплыл в свою комнату, по внешнему виду ничем не отличается от тренировочного модуля на земле. Спальный мешок, пристёгнутый то ли к полу, то ли к стене, а может и к потолку. Нечто вроде стеллажа с книгами, которые он выбрал, и мешок с вещами, простой домашней одеждой. Поразмыслив, Дмитрий пришёл к правильному выводу, что стоит остаться в комбинезоне, раз завтра намечалось торжественное отправление к цели.

Дмитрий был уверен в том, что ему не уснуть, настолько эмоции переполняли разум. Мысли носились встревоженным осиным роем и постоянно сбивались и путались. В голове крутились сотни возможных вариантов, что с ними может быть в пути. В итоге не заметил, как тяжёлый сон сковал разум.

Проснулся от неприятного тычка. Голова упёрлась стену. Не заметив, как заснул, Дмитрий, разумеется, не успел пристегнуться, и в итоге тело свободно парило, пока головой не наткнулось в преграду.

Чёрт, досадовал мужчина, на такой простой вещи срезался.

В дверь постучали.

— Всё ещё спишь? — послышался голос Григорьева.

— Нет, — встрепенулся Дмитрий. — Уже готовимся к запуску?

В ответ приглушённый смех: — Ты в прямом смысле всё проспал, мы уже отправились.

— Что? — добравшись до двери, Дмитрий открыл её, увидев улыбающееся лицо члена команды.

— Да, — Григорьев сочувственно похлопал того по плечу. — Ты да Родриго просто вырубились, решили вас не будить, тем более, никакой прощальной вечеринки не было, да и сама церемония довольно скучна оказалась. Если так хочешь посмотреть, она сохранилась в записи для потомков. Так что можешь переодеваться.

На самом космонавте спортивный костюм синего цвета, на ногах Дмитрий никак не ожидал увидеть обычные шлёпанцы.

Заметив удивленный взгляд, Григорьев широко улыбнулся: — Это в фильмах мы постоянно должны быть в скафандрах, при полном обмундировании, реальность куда проще. Во всех своих экспедициях на МКС всегда одевался, так сказать, по-домашнему. Во-первых, это удобно, во-вторых, психологически расслабляет. Давай двигай в столовую, Дилип обещал торжественный обед по случаю начала нашей миссии.

После ухода товарища, Дмитрий, порывшись в мешке с одеждой, выудил из него футболку и спортивные штаны. Затем направился в столовую. Ему доставляло физическое удовольствие плыть по коридору, не касаясь ногами пола.

Он присоединился самым последним, приятный пряный запах защекотал нос. Тот же круглый стол, его место свободно.

— А вот и главный соня, — с сарказмом в голосе встретил его Роберт. — Тебе уже сообщили, что ничего интересного ты не пропустил? Хотя, если есть желание, могу вкратце поведать, о чём была речь.

— Давай, — примостился Дмитрий в кресло с синей дешёвой обивкой.

На Роберте военный комбинезон, со временем и от постоянной стирки заметно выцвел, но раньше имел серый цвет. Зато сохранилась потрёпанная эмблема рода войск.