Страница 16 из 75
Глава 6
Меня отрезвляет громкий продолжительный гудок, раздавшийся сбоку.
Черт! Очнувшись, нажимаю на газ, так как хвост колонны уже далеко уехал вперед. Меня всю трясет. Мысли в голове перемешиваются в фарш, впрочем, то же самое происходит с эмоциями и, чувствами. И стоит мне только подобраться к красным стоп-фарам впереди стоящего меня автомобиля, тут же набираю номер матери.
Родительница берет трубку незамедлительно.
— Доченька. Дочка, я.. Ты.. Игнат.. Боже! Ксюша! Игнат, он..
— Мама, – осаждаю истерический поток несвязной речи. – Я знаю, что Игнат забрал Киру. Он мне только что звонил.
Делаю судорожный вдох. Включаю громкую связь:
— Мам, я не буду заезжать. Сразу поеду домой. За Кирой.
— Ксюша, не надо. Игнат.. Я тебя прошу, возвращайся домой. Игнат не в себе. Как бы беда не случилась.
От ее слов у меня на голове волосы зашевелились:
— Что значит не в себе, мама?
Страх сжимает горло.
— Злющий, как зверюга. Но ты не подумай, дочка. Он Кирочку не обижал. С ней был ласковый и добрый. Я не думаю, что он ей причинит вред..
— Мама, хватит! О чем ты говоришь?! Все! Отключаюсь. Позже позвоню.
Тут же сбрасываю вызов и набираю номер мужа.
Каждый гудок, как будто острый нож по ране, который проходится по одному единственному порезу раз за разом.
Конечно же, я понимаю, что Игнат мучает меня. Делает все специально. Держусь из последних сил, чтобы не сорваться.
— Зачем звонишь? – слышу внезапно грубый голос мужа, когда уже не надеялась на то, что ответит.
— Я еду домой. Предупреди охрану, чтобы впустили меня, – умоляюще надрывно звучит мой голос.
— Ха-ха-ха, смеюсь в голос, – иронизирует Игнат. – Я тебе уже сказал, что в моем доме твоей ноги больше не будет. Ты циничная стерва, сыграла на моих чувствах. Я тебе этого никогда не прощу.
По тому, как меняется тон речи мужа прихожу к выводу о том, что он изрядно пьян.
— Игнат, сколько ты выпил? – следом задаю конкретный вопрос, без всяких прелюдий.
— А тебе-то что? – ухмыляется.
— С тобой моя дочь. И я переживаю за ее безопасность. Ты за рулем! У тебя вообще мозги поплыли?
— Не ори, – рявкает. – Я на такси – это раз, а второе – возвращайся в гостиницу. Ха-ха, можешь даже Аркашке позвонить. Он тебя утешит. Он в этом мастер.
— Ты больной придурок, Игнат, – срываюсь на крик.
— Ой, все. Хватит строить из себя бедную овцу. Не верю. На сегодня хватит концертов. За Киру не беспокойся, она в заботливых, приличных руках. Не то, что у ее матери.
И отключается. Шокированная, я не в состоянии трезво соображать, начинаю хаотично прокручивать в голове разные варианты, кто и как может мне помочь.
Кирочка. Доченька моя. Как же я беспечно поступила, оставив тебя одну? Боже мой! Если бы я только знала, чем это все закончится, то никогда.. Никогда бы тебя не оставила одну.
Глотая горькие слезы, набираю номер свекрови. Проходит лишь один гудок, и я, передумав, сбрасываю, тут же набираю Григорию Владимировичу. Свекор трубку берет не сразу:
— Алло, – сухо, по-военному отвечает.
— Григорий Владимирович, – всхлипывая, обращаюсь к мужчине. – Игнат.. Он у меня Киру забрал. Он пьян, Григорий Владимирович. Помогите мне. Я боюсь за Киру..
— Гриша, ты с кем разговариваешь?! – слышу отдаленный голос свекрови.
— Лиля, выйди. Мне по работе звонят, – скупо отвечает свекрови мужчина, я же сохраняю полное молчание, даже не дышу.
— Хорошо. А то мне Ксения звонила и сбросила. Что-то у нее там неладное творится. Как бы что не замыслила..
— Лиля?!
— Ухожу. Ухожу..
Глухой звук закрывшейся двери, как разряд тока в легкие. Делаю вдох.
— Ксения, – первым начинает говорить свекор. – Я с тобой сейчас разговариваю лишь потому, что за столько времени ты стала для меня, как родная дочь, но то, как ты поступила с нами.. Я не смогу после этого к тебе так же относится..
— Григорий Владимирович..
— Не перебивай, – осаживает меня грубо, но я не обижаюсь, привыкла к его такой манере общения. – За Киру не волнуйся. Игнат привезет ее к нам. Не знаю, что он задумал, но точно ничего дурного для девочки. Я за этим прослежу. И еще мой тебе совет, Ксения: не испытывай судьбу. Ты ее уже раз испытала. Обман выплыл наружу. Лучше бы тебе с Игнатом по-хорошему договориться. Я знаю своего сына. Он ни перед чем не остановится. И наказать тебя может так, что мало не покажется..
— Григорий Владимирович, – предпринимаю попытку сказать в свою защиту хотя бы пару слов. – Этот тест, он.. лживый. Кира – дочь Игната.
Скороговоркой, на одном дыхании, выпалила правду.
Между нами повисает тишина.
— Если это так, то пусть это послужит для Игната хорошим жизненным уроком. Еще раз повторюсь, за Киру не волнуйся. Она под надежной защитой. Разберитесь с Игнатом между собой, а ребенка не мучайте. Пусть побудет у нас..
– Но, Григорий Владимирович.. – зову, а в ответ слышу короткие гудки.
Меня нещадно мутит. Это кошмарный сон. Не иначе. В реальности подобное вряд ли может произойти!
Нет, я это так не оставлю. Включаю поворотник, перестраиваюсь. Если Игнат везет дочку к родителям, значит, и я там должна быть. Мне нужно попасть в крайний правый ряд, чтобы свернуть, но поток такой плотный, что приходиться в буквальном смысле подлезть под машину, чтобы не пропустить его. Водитель недовольно сигналит. Моргает фарами. А мне сейчас не до извинений. Жизненно сложная ситуация. Требует немедленных решений.
Обойдясь без жертв, мне, наконец-то, удается вклиниться в поток машин, движущийся в нужном мне направлении. Нехорошие мысли атакуют мозг, побуждая его горящим возбуждением. И уже когда напряжение становится невыносимым, от безысходности набираю 02.
— Полиция, чем можем помочь, – отвечает почти сразу же мужской голос.
А у меня от переизбытка стрессовых клеток в организме голос пропадает. Открываю несколько раз рот в попытке сказать хоть слово, но все безрезультатно. Не могу ничего сказать. Слова застревают на выходе.
— Алло. Вы меня слышите? Алло!
Не сумев связать и двух слов, сбрасываю вызов, отвлекаясь лишь на мгновение от дороги и, как же сильно пугаюсь, когда поднимаю глаза, и вижу, как прямо под нос моей машины выскакивает с поднятым вверх жезлом гаишник..
Затормозить?! Нет, конечно, у меня этой мысли даже не возникло. Все произошло так внезапно, что я, как ехала со скоростью семьдесят километров, так и продолжила. Правда недолго. Уже через минуту я услышала сирену, и машину ДПС, которая прижимала меня к обочине слева. Сердце в груди зашлось от страха.