Страница 79 из 93
Глава 26. Золотая пыль
Золотой свет, ранее скрывавший то, что происходило в тронном зале, померк в достаточной степени, чтобы кустодии и серые рыцари могли разглядеть содержимое бывшего тронного зала.
Сам древний архиотек в виде трона, как неудивительно, был в приемлемом состоянии. По крайней мере, насколько вообще может приемлемо выглядеть массивный древний механизм, чей период эксплуатации давным-давно подошёл к концу. Недалеко от него на полу были видны выжженные останки вперемешку с расплавленным металлом. Природу этих останков едва ли можно было определить, если бы не обломки сломанного демонического клинка, валяющиеся рядом.
Тело Данте, магистра ордена Кровавых Ангелов, облачённое в золотой доспех, лежало нетронутым и не подавало признаков жизни.
Правда, всё это Константин Вальдор отмечал на автомате, периферийным зрением. Основное внимание его и всех, кто находился в этой полуразрушенной комнате, было приковано к одной единственной фигуре, что, пускай и не так интенсивно, но всё же продолжала испускать вокруг себя золотой свет.
Признаться, первый из десяти тысяч представлял, что как только его господину хватит сил подняться с трона, то тут же его тело нарастит на себя плоть и он вновь станет выглядеть так же, как и прежде. Однако случилось ровно наоборот. Гнилая плоть окончательно сгорела, оставив лишь скелет с несколькими имплантами, чьи ноги прикрывала обвязанная на поясе древняя одежда. Сейчас он просто стоял недалеко от трона и смотрел куда-то вдаль. Почему он не принял человеческий облик? Неужели…
— Повелитель? Это вы? — произнёс Вальдор.
Тот, кто недавно восседал на золотом троне, повернул голову на звук. В не занятой имплантом глазнице горел золотой свет.
Прежде чем скелет ответил, в помещение ворвались смертные защитники дворца. В данный момент все силы еретиков спешно отступают. По крайней мере, те, кто был в достаточной степени связан со своими покровителями. Они почувствовали не только подъём повелителя человечества с трона, но и смерть Разорителя.
Последнее было особенно болезненно. Нечестивая пятёрка вложила слишком много своей сущности в свою новую марионетку, надеясь таким образом окончательно избавиться от угрозы со стороны Анафемы. Однако случилось так, что одним ударом повелитель человечества нанёс всей пятёрке ощутимый урон. Что деморализовало практически всех атакующих.
И потому защитники смогли наконец продохнуть и взять инициативу в свои руки. Большая часть из них сейчас старается как можно сильнее проредить число отстающих противников. Те же, кто явился сюда, были отправлены своими командирами для выяснения произошедшего. Не у всех к концу осады были живые псайкеры, что донесли весть.
Защитники, увидев огромного скелета, испускающего вокруг себя золотой свет, тут же упали на колени и начали молиться.
Это могло бы показаться странным, если бы не одно но. У Империума помимо аквилы есть ещё один символ, что распространён так же сильно. Человеческий череп. Изначально он символизировал жертву Императора во имя человечества. Но со временем в сознании большинства верующих людей он стал ассоциироваться как сам повелитель человечества. Именно из-за этого, видя огромного скелета, испускающего золотой свет вокруг себя, обычные люди тут же признали в нём Императора. Они его попросту именно так и представляли.
— За верную службу я не стану тебе лгать, Константин. Я не тот, кого когда-то посадили на трон…
Скелет указал на смертных, что только лишь от созерцания своего владыки впали в религиозный экстаз. По его же воле они не слышали этих слов.
— …Я истинный бог человечества. И я не хочу более страдать на золотом троне. Убей серых рыцарей и докажи мне, что готов и дальше нести мою волю.
Услышав это, Серые рыцари напряглись. Меч Калдора Драйго покрылся силовым полем. Серые рыцари изначально предполагали возможное столкновение с кустодиями и нуль-девами, и потому сейчас сюда двигался вообще весь орден серых рыцарей и пси-титанов. Однако…
Константин направил своё копьё в сторону скелета. Его жест повторили и другие кустодии. Как те, кто были в его группе изначально, так и те, что прибыли на его зов.
— Мы служим только Повелителю человечества. А он никогда не назвал бы себя богом, — сказал Вальдор.
Услышав это, Серые рыцари так же повернулись к скелету и приготовились к бою.
— Во имя Императора человечества ты вернёшься на трон, — вмешался в разговор Калдор Драйго, хранивший всё это время молчание.
Скелет же, помолчав секунду, ответил громогласным смехом, от которого содрогнулись стены дворца.
— Да будет так. Но прежде чем вы умрёте, мне хочется сказать вам одну вещь. Меня создали мириады верующих на миллионах миров. А они создали жестокого и беспощадного бога…
Даже для Сайтамы путь к месту, откуда бил свет, оказался неблизким. Руины Дворца, по которым он шёл, мало того что были размером с целую страну, так ещё и кишели отступающими еретиками. Те, завидев лысую фигуру в жёлтом комбинезоне, нередко пытались атаковать потенциальную добычу, но у них получилось лишь на секунды задерживало героя.
Когда же Сайтама наконец-таки добрался до места, откуда бил свет, он уже погас. Герой зашёл внутрь через дыру в потолке, через которую, по-видимому, и бил свет, и оказался в огромном зале.
То, что он увидел, заставило его на мгновение остановиться. Весь пол был усеян телами здоровых мужиков в золотых и серых доспехах. Некоторые были сломаны, другие — просто разрезаны или пробиты. Сайтама не был экспертом, но даже он понял, что битва здесь была жестокой и неравной.
— Жесть… — прокомментировал герой, перешагивая через очередное тело. — И кто ж вас так?
Он прошёл дальше, вглядываясь в груды обломков и тел. Он искал Неота. Он хоть и был мало знаком со Святым, однако тот явно не был плохим человеком, и герою очень не хотелось, чтобы с ним что-то случилось. Но случилось то, что случилось. Тело Неота лежало у одной из уцелевших стен.
Сайтама присел на корточки рядом с ним. Он протянул руку и приложил два пальца к шее святого, проверяя пульс. Его не было. Герой задержал руку на несколько секунд дольше, чем требовалось, надеясь, что просто ошибся. Но нет. Пульса не было.
— Эх, парень… — тихо сказал Сайтама, убирая руку.
Потом печально вздохнул. Ему в принципе не нравилось, когда из-за очередного нелепого злодея гибли сотни мирных. А особенно те, кто пытались этих самых людей защитить.