Страница 76 из 93
Глава 25. На Терре
Как только герой с Неотом на руках влетел в Солнечную систему, ему сразу же бросились в глаза армады из сотен кораблей еретиков, застывших над каждой из планет. Даже отсюда на мирах были видны густые столбы дыма, закрывавшие собой целые континенты.
Сайтама немало удивился. Он, конечно, не помнил, чтобы где-то помимо Земли в Солнечной системе обитали люди. Но с учетом того, что прошла целая прорва времени, это, наверное, неудивительно…
Стоп.
Внезапно в лысой голове возникла мысль, а точнее — несостыковка. Изначально Сайтама хотел вернуться на Землю. И вроде бы он сейчас довольно близок к цели. Но из обрывков разговоров, которые даже сквозь его тотальную невнимательность всё же пробились, упоминалось, что Земля (или Терра, на языке местных) является столицей Империума. От этой мысли герой нахмурился.
— Не понял…
— ОСТОРОЖНО!
Из-за того что лысый плащ в кои-то веки решил задуматься, он перестал следить за происходящим вокруг. И потому совершенно не заметил одну из барж еретиков, так некстати оказавшуюся на пути. Неот попытался его предупредить, но герой в последний момент не сменил курс. Рядом не оказалось ничего, от чего можно было бы оттолкнуться, а природный «двигатель» Сайтамы мог придать лишь ускорение вперед. Пришлось резко разворачиваться спиной вперёд, чтобы прикрыть святого и не дать ему превратиться в лепёшку.
Результат был предсказуем. Герой прошил еретический корабль насквозь, и тот мгновение спустя взорвался. Однако это случилось на орбите Земли, и из-за столкновения и резких маневров Сайтама совершенно не мог контролировать, куда именно приземлится…
По всей Солнечной системе кипели ожесточённые бои. Тринадцатый Чёрный Крестовый поход, вяло текущий вот уже десять тысячелетий, наконец достиг колыбели человечества. И, справедливости ради, Абаддон не сумел бы пробиться в Сегментум Солар без самого умного (по его собственному мнению) Сына Императора.
К руинам Имперского Дворца не торопливо двигался Пертурабо. Точнее — то, во что он превратился. Чудовищный механический колосс размером примерно пятнадцать метров. В отличие от других предателей-примархов, изменения четвёртого касались в основном киберимплантов. Сейчас он был облачён в массивный механический костюм, настолько сильно интегрированный с его телом, что почти невозможно было понять, где заканчивается примарх и начинается машина. Из спины во все стороны торчали многочисленные серворуки и механические конечности. В одной из основных рук он сжимал молот размером с Имперского рыцаря, а на торсе была закреплена целая оружейная батарея. Лицо скрывал рыцарский шлем, в щелях которого, как раскалённые угли, светились глаза. Вокруг него поднимались клубы обжигающего пара и дыма.
Он не торопясь шагал по направлению к руинам дворца, недавно подвергшимся орбитальной бомбардировке. Но четвёртый не питал ложных надежд, что этого достаточно, чтобы сломить защитников. Всё самое важное, естественно, находилось под землёй, а руины по-прежнему кишели защитниками.
Словно в подтверждение этих мыслей, вокруг примарха вспыхнул пустотный щит, отражая болтерный снаряд. Мгновение спустя на энергетическую защиту обрушился целый рой снарядов. Но ни один из них так и не смог пробить её. Видя жалкие попытки пробить его защиту, четвёртый разразился смехом, который в его нынешней форме звучал как оглушительные удары гигантского заводского молота.
Что бы пробить обычный пустотный щит нужно было постараться, а у Пертурабо он был далеко не обычным. В конце концов, было бы странно, если бы Вашторр Аркифейн, Пятый бог Хаоса, олицетворяющий тёмные технологии и одержимость инновациями, перед решающей битвой одарил своего чемпиона какой-то посредственностью.
Отсмеявшись, примарх монструозной рукой с молотом указал в сторону, откуда по нему вёлся огонь. В следующее мгновение укреплённая точка перестала существовать. А секунду спустя ударная волна и звук детонации десятков артиллерийских снарядов добрались до примарха, а затем пошла дальше и рассеялись об стену укреплённых высоких щитов Железных Воинов. Те своим плотным строем буквально образовывали подвижную стену, позади которой на ходу формировалось множество укреплённых точек, прикрывающих подвижную артиллерию.
Эта стратегия была естественным продолжением давно созданной примархом доктрины «Бесконечной Цитадели»: медленное и методичное продвижение к Терре, превращение каждого захваченного мира в неприступную крепость и медленное смещение фронта к столице Империума. Пускай на реализацию этого плана потребовалось восемь тысячелетий, но цели он всё-таки достиг. Неважно, сколько смертных, лояльных астартес или кустодиев скрывается в руинах — они не смогут ничего противопоставить шквалу из тысяч окопавшихся огневых точек.
Пертурабо знал, что уже победил, и сейчас наслаждался моментом своего триумфа. Он наконец вернулся на Терру и завершит то, что из-за своих идиотов-братьев не сумел сделать в тридцатом тысячелетии. Он захватит ненавистную Терру, после чего так же медленно и методично начнёт превращать всю галактику в одну сплошную крепость.
Правда, триумф неожиданно закончился.
Один лысый снаряд прошёл пустотный щит как нож сквозь масло и своей пятой точкой окончил длинное терпе… Кхе ?… То есть длинное существование примарха четвертого легиона.
Земля содрогнулась. Ударная волна от падения подняла в воздух тучи пыли и обломков, заставив ближайшие построения Железных Воинов пошатнуться и уронить щиты. В центре образовавшегося кратера, где только что возвышался демон-примарх, теперь сидел Сайтама с охреневшим Неотом на руках, верхом на груде еретического металлолома.
— Ну… ты как? В порядке? — спросил герой у святого, чувствуя лёгкую неловкость из-за случая на орбите.
Неот, ещё не до конца отошедший от произошедшего, всё же кивнул.
— Ну и отлично. Так куда нам теперь идти?
Успел лысый плащ закончить вопрос, как из облака пыли и дыма на них обрушился шквальный огонь. Железные Воины, очевидно, почувствовали смерть своего примарха, и это им явно не понравилось. Вся вбитая в них дисциплина мгновенно отошла на второй план, уступив место желанию отомстить. Повышенная реакция постлюдей не давала герою надолго выйти из их поля зрения.