Страница 14 из 93
Не без удовольствия отдал команду Варрен Дрейк, и тело демонхоста неестественно выгнулось, цепи натянулись до предела, и из груди пленника вырвался шипящий, полный боли звук. Пентаграммы на полу вспыхнули ярче, реагируя на попытку сопротивления, и фигура дёрнулась ещё раз в своём бессмысленном бунте, но так и не сумев достать свою цель, замерла на прежнем месте.
— Умоляю, смертный… — голос у сущности был многослойным, как будто говорили сразу несколько существ, и каждый слой звучал чуть-чуть не в такт с остальными. — …Не сдохни слишком рано… Твоя душонка должна достаться мне.
В кои-то веки демон Тзинча говорил чистую правду. Он искренне ненавидел своего пленителя. Прошло всего каких-то жалких два года с момента его пленения в этом теле. Жалкие мгновения для существа эмпиреев. И ярость в нём ещё не успела смениться на холодную ненависть.
Видя такие эмоции в свой адрес, Дрейк позволил себе искреннюю улыбку. Он также не питал к демону положительных чувств. Но использовал его силу в решении сложных задач и упрощения расследований. Как нетрудно догадаться, Варрен относился к радикальному направлению инквизиции и не чурался пользоваться варпом и ритуалами, порой с жертвоприношениями, для достижения своих целей. Правда, используя для этого обычно псайкеров, что довольно часто менялись в его свите. Да что говорить, даже пленённый демон заперт в теле когда-то перспективного колдуна, что разочаровал своего патрона и теперь был обречён быть пленником в своём собственном теле, пока его контролирует варп-тварь.
Такой подход, естественно, нравился далеко не всем его коллегам. В частности, направлению инквизиции, известных как пуритане. Они яростно противодействовали использованию варпа и были за традиционные методы расследования и методы дознания (пыток). Среди них также много фанатиков веры в Бога-Императора. Дрейк, конечно, уважал человека, создавшего Империум, но исключительно как выдающуюся личность. Так что для себя молодой инквизитор выбрал стезю радикала, а от гнева фанатиков его спасали исключительно старшие товарищи из радикалов. Но их благосклонность весьма неустойчива. Стоит облажаться, и она испарится. Потому для достижения максимального результата необходимо пользоваться всеми доступными средствами.
— Твоя забота трогает меня… — иронично произнёс инквизитор. — …Но я здесь не для того, чтобы обсуждать мою смерть. Загляни в прошлое этой системы и расскажи мне, что здесь произошло.
— Слова… слова… они не могут передать и толику того, что может показать океан душ. Гораздо лучше было бы тебе увидеть их самому. Если бы только немного ослабил мои цепи, я…
Одержимого вновь прервал приступ боли. Его левая рука громко хрустнула в нескольких местах. Ненавидящий взгляд варп-твари уставился на своего мучителя.
— Я что, непонятно выразился, нерождённый? Что же, если ты не в состоянии уловить мои слова с первого раза, повторю ещё раз. Загляни в недавнее прошлое этого сектора и расскажи мне о нём. Даже сервиторы обычно понимают команды с первого раза. А тебе приходится повторять дважды.
Яростно зашипев в бессильной злобе, демон-хост наконец приступил к выполнению приказа своего надзирателя. Сущность физически не могла противиться его воле из-за многочисленных кандалов и печатей. Оставалось лишь ждать, когда смертный некорректно выразит своё желание, чтобы использовать оное против ненавистного инквизитора.
Варп-тварь замерла на месте. Она не хотела, но просто не могла не подчиниться. Печати не только сковывали её, но вынуждали подчиняться приказам своего тюремщика. Глаз на горле медленно повернулся, вертикальный зрачок сузился в тончайшую щель, затем резко расширился, заняв почти всю радужку. Зашитые веки дрогнули, из-под нитей показалась густая тёмная сукровица.
— Я вижу…
Демон замер, вглядываясь в пустоту, и замолчал. Минуту, две, три, десять…
— Ну? — начал терять терпение инквизитор.
— Я… ничего не понимаю. Море душ никогда не показывает чёткую картину, но тут ещё тень в варпе в прошлом наложила свой отпечаток, и видение разбилось на несколько мелких. И они…
Демон не успел договорить, как вновь неестественно согнулся, но уже в другую сторону. Обычный человек от такого бы почти наверняка сломал позвоночник. И, судя по характерному тошнотворному хрусту, с сосудом демона случилось то же самое. Но в его нынешнем положении это не было смертельным или калечащим. Одержимый вновь выпрямился и ненавидящим взглядом упёрся в своего тюремщика.
— Твоя пустая болтовня утомила меня. Начинай говорить по делу.
— …Хорошо… Первое видение показывает мне бездушную тварь, что вы зовёте генокрадом. Он держал в своей лапе слегка вытянутое яйцо и озадаченно рассматривал его. Затем почему-то разозлился и со всей силы сжал этот предмет в своей лапе с явным намерением раздавить. После чего потрескался сам и рассыпался на мелкие осколки. А яйцо осталось висеть в воздухе…
Демон искоса посмотрел на инквизитора в ожидании наказания, но его не последовало. Слуга Золотого Трона лишь нахмурил брови и о чём-то задумался.
— Ты говорил о нескольких видениях. Я хочу услышать их все, — наконец произнёс инквизитор.
— Второе видение показало мне грязные и тёмные коридоры подземелья. По ним, еле передвигая ноги, шла фигура с большим количеством старых имплантов, скорее всего являющаяся сервитором. В левой руке он держал металлическое ведро, полное прозрачной жидкости. Предположительно воды. В правой держал простенькую швабру с грязной тряпкой. Человек шёл по коридору, пока не наткнулся на множество трупов тварей голодного роя. Их кровью и внутренностями были обильно испачканы стены и пол. Сервитор посмотрел на это и устало вздохнул. После чего опустил ведро с водой, обмакнул в неё швабру и начал медленно и методично очищать коридор. При этом приговаривая: «И весь пол заср… заляпал… Ух, попадись мне в следующий раз герой… Будешь у меня сам эту дрянь убирать…»
Инквизитор нахмурился. Пока все россказни варп-твари напоминали какой-то несвязный бред, который ни в коем разе не помогал прояснить ситуацию.
— Есть ещё видения? — в итоге всё-таки поинтересовался Варрен. Быть может, следующее видение каким-нибудь образом сможет объединить весь этот бред в единую картину.