Страница 11 из 93
В свободное время Эзра, как и многие его посвящённые товарищи, слушал проповеди, что транслировались в подпольных сетях. Они обещали возвышение, избавление от боли и вечную жизнь. И Эзра поверил. Как и без преувеличения миллионы других.
Но после того злополучного «собрания» его мир рухнул. Патриарх оказался монстром, «возвышение» — смертью, а единственный, кто пришёл на помощь, был странный лысый человек в фиолетовом одеянии посвящённого, который не понимал ни слова на низком готике и смотрел на всё с выражением лёгкой скуки.
Кто же он такой? Ответ дала госпожа маг, что так же должна была стать жертвой. Но была спасена.
Бог.
Ибо только божеству было под силу с такой небрежной лёгкостью уничтожить псевдопророка и всех предателей. А тот факт, что он ещё и тратил своё время на спасение невинных, говорил о том, что он милосердный бог. Более достойного господина и желать нельзя. А в качестве символа было решено использовать символ, что бог явил при первой встрече.
Теперь же бог захотел поговорить с госпожой Лидией Тихой, и Эзра костьми ляжет, дабы исполнить его волю. Пускай для этого и придётся вновь спуститься в подулье…
Сайтама шёл за своим проводником по слабо освещённому коридору. В нём было сыро и пахло гарью, смешанной с запахом застарелой канализации и какой-то химией. Естественно, лысый плащ морщил нос от зловония. Когда он просил отвести его к главной, то не думал, что его поведут по местной канализации или старым техническим помещениям. Хрен его знает, что это было. Герой не до конца понимал, где он находится. Единственный ориентир был в том, что они спустились ниже подвала.
— Долго нам ещё?
Спросил Сайтама, хотя знал, что его не поймут. Эзра обернулся, виновато улыбнулся и что-то затараторил, указывая вперёд. Сайтама вздохнул. В этом мире всё было каким-то сложным. В его родном мире тоже были подземелья, но там хотя бы не воняло.
Они шли уже минут двадцать, когда Сайтама заметил, что проводник начал нервничать. Эзра то и дело вертел головой, прислушивался, замедлял шаг, а потом снова ускорялся. Вокруг стало подозрительно тихо. Даже гул труб, который раньше создавал нудный, но постоянный фон, куда-то исчез.
— Эй, ты чего? — спросил герой, начиная тоже оглядываться.
Культист поднял руку, призывая к тишине, и прижал палец к губам. Его лицо в тусклом свете аварийных ламп казалось бледным, почти серым. Он что-то прошептал, скорее себе, чем спутнику, и в его голосе явно слышался страх. Сайтама нахмурился. Он тоже чувствовал что-то неладное. Воздух стал каким-то тяжёлым, и откуда-то из глубины коридора потянуло странным, сладковатым запахом, напоминающим тухлое мясо.
Даже несмотря на то, что культист напряг все свои чувства, он всё равно не смог заметить момент нападения. Просто в какой-то момент бог, которого он вёл, резко схватил что-то над его головой. Эзра резко посмотрел вверх. В первую секунду он увидел лишь руку героя, держащую пустоту. Но спустя эту секунду в руке его спасителя появилось сначала жало, а потом и хвост, уходящий в темноту труб на потолке, в которой загорелось два вертикальных зрачка.
Свободной рукой Сайтама схватил проводника за одежду и перенёс за свою спину. После чего резко дёрнул монстра за хвост. С грохотом и скрежетом металла с потолка сорвалось бледное, покрытое хитином тело. На его голове было множество щупалец у рта, отдалённо напоминающих таковые у погибшего патриарха культа.
Эзра не мог пошевелиться. Его тело словно приросло к полу, а глаза отказывались верить тому, что они видят. Существо, которое в ужасе шептали старые легенды, которому посвящали целые проповеди о том, как оно бесшумно крадётся в темноте и вырезает целые отряды, сейчас болталось в руке лысого бога, как нашкодивший ребёнок.
Сайтама перехватил тварь поудобнее, схватив существо ещё и за шею, и с лёгким любопытством заглянул в её раззявленную пасть.
— О, а у него клюв там!
Ликтор извивался, пытаясь пронзить героя всем чем только можно, но острые конечности не доставляли Сайтаме никаких неудобств. Видя безрезультатность своих действий, существо попыталось дотянуться до мозга Сайтамы тем самым клювом. Но его щупальца у пасти бессильно скользили по лысому черепу, оставляя на коже липкую слизь.
— Он так типа облизывает меня или что? Фу…
Сайтама брезгливо поморщился, вытирая лицо о своё плечо.
Тварь наконец издала пронзительный визг. А лысый плащ наконец заметил слона в посудной лавке.
— А, это один из тех монстров-пришельцев? Точно… У него тот же фиолетовый хитин. А я-то думаю, что за странная зверюшка…
Он ещё раз оглядел ликтора, словно прикидывая, стоит ли его оставить в памяти. Тот, почувствовав, что хватка чуть ослабла, резко дёрнулся, пытаясь вырваться и вонзить хвост в живот герою. Сайтама даже не заметил попытки сопротивления. Просто сжал пальцы, и шея монстра хрустнула, закончив жизнь монстра.
После лысый плащ лениво размахнулся и швырнул обмякшее тело монстра в ближайшую кучу мусора. Сайтама повернулся к Эзре. Тот стоял, прижавшись спиной к стене, с широко раскрытыми глазами. Его губы беззвучно шевелились, вероятно, в молитве.
Визг ликтора, однако, не прошёл бесследно. Из глубины тёмных коридоров донеслось эхо, а затем — шорох. Множество шорохов. И скрежет когтей по металлу. А затем шипение и визг.
Сайтама повернул голову и увидел, как из темноты, из боковых проходов, из вентиляционных шахт начинают выползать новые тени. Целый рой, который, вероятно, поколениями жил здесь среди культа. Теперь же обратился против него и заодно против всех живых организмов, которые можно съесть.
— А, ну вот… Опять эти жуки. И когда вы только кончитесь? Мне уже наскучило вас убивать.
Проворчал Сайтама.
Он шагнул вперёд, заслоняя собой застывшего в ужасе Эзру. Первый тиранид разлетелся брызгами от лёгкого щелчка. Второй, третий, четвёртый. Сайтама двигался между ними с той же небрежностью, с какой обычно вытаскивают бельё из стиральной машины. Удары не были сильными. Он даже не использовал «Серьёзный удар». Просто тыкал пальцем, хлопал ладонью, иногда отмахивался, как от надоедливых комаров.
Тираниды умирали десятками. Их тела громоздились друг на друге, заливая пол ихором. Некоторые пытались обойти героя с флангов, но он, не оборачиваясь, ловил их за конечности и швырял обратно в толпу, сбивая целые группы. Визги, хруст хитина, влажные удары — всё это слилось в один бесконечный какофоничный гул.