Страница 57 из 84
— Здравствуй, Вадим. Смотрю, ты все так же любишь прятаться за чужими спинами. В Келе ты отсиживался в подземных бункерах, здесь засел в стеклянной башне. Никакого прогресса.
Умирающий доктор издал скрипучий, лающий смешок, управляемый волей из Москвы:
— Прогресс, мой дорогой рыжий солдафон, измеряется контролем. Пока ты бегаешь по провинциальным кузницам и размахиваешь ржавыми рессорами, я держу руку на пульсе этой страны. Твое голосовое сообщение было забавным. Ты думаешь, что если выбил пару зубов моим патрульным на шоссе, то стал охотником? Ты — мелкая досадная помеха на полях моего инвестиционного портфеля.
— Твои патрульные сгорели дотла, Вадим, — ровным, ледяным тоном отозвался Нико. — Твой филиал пуст, сервер выкачан, а кристаллы из сейфа пошли на укрепление моих меридианов. Ты потерял этот город. Смирись и вычеркни его из баланса.
— Ты ничего не понимаешь в экономике войны, мальчишка, — в голосе председателя правления прорезались ядовитые, змеиные нотки. — Этот филиал — всего лишь разменная пешка. Ты взял горсть песка, пока я строю дамбу. Но за дерзость придется платить. Ты любишь защищать слабых? Твой придурковатый сосед по общежитию, старый кузнец со своими железками, эта смешная девчонка с наивными глазами…
Нико напрягся, челюсти мага сжались с тихим хрустом.
— Я сотру их в порошок, Нико, — спокойно продолжал голос Красовского через голосовой модуль. — Не сразу. Я заставлю тебя смотреть, как они теряют рассудок один за другим. Я заставлю твоего соседа выколоть себе глаза собственной камерой, а девочку — шагнуть с крыши твоего драгоценного училища. Я сровняю этот город с землей вместе со всеми, кто когда-либо подал тебе руку. Ты сдохнешь на пепелище в полном одиночестве, точно так же, как сдох в Келе. Это мое обещание.
— Ты слишком много болтаешь для человека, чью голову я скоро приколочу к двери твоего пентхауса, — Нико криво усмехнулся.
Парень коротко перехватил фальшион обеими руками и слитным, беспощадным движением вогнал лезвие точно в основание голосового модуля под ключицей марионетки.
Хрусь!
Сталь пробила плоть и расколола электронику. Короткое замыкание выбило сноп синих искр, голос Вадима захлебнулся визгом помех и окончательно смолк. Тело доктора мелко вздрогнуло в последний раз и затихло, уронив окровавленную голову на грудь.
В подвале снова воцарилась глухая, тяжелая тишина.
Воздух пах озоном, кровью и гарью. Нико выдернул фальшион из раны, брезгливо стряхнул темные капли на бетон и спрятал оружие за спину.
Из тени разрушенного огневого рубежа, аккуратно переступая через битое стекло лакированными туфлями, вышел Малик де Сад.
Демон неспешно натянул чистую перчатку, поправил манжеты своего вишневого сюртука и смерил труп критическим взглядом:
— Ну и манеры у столичного бомонда. Сплошные угрозы, дешевый шантаж, обещания сжечь сарай… Никакой дипломатической школы. Впрочем, Осеев, вынужден признать: твоя звуковая колотушка была чертовски громкой. У меня до сих пор в астральном теле звенит.
— Уходим, Малик, — Нико повернулся к выходу, надвигая кепку на лоб. — Время дипломатии вышло.
Юноша шагнул к дверям тира, переступая через обломки кабелей.
В кармане ветровки тяжело лежала флешка с данными спецсвязи Красовского. В груди мерно гудел напитавшийся силой вихрь. Вадим сам очертил границы этой войны, пригрозив близким. А значит, следующий ход Нико будет сделан не по правилам шахмат — он будет сделан по законам шторма, сметающего все на своем пути.