Страница 62 из 72
Элизабет почувствовала себя окруженной мощным потоком магической силы. Словно эти два самца, находясь с ней в непосредственной близости, были ее щитом, и от этого понимая в ее сознании росла уверенность в том, что она сможет исполнить все, о чем ей говорила Великая ЗОВВа. И если ее предназначение заключается в том, чтобы отдать свою жизнь за уничтожение нежити, то так оно и будет. Она глянула на своих мужчин, и сердце щемяще-гулко забилось о ребра грудной клетки. Они сейчас такие красивые и воинственные, что хотелось бы любоваться ими вечно. Но когда внутри разверзлась невыносимая тоска по тому, что возможно, она не сможет больше к ним вернуться, Элизабет решилась действовать, потому что если не сейчас, то потом она не сможет уйти, а этого нельзя допустить. Разум твердил, что она обязана сделать все, чтобы защитить Арион, и если она поступит иначе, то Верховный Отец Небожитель, вряд ли примет в своем Небесном Храме земное дитя, которое не захотело исполнить его волю.
Стряхнув с ладоней магическое заклинание, Элизабет вышла из круга и тут же активировала защитный купол снова. Габриэль попытался схватить её за руку, но наткнувшись на преграду, в недоумении посмотрел на девушку.
— Элизабет, не дури, это глупо, они сомнут тебя под собой. Нам нужно с Рафом подумать немного. Мы обязательно найдем выход.
Но Элизабет больше не слушала его. Она посмотрела на братьев Аньёс горящими глазами, попыталась вложить в это взгляд всю самую светлую и искреннюю любовь, что чувствовала к ним.
— Со мной все будет хорошо, – проговорила она и, развернувшись, побежала навстречу надвигающейся опасности.
С каждым шагом, с каждым прикосновением голой ступни к горячей земле в Элизабет просыпалось какое-то буйство сил. И теперь сгущающаяся страшащая изначально тьма впереди больше не пугала, а наоборот, манила, притягивала к себе. Неожиданно в груди что-то шевельнулось, и по плечу с той стороны, где располагался цветок, кожу защипало. Элизабет, не сбавляя шага, глянула на Семицвет. Радужный цветок ожил и лишь на миг исчез с поверхности кожи, чтобы через несколько секунд появиться снова, только теперь он расположился ровно между упругих полушарий груди. Элизабет почувствовала сначала нарастающее тепло, а спустя несколько секунд грудная клетка уже запылала жаром. Стихийку всю трясло, и тело покрылось испариной. Элизабет не понимала, что происходит. Только жар в груди начинал пульсировать все сильнее и активнее, он уже хлынул в вены и горячими токами растекся по ним. Элизабет вся горела.
О, Небесный!
Что происходит с ней? Неужели это просыпается магический дар, которой она прятала?! И эта смелость безумицы.. она с каждой секундой все больше и больше захлестывала разум, изгоняя остатки боязливости и инстинкта самосохранения прочь. Элизабет неслась к стенам Хранилища, как будто подгоняемая силами стихий. И молила Верховного Мага лишь об одном – смочь подчинить то, что является частью её, но при этом живет своей собственной жизнью..
Элизабет приблизилась к темной массе нежити настолько, что уже могла рассмотреть, как они выглядят. Мужские и женские силуэты смешались в грязи, измазанные чужой и своей кровью, обозленные и желающие убивать всех на своем пути. Элизабет остановилась в тот момент, когда кто-то заорал истошным криком, и этот ор смешался со звериным рычанием и воем. Разум Элизабет лишь на миг отпустила одержимость бесстрашия, и в этот момент тело пробил озноб ужаса. Она сделал шаг назад и уже готова была развернуться и кинуться обратно к Драконом, когда в голове, словно выстрел, прогремел могущественный голос ЗОВВы.
— Стоять! – продрал громкий глас горло Элизабет.
Ее голос взлетел над равниной, ударился будто о Небесный свод и упал вниз, останавливая движение темной массы. Нежить замерла, ища пустыми глазницами того, кто отдал приказ. А в это время Элизабет почувствовала, что ее тело наполнилось, словно сосуд, энергий Великой Стихийки.
– Мне нужно было преодолеть это расстояние до Древнего Хранилища так, чтобы Эрион не почувствовала раньше времени моего приближения, –услышала Элизабет в своей голове голос Великой ЗОВВы.– Теперь ты мне больше не нужна.
Щелчок, и Элизабет снова оказалась там, где можно было находиться в роли наблюдателя. Чувства ушли на второй план, и ей теперь нечего было бояться. Ей теперь ничего больше не подвластно.
* * *
Равнину вдруг накрыла стихия. Непогода свирепствовала и выла, подчиняясь желанию и силе Изначальной Стихийки. Она стояла на огненной земле, маленькая, тонкая, с распущенными светлыми волосами, находясь прямо в центре стихии. Ее окутывал Свет, будто плащом, рисовал солнечную дымку вокруг хрупкого тела и не позволял дотронуться до нежного стана мощным порывам непогоды. С небес непрерывными потоками хлестал дождь, а тяжелые надутые тучи беспрестанно разрезали острыми клиньями молнии, вбиваясь в массу нежити своими разрядами. ЗОВВа горела магической силой изнури. Распластав руки, она выпустила мощный магический разряд из самой середины Радужного Семицвета. Переливчатые волны радужным сиянием ударились в землю и, будто превратившись в полноводные реки, потекли в самую гущу мертвой нежити. Когда магическая сеть паутиной окутала огненную землю, по равнине пронеся тихий рокот, но дальше с каждой секундой он только нарастал и уже спустя минуту превратился в оглушительный дикий вой. Сияющая магия, скопившись в центре толпы мертвецов, взорвалась потоком живого света. Он охватывал своими объятиями каждую темную фигурку и проглатывал, накрывая собой. Не прошло и нескольких коротких мгновений, как ослепительная волна яркого света накрыла собой тьму, и этот миг мир погас. Глаза Элизабет перестали видеть. Она качнулась, но упасть не успела. Ее подхватили сильные руки и прижали истощенное магией тело к мускулистой груди.
— Элизабет, – голос Рафаэля ласкал слух, и девушка, распахнув ресницы, слабо улыбнулась.
— Профессор, – шепнула она слабым голосом, – как вы здесь оказались? Ведь купол вас не должен был выпустить?
— Куколка, поверь, братьев дос Аньёс не так легко запереть и обезоружить, – хмыкнул Габриэль из-за плеча брата.
Резкий порыв ветра обдал их мощным потоком. Рафаэль, развернувшись на пятках, встал к нему спиной, защищая Элизабет от смрадного пепла, которым тот был наполнен.
А потом произошло что-то совсем непонятное. Земля содрогнулась, и Рафаэль не смог удержаться на ногах, рухнул на колени. Элизабет, испугавшись, что может упасть, обхватила его шею руками.