Страница 19 из 36
— А вообще, родина тянет, сама понимаешь. Вроде бы мир большой, но рано или поздно возвращаешься туда, где всё началось.
Я посмотрела на него внимательнее.
— Ты же давно уехал, что вдруг?
Он пожал плечами.
— Скучал, наверное. По детству, по друзьям. Да и здесь проще развивать своё дело.
Мы еще немного поговорили, пока машина не свернула на уютную, тенистую улочку. Толик притормозил у небольшого, но очень стильного кафе с панорамными окнами и летней верандой.
— Ну вот, приехали. Здесь кофе шикарный, и десерты тоже, — сказал он, выходя и снова обходя машину, чтобы открыть передо мной дверь.
Я улыбнулась. Всё-таки приятно, когда мужчина ведёт себя так.
Внутри кафе оказалось тихо и очень уютно. Я сразу заметила витрину с воздушными пирожными, и у меня даже внутри что-то дрогнуло от приятных воспоминаний.
Мы сели за столик у окна. Толик заказал нам кофе, а потом, не спрашивая, добавил:
— И два фирменных с безе, пожалуйста.
Я приподняла брови.
— Ты помнишь, что я их обожаю?
Толик улыбнулся, откинувшись на спинку кресла.
— Ну а как же. Я, между прочим, в школьные годы только так тебя подкупал.
Я рассмеялась.
— Да, было дело.
Мы болтали легко, тепло, словно и не было этих долгих лет разлуки. В какой-то момент у Толика зазвонил телефон. Он быстро посмотрел на экран и ответил:
— Да, слушаю.
Пауза.
— Отвезите машину на СТО к Дмитрию, пусть посмотрит, что там с ней, и мне перезвонит.
Я нахмурилась.
— Толь, не стоило, я вызвала эвакуатор, всё бы решилось.
Он убрал телефон в карман, посмотрел на меня с лёгким укором:
— Светик, я могу помочь, значит, помогу. Не переживай, всё будет хорошо.
— Ты всё такой же, — тихо сказала я, разглядывая его.
— В смысле?
— Любишь спасать.
Он усмехнулся, взял чашку с кофе и, прежде чем сделать глоток, тихо ответил:
— Если бы я мог спасти кого-то важного для меня раньше..
Я смотрела на него и вдруг почувствовала, как что-то внутри защемило.
Толик был прав. Когда-то давно я действительно была важна для него, а он для меня.
— Так что у тебя с семьёй не так? — спросила, когда Толя поставил чашку с кофе обратно на блюдце.
Он посмотрел на меня спокойно, без лишних эмоций, и ответил:
— Был женат. В разводе уже как три года.
— Не сошлись характерами? — усмехнулась я, отломив кусочек безе.
— Можно и так сказать. Хотя это банально, но правда, — он чуть наклонил голову, разглядывая меня. — Просто не получилось. Не мой человек.
Я кивнула:
— Так бывает.
Толик какое-то время молчал, потом снова посмотрел на меня с интересом:
— А ты чего такая задумчивая? Вся в себе. Что-то случилось?
Я скользнула пальцами по краю чашки, сдерживая ухмылку.
— Личная драма. Семейная.
— И имя у неё какое?
Я вздохнула и посмотрела прямо ему в глаза:
— Неверность мужа после долгого брака.
На секунду он замер, внимательно меня разглядывая, а потом выдохнул, качнув головой:
— Дурак.
Я усмехнулась:
— Ещё какой.
Толик немного помолчал, словно что-то обдумывал, а потом резко сменил тему:
— Слушай, а давай прогуляемся? Если ты не спешишь, конечно.
Я посмотрела на него с любопытством:
— Ты серьёзно?
— Абсолютно, — усмехнулся он. — Погода отличная, компания — лучшая. Так что скажешь?
Я посмотрела в окно. И правда, вечер выдался мягкий, тёплый, воздух наполнен воспоминаниями, и почему-то мне самой захотелось не торопиться, не спешить.
— Давай, — пожала я плечами.
Толя кивнул, достал телефон, быстро набрал чей-то номер:
— Женя, отмени на сегодня всё.
Пауза.
— Да, всё.
Ещё пауза.
— Скажи, что я улетел.
На том конце явно что-то переспросили, потому что Толик усмехнулся и добавил:
— Куда? Плевать куда. Я недоступен.
Он отключил телефон, убрал его в карман и посмотрел на меня.
— Ну что, Светик, пойдём?
Я вдруг почувствовала, как на губах сама собой появляется улыбка.
— Веди.
Спустя минут двадцать мы приехали в большой парк на окраине города. Здесь было тихо, почти безлюдно. Широкие аллеи, густые кроны деревьев, скрывающие от любопытных глаз, и лёгкий запах сирени в воздухе. Мы просто шли рядом, не спеша.
Разговаривали обо всём и ни о чём. О прошлом, о глупостях, что творили в школе, о людях, которых когда-то знали. О жизни, о планах, о том, как меняется мир и как, черт возьми, сложно иногда его принять.
Я смотрела на него и думала: мы ведь никогда не были вместе, как мужчина и женщина. Нас не связывали ни страсть, ни романтика, ни любовные признания под луной. Мы были чем-то большим.
Мы были родными душами.
Не любовниками, не просто друзьями. Мы были ближе, чем брат и сестра, чем партнёры, чем все эти глупые клише, которыми обычно называют отношения между мужчиной и женщиной.
С Толиком я никогда не чувствовала себя одинокой. Рядом с ним было спокойно, легко. И сейчас, спустя столько лет, это ощущение никуда не делось.
— О чём задумалась? — спросил он, скользнув по мне внимательным взглядом.
Я усмехнулась:
— Да так, думаю, что жизнь странная штука.
Он кивнул:
— Это точно. Никогда не знаешь, куда она выведет.
Я посмотрела на него:
— А если бы можно было знать? Ты бы хотел?
Он задумался на секунду, а потом улыбнулся:
— Нет. В этом ведь и кайф.
Я снова усмехнулась и отвела взгляд в сторону, наблюдая, как ветер лениво колышет листву.
Толя вдруг остановился, взял меня за руку и легко сжал пальцы.
— Я рад, что мы снова встретились, Светик. Правда.
Я почувствовала, как что-то тёплое прокатилось внутри.
— Я тоже, — тихо ответила я.
* * *
Сколько бы я ни пыталась выбросить из головы этот странный поворот судьбы, не получалось. Толик снова появился в моей жизни — внезапно, неожиданно, но так естественно, будто и не уходил.
Мы обменялись номерами ещё в тот вечер в парке, и с тех пор он каждый день либо писал, либо звонил. Ничего лишнего, никаких намёков или давления. Просто: «Как день?» или «Светик, не забыла про обед? Раньше ты ненавидела его и пропускала постоянно.» Иногда просто фото с улицы — дорога, по которой он едет, дождь за окном, чашка кофе с подписью «Вот так начинается мой день».
Просто. Тепло. Приятно.
Сейчас я находилась на работе, всё шло по плану, это лучшее лекарство и отвлечение для меня.
Сегодня у меня встреча с Настей. Мы решили встретиться в кафе недалеко от моего центра.
Когда я вошла, Настя уже сидела за столиком, помешивая ложечкой кофе. Перед ней стояла тарелка с чизкейком и ещё один капучино, очевидно, для меня.