Страница 96 из 171
Современник, напротив, был тих — боль занимала всё его внимание. Он был той частью меня, которая помнила человеческую уязвимость, и сейчас эта часть страдала. Но — молча. Стиснув зубы. Как привыкла за годы в X веке.
Я лежал на спине и смотрел в каменный потолок. Мысли текли медленно — боль служила фильтром, отсекавшим лишнее. И в этой вынужденной медитации я начал анализировать бой с Гармом — не эмоционально, а тактически.
Первая уязвимость: Obfuscate маскирует восприятие, что достаточно только для людей. Гарм, как и любой гаруу, полагается на обоняние больше, чем на зрение (потому, когда я «исчез» пытался меня почуять по запаху). А также все-таки владеет Sense Wyrm, иначе бы не повернулся ко мне, когда я был под Маскировкой. В нашем бою Cloak of Shadows дал мне две секунды — ровно столько, сколько потребовалось ему, чтобы активировать Дар. Решение: нужна либо Дисциплина (недоступная на моём уровне), либо алхимия (о которой я знал только в теории), либо тактическая адаптация: использовать окружение для размывания запаха Змея. Чужая кровь, другие вампиры, «плохие места». Запомнить.
Вторая: физическая сила. Гарм сильнее — значительно. Удар его лапы сопоставим с ударом небольшого автомобиля. Любой бой в ближнем контакте я проиграю гарантированно — вопрос только в том, за сколько секунд. Решение: дистанция. Кинжал — временное решение для выживания, но не для победы. Нужно что-то дальнобойное. Лук? Слишком медленно. Метательные ножи? Возможно. Или — Dementation на расстоянии, через Сеть, без необходимости входить в радиус поражения когтей. То, чему учил Маркус. Однако, в таком случае эффект будет ослаблен.
Третья: регенерация гаруу быстрее вампирской. К тому моменту, как я отлетел в кусты, рана на его животе уже затягивалась. Через минуту — исчезла. Мои раны только закрывались часы. Это значит: война на истощение с оборотнем невозможна в принципе. Каждый бой должен заканчиваться либо быстрой победой (самоубийственный вариант), либо быстрым бегством (реалистичный). Тактика «затанковать и пережить» не работает — гаруу просто переждут твою регенерацию и добьют. Возможно огонь и серебро будут более опасны, но первый одинаково опасен для меня самого, а второе слишком мягкое для полноценного оружия из него, а напыление неясно насколько будет эффективно. Бомба с серебром? Повеяло чем-то ведьмачьм, да…
«Заметка к гайду: против гаруу только burst damage. Только быстрая атака в уязвимую точку — глаза, горло, пах, — и немедленное отступление. Повторить цикл. Не геройствовать. Не стоять на месте. Не пытаться блокировать. Уклонение — единственная защита.»
К полудню — точнее, к тому, что было полуднем снаружи, пока я лежал в дневном оцепенении, — боль начала стихать. Кости срослись. Мышцы восстановились. Кожа на груди превратилась из рваных борозд в розовые рубцы, которые к следующей ночи должны были исчезнуть совсем. Я провёл пальцами по груди — кожа была гладкой, тёплой от внутреннего жара, но уже целой.
Регенерация завершилась.
Я сел на кровати. Движение не вызвало боли. Тело слушалось. Мышцы работали. Я был цел — физически. Ментально — предстояло восстановление.
Утром — точнее, следующим вечером, когда солнце село и моё тело снова ожило, — меня разбудил стук в дверь.
Необычный. Силас не стучал — он просто входил, когда считал нужным. Каэль не пользовался дверьми — он скорее просачивался сквозь щели, как тень. Маркус объявлял о себе импульсом в Сети — короткой вспышкой фиолетового любопытства.
Этот стук был формальным. Три удара. Ровных. Размеренных. Как будто стучавший репетировал их.
Я открыл дверь. На пороге стоял человек — мужчина лет сорока, одетый чище, чем большинство местных, но скромно: тёмный плащ, кожаные сапоги без украшений, серебряная пряжка на поясе. Лицо — непримечательное, из тех, что забываешь через секунду. Но аура — аура кричала. Белая нить Dominate, уходящая куда-то на северо-восток. Гуль. Высокого ранга. Доверенное лицо Алессандро.
— Господин Алессандро дель Торче, — произнёс он формальным, хорошо поставленным голосом, — приветствует вас и приглашает на личную встречу. Завтра. В нейтральной зоне. Башня Грифель, северная граница. Время — полночь. Ответ ожидается немедленно.
Я смотрел на гуля. Паук приглашал муху. Вопрос — зачем? Наказать за ранение Гарма? Завербовать — превратить из врага в инструмент? Убить — быстро и тихо, пока никто не видит?
— Я приду, — сказал я. — Передай господину Алессандро: буду в полночь.
Гуль поклонился и исчез в ночи. Я закрыл дверь и прислонился спиной к холодному камню стены. Сердце не билось — но где-то в груди, там, где Зверь спал, свернувшись калачиком, пульсировало странное, почти чужеродное ощущение. Предвкушение.
Алессандро дель Торче. Главный антагонист первого акта моей нежизни. Князь без титула. Вентру восьмого поколения. Тот, кто планировал мою смерть с той же рутинной скукой, с какой я когда-то планировал рефакторинг legacy-кода.
И завтра — встреча лицом к лицу.
«Запись в журнале: Регенерация завершена за ~110 часов. Выявлены тактические уроки боя с Гармом: (1) маскировка critical, (2) дистанционный бой предпочтителен, (3) burst damage > sustained damage, (4) Тактический Анахронизм эффективен. Следующая цель: встреча с Алессандро. Вероятность ловушки: 60 %. Вероятность реальных переговоров: 40 %. При любом исходе — идти. Отказ невозможен.»