Страница 136 из 171
Глава 56. Весть с гор
В любом гайде по World of Darkness написано: «Бруха — клан воинов. Идеалисты, революционеры, бунтари. Уважают силу, прямоту и честность. Презирают политические игры, интриги и манипуляции. Если вы хотите договориться с Бруха — говорите прямо. Если вы хотите драться с Бруха — готовьтесь умирать.» Я читал этот гайд. Я помнил эту мудрость. Но одно дело — читать про клан воинов в уютной комнате XXI века, и совсем другое — стоять перед ними на замёрзшем болоте X века, чувствуя, как их ауры пульсируют красным боевым пламенем. Теория закончилась. Началась практика.
Ингрид была не похожа ни на одного вампира, которого я встречал до этого.
Малкавиан — безумцы, Ткачи, Эхо: их сила была в Сети, в видениях, в непредсказуемости. Вентру — политики, кукловоды, пауки: их сила была в контроле, в планировании, в терпении. А Бруха были другими. Не «умеющими драться» — живущими боем. Это чувствовалось в каждом движении Ингрид, в каждом слове, в том, как она стояла на обледенелой земле Сломанного Клыка — так стоит скала, которую невозможно сдвинуть.
Мы встретились на границе болот — нейтральной полосе, которую Силас обозначил как место для переговоров. Каменная гряда, выступавшая из замёрзшей топи как рёбра древнего чудовища, создавала естественную сцену. Луна висела над горизонтом — полная, холодная, — и её свет отражался от инея на камнях, делая их похожими на осколки зеркала.
Ингрид пришла с двумя спутниками. Первый — молодой вампир с перебитым носом, явно бывший кузнецом в смертной жизни: широкие плечи, руки-молоты, аура тёмно-красная, цвета контролируемой ярости. Он стоял чуть позади и слева — позиция телохранителя. Вторая — женщина с глазами-углями, молчавшая весь разговор. Её аура была… нечитаемой. Не как у Маркуса (скрытая за слоями иронии), а по-другому — как будто она сознательно глушила своё присутствие в Сети. Кто она? Я не знал. Но запомнил.
Сама Ингрид была высокой, широкоплечей, с коротко стриженными светлыми волосами — не столько причёска, сколько боевая необходимость, чтобы враг не мог ухватить. Её лицо пересекали шрамы — старые, вампирские, которые регенерация не убрала полностью. Значит — от когтей Гаруу. Или от вампирских клыков. Шрамы, оставленные проклятым оружием или Дисциплинами, не зарастали до конца даже у бессмертных. Она носила кольчугу — старую, потёртую, со следами многих боёв, — а на поясе висел короткий меч. Не парадное оружие — рабочее. Клинок со щербинами. Рукоять, обмотанная кожей, потёртая от долгого использования.
И её аура. Когда я рефлекторно активировал Auspex, у меня перехватило дыхание. Аура Ингрид была… красной. Её аура не была алой от ярости или оранжевой от страха. Она была красной, как закатное солнце или пламя в кузнечном горне. Чистая, горячая, боевая сила, пульсирующая в ритме несуществующего сердца. И в этой красноте не было агрессии. Не было враждебности. Только готовность. Готовность сражаться — если потребуется. И готовность говорить — если получится.
— Ты тот самый Малкавиан? — спросила она вместо приветствия.
Голос был низким, с хрипотцой человека, который слишком много кричал в пылу сражений. Никаких церемоний. Бруха не тратят на них время.
— Артур Крейн, — ответил я. — Девятое поколение. Испытуемый Сплетения.
— Ингрид. — Она чуть кивнула — движение подбородком, экономное, как всё в ней. — Десятое поколение. Бруха. Мои спутники — Гуннар и Сигни. Мы с юга. С гор. За нами по пятам идут смертные колдуны. Какие-то чернокнижники из ковена, который называет себя Домом Тремер. Эти твари решили, что могут ловить Детей Каина ради крови для своих алхимических опытов. Не буду вдаваться в детали, не для первой встречи. Мне нужен проход через твои болота на север. Силас Ткач дал предварительное согласие, но сказал, что последнее слово за тобой.
«Дом Тремер…» — внутри меня Метагеймер буквально вспыхнул алым предупреждением. Для Ингрид это были просто зарвавшиеся смертные чародеи. Но для человека XXI века, знавшего канон Мира Тьмы, это имя прозвучало как раскат грома. В будущем клан Тремер — могущественные вампирские повелители крови, Узурпаторы, один из столпов Камарильи, уничтожившие Салюбри. Но сейчас — конец десятого века! Они всё ещё смертные люди! До ритуала Горатрикса в замке Чеорис остаются ещё десятилетия. Значит, именно сейчас их ищейки рыщут по Европе, отлавливая Каинитов, чтобы раскрыть тайну бессмертия…
Я оценил её прямоту. Никаких экивоков. Никаких политических игр. «Мне нужно это, я предлагаю то.» Чистый деловой подход. Метагеймер подсказал: «Бруха ценят честность и силу. Не пытайся манипулировать — почувствуют фальшь. Не пытайся запугивать — воспримут как вызов. Будь прямым — как она. Предложи равноценный обмен.»
— Условия? — спросил я.
— Мы не охотимся на твоей территории. — Она начала загибать пальцы — грубые, рабочие, с мозолями от меча.
Метагеймер внутри меня тут же сделал мысленную пометку: вампирская регенерация стирает любые обычные новые шрамы каждую дневную спячку. Если у неё на ладонях остались мозоли — значит, она заработала их ещё будучи смертной. Её Становление произошло уже сложившимся воином, а не слепили бойца из случайной девчонки.
— Не нарушаем «Молчание Крови» — клянусь честью клана, — непреклонно продолжила она. — Проходим тихо — двенадцать вампиров, три ночи, северный маршрут. Не вступаем в контакт со смертными без крайней необходимости. После пересечения границы — уходим на север, к горам. Вы нас больше не увидите.
— А взамен?
— Я научу тебя драться. — Она произнесла это просто, без хвастовства. — По-настоящему. Не фокусам с тенями — у тебя это, я слышала, уже есть. Кулаками. Клыками. В ближнем бою. Малкавиан редко тренируют тело — ваш клан полагается на Дисциплины. Но по моему опыту — а я прожила восемьдесят лет как вампир и дралась почти с каждым кланом от Вентру до Гангрел, — в бою Дисциплины могут подвести. Витэ кончается. Тени рассеиваются. А кулак и клык — остаются. Всегда.
— Почему ты предлагаешь это мне? — Я прищурился. — Ты могла бы просто пройти. Мы бы не заметили — или сделали вид, что не заметили. Зачем тратить время на обучение?
— Потому что ты интересен, — она коротко, одобрительно усмехнулась. — Я слышала о тебе. Даже на юге. «Малкавиан, который выжил против Гаруу», «Птенец, который прошёл Суд», «Аномалия». Когда я увидела тебя, я поняла: слухи не врали. У тебя аура… нетипичная. Малкавианская — да, сумасшедшая, — но в ней есть стальной стержень. Как у воина. Потенциального. Я хочу посмотреть, во что это вырастет.