Страница 25 из 28
Памела взяла колоду, перетасовала её и вытянула одну карту. Семёрка Мечей легла на стол — фигура, крадущаяся в темноте с украденными мечами, символ тайны, двойной игры и предательства.
— Эта твоя карта, — сказала она. — Ты делаешь то, что считаешь правильным, но платишь за это своей отверженностью. Однако, скоро это закончится, — сказала Памела, — и ты сможешь вернуться. Они примут тебя, потому что они — твоя семья.
Он не ответил, но его плечи чуть расслабились, как будто он услышал то, что давно ждал.
Странный нервный посетитель собрался уходить и уже взялся за дверную ручку, но остановился и обернулся.
— Когда наступит этот момент, — сказал он, — когда всё рухнет... я дам вам знать. Пришлю сову. Это единственное, что я могу сделать для вас — предупредить.
Он вышел, и дверь за ним закрылась. Памела смотрела на пустой стул, потом перевела взгляд на Семёрку Мечей, всё ещё лежавшую на столе. Эти рыжие волосы, такие же, что были у тех двоих, что так шумно ввалились в её кафе несколько недель назад.
— Один из Уизли, — проговорила она, убирая карту в колоду. — Даже если он не называет своего имени, догадаться нетрудно. Что ж, будет полезно узнать заранее, когда Министерство падёт...
* * *
Зимний вечер опустился на Косой переулок, смешивая снег с сумерками. Эш бесшумно перебирал книги на полке, а Памела сидела за столиком и перелистывала старую записную книжку, в которую вносила самые значимые расклады. Колокольчик тихо звякнул, и дверь кафе приоткрылась, впуская морозный воздух, а в щель неуверенно проскользнула женщина. Она была напряжена и, казалось, сильно напугана. Посетительница потопталась на пороге, оглянулась назад, как будто ожидала, что кто-то войдёт следом, и только потом шагнула внутрь кафе.
Памела подняла голову, рассматривая её светлые волосы, тонкие нервные пальцы и тени под глазами, выдававшие мало и плохо спящего человека.
— Садитесь, — сказала она, указывая на стул напротив. — Вы выглядите как человек, у которого проблемы..
Женщина села, сжав руки на коленях, и с надеждой посмотрела на Памелу.
— Меня зовут Чарити Бербидж, — произнесла она. — Я преподаю магловедение в Хогвартсе. А с недавнего времени я замечаю, что за мной следят. Я не знаю, что мне делать...
— Расскажите подробнее, — попросила Памела, тасуя колоду.
— Я вернулась в свою квартирку в Лондоне на зимние каникулы, — сказала Чарити, сжимая в руках чашку с чаем, который принёс ей Эш, и который она так и не поднесла к губам. — И сразу поняла, что там кто-то был: вещи лежали не так, как я их оставила, ящик стола был приоткрыт, и в воздухе присутствовал чужой запах. А когда я подошла к окну, то увидела две фигуры в капюшонах. Не дементоры, нет, люди, но они стояли под фонарём и не двигались. Я выскользнула через чёрный ход, и я не знаю, заметили ли они меня, но я знаю, что больше не могу оставаться там. Мне очень страшно... Поэтому я здесь.
Памела вытянула из колоды одну карту и положила на стол.
— Десятка Мечей, роль жертвы в публичной казни, — сказала она. — Всё очень серьёзно. Времени у тебя осталось мало.
Глаза миловидной учительницы расширились.
— Что же мне делать? — выпалила она.
— Бежать, — сказала Памела, и в её голосе не было сомнений. — Бежать сейчас, пока ещё есть шанс. Это не трусость, не преувеличение, а единственный способ выжить.
Чарити смотрела на карту, и в её глазах блеснули слёзы.
— Но как...
— Ты сможешь, — строго сказала Памела. — Беги, Чарити, беги!
Чарити поднялась, оставив на столе нетронутую чашку чая, и бесшумно скользнула к двери. Через мгновение она затерялась среди печальных домов Косого переулка. Памела долго смотрела на пустой стул, на остывающий чай, на Десятку Мечей, которая всё ещё лежала на столе, потом тихо сказала вопросительно глядящему на неё Эшу:
— Надеюсь, она поверила...