Страница 82 из 87
Факты те же, выводы другие
«Ну конечно же, по телевизору сплошная пропаганда, — говорит Юрий из Владивостока. — Но иностранные СМИ делают то же самое. Я уверен, что нам пропагандируют то, что идет стране на пользу».
Мы сидим в однокомнатной квартире площадью 15 м2 в северной части города. Крошечная кухня расположилась в прихожей, лазурные стены которой усыпаны золотыми звездочками. У окна в комнате стоит горный велосипед — он стоит больше, чем вся мебель в этой квартире вместе взятая. Юрию 57 лет, он морской биолог, работает в научно-исследовательском институте в составе Росрыболовства — возглавляет исследовательскую группу из 20 человек, они в основном занимаются тем, что отслеживают численность рыбных ресурсов в море и ищут причины возникающих отклонений.
«Какая же пропаганда идет России на пользу?» — спрашиваю я.
«В СМИ культивируется простая мысль: качество жизни людей должно быть выше».
«И как, становится лучше?»
«За последние 15 лет многое изменилось к лучшему. Я не сторонник Путина, но я также не знаю никого, у кого бы имелись более четкие представления о будущем нашей страны».
Он идет на кухню и возвращается с двумя заварочными чайниками, наполненными до краев.
«Но ведь после кризиса на Украине жить стало хуже, разве нет? А рейтинг доверия Путину все растет».
«С тех пор улучшений нет, это так. Но и ухудшений тоже нет. Думаю, 80 % населения у нас в стране не ощущает на себе последствия санкций».
Через пять минут он уже рассказывает, что ни за что не хочет продавать квартиру, где мы сейчас находимся, хотя обычно она пустует. Потому что рубль сейчас такой слабый. Выходит, за последние годы кое-что все же изменилось к худшему.
«Откуда у тебя такая уверенность, что, занимаясь пропагандой, правительство желает тебе добра? Может, было бы логичнее считать, что они в первую очередь руководствуются собственными интересами?»
«Зависит от правительства. Если их действия направлены на благо народа, значит, и их пропаганда во благо».
Юрий — человек неглупый, он доктор наук, который по работе занимается поиском документальных подтверждений данных. Поэтому меня поражает его доверчивость, которая заставляет вспомнить о последователях Виссариона из Сибири. Мне все меньше кажется, что он не относится к приверженцам идей Путина, а просто мыслит трезво.
Впрочем, объяснение его поведения лежит на поверхности. Юрий родился в 1959 году и за всю свою жизнь еще ни разу не сталкивался с прессой, которая служила бы органом контроля, так называемой «четвертой властью». Чего тогда удивляться, что он различает лишь лживую и чуть менее лживую пропаганду? Стремление подчиняться сильному и в то же время справедливому лидеру в России проявляется гораздо сильнее, чем на Западе.
«Я ведь сравниваю с другими СМИ, — говорит Юрий. — Смотрю BBC, Fox News, белорусские, украинские и даже вьетнамские телеканалы. А по утрам за завтраком включаю Euronews.
«И в чем же различия между ними и российскими каналами?»
«В целом они доносят одни и те же основные факты. Вот только подача разная».
«Можешь привести пример?»
«Буквально сегодня речь шла об обстреле гуманитарного конвоя в Сирии. Все об этом рассказали, никто не умолчал. На Euronews добавили, что, по данным американских источников, налет могли совершить российские самолеты. По Первому каналу об этом тоже сказали, добавив, что российские власти отвергли эти обвинения».
«А что ты думаешь о ток-шоу? Иногда кажется, что людей, настроенных против России, приглашают лишь затем, чтобы при всех на них наорать».
«Есть много всяких передач, я смотрю в основном канал СТС. Но иногда я тоже сомневаюсь, а не актеры ли иностранные политики, которых показывают по телевизору. На протяжении нескольких лет я вижу одни и те же лица людей, которые якобы являются политиками с Украины. Судя по всему, они безвылазно живут в Москве, как они оттуда могут заниматься политикой?»
Вскоре он благодарит за разговор и прощается, ему нужно ехать к жене. В моем распоряжении снова оказывается целая квартира.
В самом центре Владивостока стоят бело-голубые финишные ворота, обтянутые брезентом. На площади Борцов за власть Советов установлена сцена для танцевального представления, в связи с чем главная улица города, Светланская, оказывается перекрыта. Снуют операторы, из громкоговорителей слышатся чьи-то взволнованные объявления, а необыкновенно хорошенькие черлидерши машут своими помпонами.
Совсем не обязательно было поднимать такую шумиху по случаю моего прибытия в конечный пункт путешествия, но этот милый жест со стороны Владивостока я оценил. Вот только почему вокруг бегало столько потных людей с номерами на футболках и надписью «Владивостокский международный марафон», так и осталось для меня загадкой.
Я перебираюсь через ограждение, пересекаю финишную прямую и немедленно исчезаю в суши-баре «Токио». Во Владивостоке имеется много японских и китайских ресторанов, где подают настоящие нигири, цзяоцзы и курицумгунбао. Тут есть даже северокорейская гостиница под названием «Пхеньян». Местные официантки поражают не только своей униформой, но и обычаем каждый вечер ровно в восемь запевать в караоке голосами, из которых буквально сочится сладость (местная утка с паприкой тоже сочится, но уже жиром).
Всего 130 километров по воздуху отделяют Владивосток от моста Дружбы на границе с Северной Кореей, Китай еще ближе. А пассажиры парома «Восточная мечта» могут отправиться прямиком в Южную Корею и оттуда в Японию.
ЗАПОЙ— ZAPOI
Одно из множества непереводимых русских слов, имеющих отношение к алкоголю. Оно означает состояние, достигаемое в результате многодневного употребления спиртных напитков. К той же области относятся понятия «сушняк» и «недоперепил». Первое описывает ощущение сухости в горле наутро после разгульной ночи. Второе же используется для обозначения человека, который выпил сверх своей меры, но все же еще не настолько пьян, насколько теоретически мог бы быть.
У большинства машин в городе руль располагается справа — сюда массово свозят подержанные праворульные Toyota и Honda. По крайней мере, так было до 2009 года. Тогда в Москве решили поднять таможенные пошлины на ввоз японских автомобилей. Многие малые предприятия вынуждены были свернуть бизнес, дело дошло до акций протеста, которые, однако, ни к чему не привели.