Осторожно, Россия!

С Триттином к Путину

Кызыл

Население: 110 000 чел.

Сибирский федеральный округ

Итак, мне приходится вернуться в «мир». Расставание дается мне нелегко, простая жизнь на природе была для меня все равно что краткосрочный отпуск. Но, к счастью или к сожалению, я не проникся идеей, и ничего тут не попишешь, не помогут и две семерки в психоматрице.

В Кызыле я должен встретиться с человеком, о котором знаю только то, что на его странице в качестве фото профиля установлена картинка, на которой Владимир Путин прохаживается на манер Джеймса Бонда перед пылающим Белым домом. Его лаконичный ответ на мой запрос состоял всего из одной строчки: «Привет. У меня есть свободное место, где ты мог бы переночевать пару дней» и номера телефона. Позже он уточнил эсэмэской, не против ли я ночевать в абсолютно пустой квартире, которая выставлена на продажу. Конечно, не против, пишу я в ответ. Даже не зная, как его зовут.

О его родных краях я знаю побольше. Тут мало что напоминает о мирном лагере возлюбивших ближнего своего как самих себя, откуда я только что приехал. Путеводитель Lonely Planet советует воздержаться от прогулок по улицам Кызыла после захода солнца — там могут шататься пьяницы, которые якобы особенно склонны к насилию. Опасность еще больше увеличивается из-за того, что национальным спортом здесь является борьба. Кроме того, местные склонны придерживаться шаманизма, стало быть, перед тем как накачанные водкой борцы оставят меня, избитого до полусмерти, валяться на обочине, они вырвут у меня пару волосков, чтобы сделать из них шаманскую куклу. Она позволит им долгие годы ежедневно причинять мне дикую боль, даже если к тому времени мои ребра, сломанные в результате броска прогибом, уже срастутся. То есть так все выглядит в теории.

ГОМОСЕКСУАЛИСТ — QUEER [Q]

Нетрадиционная сексуальная ориентация была исключена из списка психических болезней в России лишь в 1999 году, однако до сих пор считается «поддающейся лечению». С 2013 года тем, кто одобрительно говорит о гомосексуалистах в присутствии несовершеннолетних, полагается штраф. Из-за чего просмотр финала музыкального конкурса «Евровидение» в кругу семьи превратился в сложную педагогическую задачу, когда в 2014 году победительницей оказалась бородатая артистка-трансвестит Кончита Вурст. «Нет предела нашему возмущению. Это конец Европы! Она сгнила. У них нет больше мужчин и женщин. У них оно», — горячился председатель националистической партии ЛДПР Владимир Жириновский, известный своими заявлениями на грани фола. Впрочем, «нашему возмущению» звучит преувеличенно, во всяком случае, если он имел в виду весь народ: в ходе голосования зрители из России отдали за Вурст целых восемь баллов.

Чтобы добраться до Кызыла, я прибегаю к онлайн-сервису Blablacar[23], в этом случае водитель по имени Сергей отвечает только за car, никакого blabla от него не исходит. Он удивительно похож на Юргена Триттина[24] в те годы, когда тот еще носил усы, а сын его — вылитый Мехмет Шолль[25]. В отличие от тех, на кого они так похожи, отец с сыном абсолютно не разговорчивы. За все пять часов пути они почти не разговаривают. В моменты, когда появляется связь, я пытаюсь планировать дальнейшие этапы моего путешествия, — занятие, которое в России вгоняет в состояние фрустрации.

Билеты на прямой рейс Кызыл — Иркутск, что подле озера Байкал, уже раскуплены — полет продлился бы всего два часа. Следующий рейс будет только на следующей неделе, что для меня поздновато, поэтому мне приходится передвигаться на автобусах и поездах.

В Западной Европе мы привыкли к шоссе и путям, которые сеткой оплели все страны. Таким образом, зачастую из пункта А в пункт Б можно добраться чуть ли не по прямой. В России это не так, тут есть тупики: когда одна дорога ведет в одну сторону, и она же ведет в обратном направлении. Путь из Кызыла в Иркутск по земле через преграду в виде гор — это все равно как если бы тебе нужно было попасть из Гамбурга в Вену и ты обнаружил бы, что придется сделать крюк через Париж, потому что прямого сообщения между городами нет.

На автобусе я должен вернуться в Красноярск — на 800 километров назад (14 часов пути), и там сесть на самолет, чтобы не сидеть вместо этого 17 часов в поезде. В такие моменты осознаешь, насколько все-таки велика Россия. На карте эти расстояния выглядят не такими впечатляющими.

За окном темнеет. Триттин мчится совсем не так, как подобает министру по охране окружающей среды. Обыкновенные участки трассы он проскакивает на скорости 120 км/ч, на узких участках сбавляет скорость до 90 км/ч. При этом он, не испытывая ни малейшего неудобства, ухитряется курить «Оптиму» и набирать эсэмэску. Мы въезжаем в Кызыл в кромешной темноте. Я показываю водителю адрес на карте в maps.me — улица Дружбы, дом 1, квартира 77.

Само собой, я приглядываюсь, что за типы бродят по улицам. И вправду, как только мы останавливаемся, я замечаю пошатывающегося человека с бутылкой в руках. Как хорошо, что Триттин высаживает меня прямо у дверей подъезда.

Я благодарю за помощь, набираю хозяина квартиры, он выходит к двери. Наконец-то, хоть один русский в трениках. У него короткие черные волосы и азиатская внешность. «Я Евгений. Хорошо добрался? Вот ключ от квартиры», — говорит он и заводит меня в трехкомнатную квартиру на втором этаже. Ни мебели, ни кухонного гарнитура, единственным украшением служат две еловые ветки над ванной. Я ощущаю себя скорее покупателем недвижимости, а не гостем. «Мне пора, может, получится встретиться завтра», — говорит Евгений.

И вот в моем распоряжении оказывается вся квартира. Чего в моем распоряжении нет, так это спального матраса, питьевой воды и продуктов, кедровые орешки не в счет. Уже по дороге сюда было ясно, что поблизости нет ни работающих магазинов, ни закусочных. Что, впрочем, мало что меняет, ведь квартиру страшно покидать из-за пьяных борцов-шаманов. Я раскладываю на паркетном полу свой тоненький спальный мешок, подкладываю под голову зимнюю куртку и жду рассвета.