Страница 8 из 56
Глава 3
Глава 3.
Все последующие дни были похожи один на другой. Я читала книги, сидя на палубе, а еще
начала общаться с Ником. Честно говоря, перестала на него сердиться, так как
невозможно дуть губы на мужчину, с которым проводишь умопомрачительные крышесносные
ночи. И пусть это только сны, но с каждым днем это становилось навязчивой идеей.
Видела мужчину и вспоминала все, что он вытворял со мной по ночам, отчего прятала
лицо за книгой, притворяясь увлеченной чтением. Да и обиды не были такими уж
невероятными, но дать понять, что со мной так поступать нельзя, я все же пыталась.
Но по улыбающемуся лицу мужа складывалось ощущение, что он и без меня великолепно
проводит ночи.
Спустя три дня решила, что пора бы и поговорить, но мужчина упорно общался только о
погоде, книгах, а также занимался моим образованием. Он интересно рассказывал о
королевстве людей, и я уже предвкушала окончание нашего путешествия. А еще он уходил
от разговора всякий раз, когда я хотела поговорить об Эдуарде или Шаарше. Я
подумала, что разговор о любовниках жены не самая лучшая тема для общения, и
перестала пытаться.
Погода начала ухудшаться и похолодало. Николас позаботился обо мне и принес мне
полушубок из меха неизвестного мне животного. Вещь была мне великовата, но была
очень теплой, и я с удовольствием надевала ее, когда выходила на палубу.
- Снова читаешь эту книгу? - я не заметила, как Ник подошел ко мне. Я сидела на
деревянном ящике на корме. Эта часть судна защищена от ветра и соленых брызг, потому
и стала самым излюбленным моим местом. Мне даже стелили матрасик на мой любимый
ящик, чтобы было удобнее и не жестко сидеть.
- Мне кажется, я ее выучила наизусть, - я бросаю взгляд на балладу, которая не дает
мне покоя.
- Нравится? - Ник довольно улыбается, понимает, что угодил мне с книгой.
- Не могу забыть историю драконов. Сердце разрывается, как представлю, что целую расу
истребили. Ужас! - на глазах почему-то наворачиваются слезы.
- Спой мне, - муж берет книгу и указывает взглядом на песню.
- Ой, нет, что ты. Я не умею, - я смущаюсь и чувствую неловкость. У себя в мире я с
большим удовольствием ходила с приятельницами в караоке. Петь я любила и умела, но
сейчас под пристальным взглядом мужчины не решалась.
- Уверен, у тебя получиться, - мужчина ободряюще улыбнулся, и я решилась. Хватит
прятаться за комплексами и неуверенностью в себе, пора бы быть решительнее и смелее.
Голос дрожит, и сперва я не совсем понимаю мелодию баллады, но чем дальше, тем
мелодичнее звучит песня. Я отдаюсь исполнению песни полностью, закрыв глаза, а когда
открываю, вижу стоящих в несколько шагов от нас матросов, которые замерли и слушают
меня, бросив все свои дела.
Как только я замолчала, и с окружающих людей спало оцепенение, раздались бурные
аплодисменты, а я, смутившись, спрятала лицо в руках.
- Это было великолепно, - в глазах мужа было написано восхищение, и оно, как бальзам
разлилось на душе, вылечив горечь обиды.
- Спасибо, но не стоит так на меня смотреть, ты меня смущаешь, - несмотря на все, мне
было очень приятно. На меня никогда в жизни никто так не смотрел, как сейчас
мужчина. Я чувствовала себя самой-самой под таким взглядом.
- Пой мне, пожалуйста, каждый день. Прошу, - мужчина взял мою озябшую руку и
поцеловал кончики пальцев, а потом согрел своим дыханием.
Признаться, я растаяла и согласилась.
Непогода настигла нас неожиданно.
Вот светило солнце, хоть и было холодно, а вот уже сгустились тучи и повалил снег
хлопьями, поднялся ветер. Я отправилась в каюту, но корабль начало бросать из
стороны в сторону, и было ужасно страшно.
Чтобы заглушить страх, я запела. Голос звенел, и меня отпускал панический страх.
Одна, другая песня, вот и дошла очередь до драконьей баллады, как я ее называла.
Последний куплет - и голос будто пропал, видимо, сорвала. Из горла выходило сипение,
даже я сама себя не слышу.
Снова страх, к которому добавилась морская болезнь. Нестерпимо хотелось на палубу,
хоть немного вдохнуть свежего воздуха. Мне казалось, что там мне станет легче, и я
хоть буду понимать, что происходит. Страх, что мы пойдём ко дну, и картинки из
фильма о большом лайнере и айсберге, которые подкинула услужливая память, толкнули
меня выбираться на свет божий.
Несмотря на тёплый наряд, меня пронзил ветер, который пробрал до костей. Я держалась
за поручни и делала осторожные шажочки. Паруса были сложены, но я заметила, что один
из них растрепал ветер. Наверно, оборвалась веревка, которой он был прикреплён.
К сожалению, я его заметила не сразу, так как из-за воя ветра, снега, залепляющего
мне лицо и глаза, волн, которые бились о борт корабля, я не могла точно рассмотреть,
что там впереди.
Заметила, а если точнее почувствовала, как этот самый парус шарахнул меня по спине и,
не удержавшись на ногах, я полетела вперёд. Вцепившись руками, на которых были
варежки, в поручни, я висела над пропастью. Внизу была бушующая черная вода, а я
даже на помощь позвать не могла.
Чувствую, как пальцы слабеют и не могут удержать меня, да еще и в теплой одежде. Руки
выскальзывают из варежек, и я лечу назад, прямо в море, широко расставив руки, и
пытаюсь кричать. Но из-за сорванного голоса крика не выходит, а мой еле слышный хрип
не услышат, даже если будут стоять рядом.
Вместо ледяных волн я с глухим звуком падаю на что-то твердое. Барахтаюсь, чтобы
перевернуться на бок, но чувствую, что соскальзываю и, ухватившись за какой-то
выступ сбоку, замираю. Одежда сделала меня неповоротливой, и я, как черепашка,
которую перевернули на спину, с трудом сгруппировалась и повернулась на бок. Обняла
выступ, подозрительно похожий на пластину чего-то твердого, возможно, металла. С
опоздание поняла, что могла бы упасть и на нее, и тогда пиши пропало. До свидания,
Настя.
А еще с опозданием понимаю, что то, на чем я лежу, движется и по внутренним ощущениям
движется быстро и высоко. Приоткрываю глаза, но, видимо, очень неудачный у меня
ракурс. Ничего не вижу. Но вот угол обзора поменялся, и открывается чудесная
картина.
Внизу корабль. Я так понимаю, это мой корабль. Вот Николас стоит рядом с капитаном на