Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 36 из 56

– Да я и не хотела, - вставила свои пять копеек ведьма.

– Да, ты не хотела. Мы поссорились, и я улетел и долго не прилетал, но не выдержал.

Король потребовал омолаживающие настойки, и я вынужден был прилететь к любимой. И

каково же было мое изумление, когда я увидел свою Арагу. Она была на сносях и

умоляла меня забрать ее на Остров.

Вот тогда-то по королевствам оборотней и змей прошел рейд, и всех женщин внесли в

реестр. Благо тогда еще не было видно живота, и Арагу не забрали в столицу. Тогда бы

оборотни отняли ее ребенка, а ее отправили б восвояси. Оказывается, она потому и

отказалась лететь со мной, так как хотела родить ребенка на материке, но этот закон

с регистрацией женских особей спутал все карты. Я спешно увез любимую на Драконий

Остров и поселил ее именно в эту пещеру, - мужчина обвел руками наше укрытие, будто

показывая свой дом.

– Я испугалась и сбежала, - тихо добавила ведьма и замолчала, задумчиво смотря в

пустоту. Мне кажется, в этот миг перед ее глазами пронеслись все те мгновения ее

жизни.– В ту же ночь я родила здоровую девочку, и мы с Натаном назвали ее Лейла, - я

перевела взгляд на девушку. Признаться, я только сейчас заметила, что с нашей

последней встречи она изменилась. Не сказать, что молодость вернулась к девушке, но

сейчас она хотя бы не выглядела, как дряхлая старуха.

– Мы долго думали, как быть. Оставлять Арагу и Лейлу в этой пещере я не мог. Не дело

крохе в таких условиях жить, но и за время правления короля я прекрасно понял, что

он за дракон. Я неоднократно был свидетелем его чудовищных поступков. Возвращаться

на материк она не хотела. Не хотела, чтобы и ее дочь прошла через весь тот ужас, что

ей довелось испытать. Потому мы приняли единственно верное решение, и я до сих пор

так считаю. Прости, дочка, - Натан посмотрел на Лейлу и, отвернувшись, смахнул

слезу. – Я пошел к королю и сказал, что когда летал к ведьме, то на побережье попал

в лачугу рыбака и там застал женщину в родах. Женщина умерла, а я выходил ребенка.

Ждал, что в лачугу кто-то придет, но никто не приходил, и я забрал малышку и

прилетел на остров.

– Я осталась ждать Натана здесь и проплакала несколько суток, пока он не прилетел и

не сказал, что все в порядке, - вклинилась в разговор старуха. В общем, у них

выходил довольно органичный рассказ в тандеме. Я бросила взгляд на Лейлу, она

слушала и смотрела на огонь. Думаю, эта история, как и для всех нас, стала открытием

многих тайн. Мужья тоже слушали, они давно покончили с едой и, замотав меня в теплые

одеяла, обнимали. Шаарша так и вовсе свернулся на одеяле сбоку и обнимал мои ноги. Я

упиралась спиной в Ника и Эдуарда, которые сидели рядом, только Эрих был немного в

сторонке. Надо будет с ним поговорить позже, мне кажется, он сторониться меня из

чувства вины.

– Король обрадовался, даже велел мне заботиться о ребенке и для всех: это моя дочь, -

мужчина снова смахнул одинокую слезинка со щеки.

– Я не хотела покидать Остров, восстанавливалась, так как все же была не молода и

затратила много сил в родах. Да и жалко мне было дочь, сердце рвалось к ней, но

разум понимал, что своим присутствием только наврежу ей. Чтобы мне было не скучно,

Натан начал приносить мне книги из королевской библиотеки, а забирал у меня молоко

для Лейлы. За месяц, что я прожила в этой пещере, я прочла всю библиотеку, -

размеренным тоном говорила старуха.

– И вот, когда я искал, чтоб новенького отнести Араге, я натолкнулся на скрытую,

тайную часть библиотеки, - на лице мужчины промелькнуло странное выражение. – Может,

я не должен был этого делать, но я взял книги и отнес их сюда.

– Должен был, - сказала, как припечатала, ведьма. – В книгах я прочла о истинном

мироустройстве, о том, что на самом деле происходило с этим миром, и о Всевидящем

Всемогущем Драконе. Из одной из книг я узнала истинную легенду о Единой и решила,

что должна ее призвать. Я хотела, чтобы этот ужас, что творится в мире, закончился.

Самым заветным моим желанием - было желание открыто жить с семьей: я, Натан, Лейла.

Да, я поступила эгоистично и призвала тебя. Я так долго искала Единую, что уже

отчаялась. К тому времени Натан отнес меня обратно в мою лачугу. Лейла выросла. Но я

все хотела, если не для себя, то хотя бы для нее исправить этот мир. Я нашла тебя,

не знаю, почему судьба распорядилась так, но мне удалось совершить призыв. Я должна

была отпустить свою душу в иной мир, и она привела тебя, - я всматривалась в лицо

женщины, но на нем лишь тенью проскользнуло сожаление, а после появилось решительное

выражение. Она ни о чем не жалеет.

– А как ты связалась с королём? - я повернулась к Лейле.

– Это я виноват, - Натан подошел к дочери и положил ей руку на плечо, сжал его. –

Часто стал летать на материк, дочери говорил, что король посылает, но она не

поверила и подслушала наш разговор с советником. Я ему жаловался на плохое здоровье.

Я знал, что советник все передаст королю, и тот даст добро на новую поездку. Кроме

меня к Араге никто не был вхож, и она бы не продала ни одно зелье постороннему, -

Лейла положила руку поверх руки отца и ободряюще сжала ее.

– Я пошла к королю и молила его не отправлять отца больше в такие изнуряющие рейды,

молила дать ему лекарство из запасников королевства. Король обещал все это

выполнить, только тогда я должна добровольно отдавать ему свою молодость, стать

фавориткой, - вот уже и Лейла смахивает слезы со щек.

– Но как он забрал мои годы жизни? Я то согласия не давала и фавориткой не была? - я

удивленно посмотрела на Натана и Лейлу.

– У тебя все было иначе, ты Единая, и он мог питаться твоей молодостью даже без

интимного контакта, - ответила Арага, а я передернула плечами. Как вспомню этого

короля-чудовище, так прям подташнивать начинает.

– Когда я прилетел от Араги, то Лейла уже дала клятву, и я не мог ничего изменить, -

сокрушался Натан.

– Он обманул ее, вы не виноваты, - я попыталась поддержать старика, но было видно,

что мои слова не утешают его.

– Ты куролесила, пока не собрала вокруг себя всех Истинных и не попала сюда, - в

голосе ведьмы был неприкрытый упрек.

– Ну вы и наглая! Мало того, что жизнь мне перековеркали, так еще и упрекаете.