Кровь зимы

— Ну, один голем выморожен и восстановить вряд ли получится. Второй поврежден, но их я жертвами не считаю. Стандартные охранники. Там даже подобия разума нет, — Волков пожал плечами. — А людей не задела.

— То есть… тварь, достаточно старая, чтобы смешаться с толпой, чтобы ждать… — бледная рука, высвободившись из складок плаща, поднялась. И Звонка загнула палец. Потом другой. — Чтобы подобраться вплотную и ударить… она никого не убила?

— Да, — Драгомир Волков сделал глубокий вдох. — Боги были к нам милосердны.

— Это… это не вписывается… да была ли вообще тварь⁈

— А вот это сами скажите, — Драгомир указал на стену. — Вон, видите? Тут она поднималась. Ей нужен был я. Ко мне и шла. Со мной говорила. Я не стал ждать, когда договорит и ударил. Сперва клинком, потом силой. Удалось её отбросить вон туда…

Он ткнул в ступеньки и подошёл к месту, где лежало существо. Склонил голову, разглядывая влажноватый после дождя камень.

— Голову снял. Тут её и отпустило. Оборот прошёл. Так что ошибаетесь вы, любезная. Не была она старой. Наоборот, только-только вылупляться начала. А что подобралась… ну, бывает. Сегодня у нас людно и шумно. Праздник планировали. В честь возвращения наследницы. Так что было не до тварей.

Звонка ему не поверила.

И к Кае повернулась. Впилась взглядом в лицо.

— Я испугалась, — спокойно сказала Кая. — Никогда не видела подобных.

— Но видела? Других?

— Да.

— Где?

— За Стеной. Там… твари порой подходят совсем близко.

Хриплый смешок.

— Ну да… если ты жива, то не настолько, как могли бы.

Злая.

И не понятно, с чего.

— Возможно, вам стоит заняться делом? — голос Драгомира зазвучал иначе. И теперь в нём послышалась не угроза, скорее тень её.

— Я и занимаюсь.

Звонка отвернулась и широким шагом подошла к ступеням. Присела на корточки, опершись руками о камень. И наклонилась.

Ниже.

Ещё ниже.

— Не будем мешать, — Белогор поманил за собой. — Звонка, конечно, не самый приятный в общении человек, но нюх у неё отменнейший. Если след есть, она его возьмет.

Гончая крутилась рядом с женщиной, время от времени наклоняясь. И тогда сама Звонка поднимала голову. В какой-то момент лоб её упёрся в лоб собаки. И Кая была готова поклясться, что эти двое разговаривают.

И вот собака попятилась.

Пробежалась кругом. А Звонка, распрямившись, встала у стены, запрокинула голову, разглядывая место, где висела тварь.

Сделала два шага в сторону.

— Егеря вчера вернулись, — Драгомир Волков первым нарушил молчание. Сейчас он говорил тихо, если не шёпотом, то почти. При этом продолжал наблюдать за Звонкой. — Ходили западной дорогой, к мертвому озеру.

Он сделал паузу и, покосившись на Каю, всё же продолжил.

— Видели стадо снежных туров.

— Большое?

— Под сотню голов.

— Много.

— Да. Старший клянётся, что были не только туры…

Кая прислушивалась к разговору, пусть не очень понимая, что скрывается за словами.

А Звонка, скатившись со ступеней, опустилась на четвереньки. Они с гончей вдвоём выписывали узоры по земле, то и дело останавливаясь, чтобы обменяться взглядами.

— Большероги?

— И они, и слоны тоже были.

— Скажут, что людям примерещилось…

— В последний раз, когда так примерещилось, если верить Хроникам, случилась Большая волна, — Драгомир наблюдал за тем, как Звонка, всё ещё стоя на четвереньках, описывает круги. Спираль расширялась. А Звонка все реже замирала. И в какой-то момент, оглянувшись, бросила:

— Есть. Иду… и это действительно не ревнивая любовница.

— О чём она? — поинтересовался Волков.

— Предположила, что не было никакой твари. А на тебя напала девка, которую ты попользовал и бросил. А теперь прикрываешься, выдавая её за тварь, чтоб жена не обижалась.

Драгомир хмыкнул.

Фыркнул.

И рассмеялся.

— Невысокого она обо мне мнения.

— Она ни о ком невысокого мнения. А потому так и не стала жрицей. И не станет.

— Почему?

— Жрицы не бегают на карачках за снежными тварями… а нюх у неё отменнейший. И заменить её кем-то будет сложно. Но так даже лучше. Она слишком прямолинейна, чтобы уцелеть среди жриц.

Звонка выпрямилась и теперь принюхивалась к воздуху. Кая тоже попыталась, но ничего не учуяла.

— У Медведевых не вернулся никто, — Белогор проводил взглядом фигурку в тёмном плаще. Звонка отмерла и сразу сорвалась на бег. — Два десятка проходчиков. Егеря опытные. Дорога старая. Мы по ней прошлись. Обнаружили стоянку. И добычу, и вещи… людей вот только не нашли.

— Плохо. Голос?

— Велено было считать, что имело место столкновение с Дикими.

— Что? Ерунда. Эти сами не полезут, если их не трогать, — Волков дернул плечом. — Да и у Медведевых с ними давний… союз.

Он запнулся и нервно дёрнул плечом.

— Тем паче, если бы вдруг, если бы и вправду дикие, то… они бы вещи точно прибрали.

— Именно. А там и клинки, и защита, и даже малый голем остался, — согласился Белогор.

— Ну да… дикие бы его мигом разобрали. Железом они не бросаются. Остальным бы тоже не побрезговали. И дай угадаю, следов схватки не было?

— Не было, — Белогор свистнул и, когда гончая откликнулась — лай был низким и утробным — пошёл на него.

— Ни крови, ни раненых, ни…

— Ничего. Люди просто ушли. Собрались и ушли.

Сердце Каи пропустило удар. Но она сумела устоять, не влезать в разговор. Наоборот, спрятаться бы, словно её здесь вовсе нет.

— Кстати, след тоже нашли. Правда, только до ближайшего ледника, а там… ну, мы не полезли проверять.

— Плохо… плохо, плохо, плохо, — ладонь Драгомира хлопала по его бедру, отбивая странный ритм. Он и шёл, следуя этому ритму, только шаг получался каким-то дерганым, нервным. — У других что?

— Не знаю. К нам обращались только Медведевы. Но добыча вольных сократилась вдвое. Говорят, что и количество их тоже не увеличилось. На западе появились мертвянки. К самой стене подходят. Зовут стражей на разные голоса. А деревня, которая в двух днях пути, новым частоколом обзавелась. И на каждом бревне череп висит. Некоторые — человеческие.

— Тьфу, погань… но если уж они… — Волков потёр шею. — Грядёт.

— Мне так тоже кажется. И не мне.

— Батюшка…

— Согласен с тем, что грядет. Но не согласен, что надо лезть. Считает, что напротив, следует укреплять стены, обучать людей, чтобы, как волна пойдёт, переждать. Это временное.

— Ну да…