Страница 51 из 75
Глава 12
К дому на Гранатовой улице Тайрон подъехал в начале десятого, когда дождь уже перестал притворяться моросью. Водитель раскрыл над ним зонт прямо у дверцы, но за несколько шагов через мощёный двор вода всё равно нашла дорогу за воротник. Водосточные трубы на углах дома гудели, выплевывая на брусчатку целые потоки, и этот гул провожал его до самого крыльца.
Окна на этот раз держали закрытыми. В дальней комнате затопили камин, первый за осень, и дубовые поленья потрескивали за решёткой, отдавая в комнату сухой смолистый жар. После улицы от него сразу клонило в сон. На столе ждали кофейник, графин с бренди и блюдо с нарезанным сыром, пока никем не тронутое.
Тайрон вошёл четвёртым, а Марио появился следом, стряхивая с плеч капли и ругая столичные дороги, которые заливает от первого же приличного ливня.
Ольмо сидел ближе всех к камину и грел над ним ладони. Эспарса устроился рядом, держал на коленях свернутую трубкой газету и легонько похлопывал ею по подлокотнику. Аурелио по давней привычке занял место напротив нефтяника.
— Начнём, пока Бенхамин не задремал, — Ольмо отвернулся от огня.
— Я не дремлю, я размышляю, — отозвался Эспарса.
— Как скажешь. Аурелио, твоё слово.
— В прошлый раз мы разошлись на том, что Вида молчит и, возможно, выжидает. Официальная страница не написала о дэ Гарро ни строчки, рекламы у его штаба там столько же, сколько у любого мебельного магазина, никаких баннеров и призывов. Формально мальчишка чист.
— Формально, — повторил Ольмо.
— А на деле каждая третья запись в новостных сообществах посвящена сенатору. Университет, замминистра в наручниках, стипендии, рукопожатие на фоне ректора. Люди пишут сами, и никто им за это не платит. За месяц дэ Гарро прибавил восемь пунктов, и больше половины прироста дали те, кому нет тридцати.
Эспарса перестал хлопать газетой.
— Восемь пунктов на студентах?
— На студентах, их родителях и мелких лавочниках. В штабе дэ Гарро эти цифры тоже видят, поэтому сенатор и таскает фамилию дэ Фуэго на каждый эфир. Позавчера он назвал их отношения взаимовыгодными, и фрагмент разошелся по сети.
Тайрон тоже этот эфир видел. Смотрел дома, в кабинете, и бокал, налитый к началу передачи, так и остался недопитым. Себастьян говорил о Викторе как о доказательстве, и Тайрону до сих пор непривычно слышать, как его фамилию приводят в пример кому-то, а не в назидание.
— Выходит, сеть всё-таки помогает, — подвёл черту Ольмо. — Только чужими голосами.
— Именно поэтому её не за что ухватить. Повесь Вида портрет сенатора на главную, и через неделю мы бы раздули скандал о продажной площадке. А за что хватать сейчас? За то, что студенты радуются стипендии?
Марио плеснул себе бренди и покачал бокал, согревая его в ладони.
— Значит, истории?
— Истории готовы. — Аурелио наконец положил руку на стопку. — Выйдет завтра одна громкая провокация или скандал, и через три дня её засыплют котами, свадьбами и роликами. Нужен фон. Вида должна мелькать всюду, где у обывателя ёкает сердце, каждый день понемногу и из разных рук, чтобы никто не смог сложить их. Моей конторе такое не потянуть. Нужны ваши связи, господа.
В камине громко лопнуло полено, выбросив на решётку горсть искр. Эспарса отодвинулся вместе с креслом и проворчал что-то про сырые дрова.
— Полиция, — первым заговорил Марио и поставил бокал на стол. — «Денто-Моторс» пятнадцать лет поставляет машины столичному управлению, половина их патрульного парка собрана на моих заводах. Начальник уголовного отдела каждую осень выезжает со мной на охоту и до сих пор уверен, что это я у него в долгу, хотя всё давно наоборот. Подбрасывать ему ничего не придётся. В городе каждый день кого-нибудь задерживают. Воров, торговцев дурью, сутенёров, мелкую шпану с ножами. Надо просто сказать, что у половины из них в кармане лежит Вифон. А в Вифоне переписка. Угадайте, где.
— В Виде, — хмыкнул Эспарса.
— В Виде. Условились о встрече, скинули адрес, отправили снимок товара. Сейчас следователи пишут в протоколах «переписка на мобильном телефоне». Я попрошу, чтобы писали подробнее. Модель телефона, название сети, и чтобы копию протокола без лишней волокиты выдавали любому журналисту по первой просьбе.
— Ты же ездил к мальчишке мириться, — напомнил Эспарса, прищурившись.
— Я мирился с ним, а не с его сетью.
— Лучшего и желать нельзя, — Аурелио впервые за вечер позволил себе улыбнуться.
Эспарса расправил свою газету и развернул на скатерти. Это оказалась не газета, а пробный оттиск полосы «Эвенто», ещё пахнущий типографской краской, с пустыми рамками вместо фотографий и одним набранным заголовком.
— Тогда мне остаётся напечатать, — он постучал пальцем по крупным буквам. — Набросал ещё днём, хотел посмотреть, как смотрится. Раз в неделю будет выходить колонка полицейской хроники, как у всех приличных изданий, и первый материал пойдёт вот под этим.
Тайрон прочитал заголовок вверх ногами: «Преступность становится мобильнее, и всё благодаря передовым технологиям».
— Никаких нападок и никаких фамилий, — продолжил Бенхамин. — Статистика задержаний, комментарий следователя, пара случаев из протоколов Марио. Где-нибудь во втором абзаце скромное упоминание, через какую сеть договаривались и с какого аппарата. Во втором выпуске эксперт порассуждает, можно ли отследить сообщения в новых сетях и кто за это в ответе. В третьем напечатаем письмо матери, у которой сын связался с дурной компанией. Такие письма приходят в редакцию мешками, выбрать есть из чего.
— Настоящие? — поинтересовался Марио.
— Половина. Остальные тоже кто-то написал.
Аурелио вытянул из своей стопки отдельный лист.
— И мошенники. Тут даже подкармливать почти не придётся, Вида уже кишит ими. Один собирает деньги на лечение несуществующего ребенка, другой продаёт телефоны, которых покупатель никогда не дождётся, третий рассылает выигрыши в лотерею за скромный взнос. Модерация у мальчишки неплохая, но жуликов больше, чем модераторов. Мои люди отыщут десяток самых наглых случаев и помогут пострадавшим добраться до полиции, а там подхватит Марио.
— Пострадавшие точно найдутся? — Ольмо откинулся в кресле.
— Пострадавшие находятся всегда, Рикардо. Достаточно им позвонить и вежливо спросить, не теряли ли они денег.
Тайрон слушал и крутил в пальцах чашку с остывающим кофе.