Страница 50 из 82
Глава 20. Дэвид
Первая встреча после перерыва. Вдохнув полной грудью, я стучу костяшками пальцев по двери и вхожу. Прошло почти четыре месяца с того момента, как он оставил меня одну, скрючившуюся на кровати, после высвобождения воды. Я буду спокойна несмотря ни на что. Знакомый кабинет встречает вечерней прохладой и тусклым освещением. Дэвид, с его точёным профилем, не оборачивается, заполняя бумаги, словно и не отлучался из академии. Молча падаю за парту напротив него, пытаясь разглядеть те же изменения, что коснулись меня: следы тоски в тенях, залегших под глазами, более резкую и без того чётко очерченных скул, но нет. Он прекрасно выглядел, щёки пылали румянцем, обросшие лохмы сменились стильной стрижкой. На пальце поблёскивает кольцо.
— Хорошо отдохнул? — Не сдерживаюсь я. — Как жена? Дети есть?
Мужчина, резко поднимаясь, направляется ко мне. Знакомое, острое чувство забытого жара опалило моё запястье.
— Что ты творишь, — шипит Дэвид.
— И тебе здравствуй, — высвобождаю руку. — Давно не виделись.
Он увешан защитными амулетами. От меня, понимаю. Он защищается. Не хочет, чтобы я считывала эмоции. Или что-то внушила... то, что хочу. Злорадство смешанное с болью прокатилось по пищеводу. Правильно, бойся... В какой-то степени меня это порадовало.
— Ты не имела права так поступать с Бэлламью. Я пристроил тебя ради твоей же безопасности. Чтобы ты спокойно училась. А ты...
— Более не нуждаюсь в вашей протекции, господин помощник ректора. Справилась без вашей помощи.
— Наслышан о твоей новой роли.
— Вот и славно.
— Мари, — вздыхает он, — неужели тебе не приходило в голову, что я делал это для тебя?
— Твой дурацкий повар постоянно унижал меня! А ты!.. — Голос срывается на крик и горячая ладонь закрывает мне рот.
— Ты глупая девчонка! — Глаза Дэвида вспыхивают огнём. — Прекрати себя так вести. Он тебя тренировал. Я стольким рисковал, чтобы внедрить тебя в систему с минимальным риском, чтобы ты не выделялась.
Помощник ректора обходит меня со спины, мягко обнимая, так, что мой затылок оказывается прижат к его животу. Руки скользят по моей груди и в паху начинает предательски тянуть.
— Ты бросил меня. Ты использовал меня, чтобы спасти свою Лайлу, — я хочу убрать ладонь, но вместо этого пальцы цепляются за родную руку. Опускаю голову вниз, понимая, что предательские слёзы рвутся наружу, и меньшее, что мне нужно — чтобы он их увидел.
— Помолчи, — шипит он мне в волосы. — Возьми себя в руки. Нам нужно поговорить. Идём.
В носу першит и я задираю голову, глядя ему в глаза.
— Нет.
Помощник ректора оглядывается и надевает на меня амулет из прошлого. Незамечайка. И тянет меня за руку. Слёзы пеленой застилают глаза, но я послушно следую за ним. Мельком оглядываясь, Дэвид ведёт меня по тёмным коридорам, спускаясь всё ниже... Знакомый запах тухлых тряпок и озона бьёт в нос. Архив.
Запечатав дверь заклинанием, Дэвид выдыхает:
— Теперь можно говорить спокойно.
— Что мешало общаться в кабинете?
— У стен есть уши, Мари, — мужчина трёт переносицу с таким видом, словно объясняет прописные истины. — Только Архив защищён. А ещё... В кабинет могли зайти.
— Ммм...
Он обнимает меня, и я забываю все слова. Горячие губы находят мой рот, жадно целуя, он шепчет:
— Я так скучал по тебе...
— Дэвид.... Стой. — Превознемогая желание, я упираюсь руками ему в грудь. — Ты женат. Я в отношениях.
— Мы скоро разведёмся, — мужчина приникает к моей шеё, притягивает к себе, лаская бедро, и я откидываю голову, отдаваясь ощущению. Но только на десять секунд.
— Нет. — Отпихиваю его. — Ты хотел поговорить. Мы же для этого пришли?
Дэвид отходит и начинает молча снимать амулеты. Я следую его примеру. Наш личный, забытый ритуал.
Выдыхаю, захлёбываясь в его желании и тоске.
— Мы разводимся, — повторяет он. Ни капли лжи.
— Хорошо. Рада за тебя... Дэвид, я знаю, что это из-за Софи. Так?
Мужчина молчит, и я чувствую его колебания.
— О чём ты хотел поговорить? Или ты привёл меня...
— Нет. — Ложь накатила на меня оранжевой вспышкой. Он рассчитывал на близость. — Не только. Послушай. Партоломью. Ты ходишь по краю. Тебе повезло, что он мой друг и... Должник. Ты обещала не использовать внушение.
— Ты приехал только ради этого? Может, объяснишь... Почему я должна была слушать эти оскорбления?
— Неужели ты не смотрела кино? — Издевательская усмешка кривит безупречные губы. — Для того, чтобы мастер тебя научил, нужно достичь вершины в служении...
— Прекрати. Серьёзно.
— Серьёзно. Было бы странно, если бы помощник ректора оплатил тебе занятия, не находишь? А Партоломью... Он действительно силён. Студенты готовы платить ему за обучение ремеслу. Неужели ты ни разу не поинтересовалась у своего парня? — Зло кидает он. — Те, кто проходит у него обучение в течение семестра гарантированно переходят на следующий курс. Он воспитывает гениальных поваров. Уже не важно. Просто исправь то, что сделала.
— Мне не обязательно к нему возвращаться?
— Нет, — с неохотой признаёт Дэвид. — Твой парень подобрал тебе отличную программу. Идеальную для твоих сил.
— Хорошо. О чём ещё? — Обхожу его и падаю в кресло, подобрав ноги.
— Альков.
— Что - альков? Ты про то, что было между нами? Или про то, что разведёшься с Лайлой, чтобы жениться на сестрёнке?..
— Прекрати, — прерывает меня Дэвид. Острый стыд передаётся мне в вены.
— Ммм... Эшфорды?
Он кивает.
— Расскажи мне подробно, что чувствовала.
— Я могу только рассказать о своих впечатлениях. Ассоциациях. Догадках. Но я не читаю мысли, Дэвид.
— Суть.
— Суть, — отзываюсь эхом.
То, о чём я думала три месяца и старалась выкинуть из головы.
— Суть... Мне кажется, они причастны к смерти твоих родителей.
— Подробности?
— Только домыслы, — ёжась, пожимаю плечами, вспоминая их ледяную уверенность. — Они считали, что всё произошло так, как должно было. Не жалели, не испытывали печали или чувства вины. Точно знали, что произошло. Вообще их больше заботил ты, твоя сила. Контроль над тобой.
— Хорошо, — кивает он.
Мы погружаемся в молчание.
— Ты... Знал? Догадывался. И после этого вернёшься на работу?
— Ты бы этого хотела? — Дэвид пристально смотрит на меня, так, что я вспыхиваю до кончиков волос.
— Ответь на первый вопрос.
— Это сложно. Система устроена сложно, но... Справедливо. Да, вернусь. И, если хочешь, мы можем продолжить наши частные уроки.