Пираты тридцатого века

Глава 22

— Алекс, проснись!

Боровски открыл глаза, и увидел встревоженное лицо Васнецова. За стенами комнаты, где капитан уснул, противно гудела сирена, а под потолком крутились красные огни.

— Что произошло? — Боровски едва слышал себя.

— Перед крепостями на входе в систему повис неопознанный флот. На запросы не отвечает. Эстина объявила тревогу, — ответил Юрий. Алекс похлопал себя по щекам, и осознал, что он не в капитанской каюте «Ястреба», а в помещении космодрома. — Ты так крепко спал, что Яна не могла тебя разбудить.

— И чего ты так всполошился? — недовольно пробурчал Боровски, окончательно просыпаясь. — Это проблемы Эстины. Пусть она и готовит оборону.

— Команда уже на корабле, капитан, — выпрямился Васнецов. — И принцессу тоже прихватили.

— Быстро же вы бросили своего капитана, — усмехнулся шутливо Алекс. — Одного, в каком-то подземелье. Значит, Эстина не взяла ответственность за принцессу?

— Никаких распоряжений по принцессе от СБ системы не было.

— Понятно. Старушка не стала заморачиваться…

— Или просто не успела связаться с императором, обдумывая для себя некие преференции.

Алекс многозначительно кивнул.

— А вот тут прав, но что-то быстро какие-то проходимцы припёрлись сюда. Пошли на корабль…

И в коридоре Боровски возмущённо заметил:

— Кто-нибудь выключит эти мигалки и звук?! Раздражает!

Графиню сообщение дежурного по орбитальной обороне застало врасплох. Она реально растерялась, услышав:

— Флот порядка девятисот единиц завис вне досягаемости огня наших орудий. На запросы не отвечают, а идентификация выдаёт, что это старые списанные тайкерские корабли. Позади ордера — четыре больших десантных корабля. По прошлым данным, каждый из них способен нести двести внутрисистемных штурмовиков.

Растерянность Эстины была вызвана не самим сообщением, и не количеством неопознанного флота, а то, что кто-то решил нагло ей угрожать, зная, что оборона системы достаточно сильна. И самое главное, что в системе не было кадрового военного, который бы должным образом организовал бы отпор. То есть, потери ВКС Эстины будут огромны.

Раньше в системе постоянно висел корабль из русского сектора, на котором приходили различные инструкторы, обучающие молодёжь Эстины военному искусству. И в случае надобности, они брали на себя руководство обороной. Как было неоднократно. А вот когда русских не было, то даже малочисленный умелый противник приносил системе огромные неприятности. Жители Эстины не воины, и никогда ими не были, а тем более, сейчас, когда в системе практически одни женщины.

— Мама, — Леван заметил её состояние. — Тебе стоит обратиться к Алексу Боровски.

— Считаешь?

— Да. Боровски — легенда космоспецназа, командир, имеющий кучу наград. Орден Александра Невского не дают первому встречному. У него опыт, знания, наконец, мощный рейдер с командой. И пока не поздно… Свяжись с нашим отцом. Скажи ему про обстановку и, наконец, про то, что Илья нашёлся. От русской зоны до нас далековато, но вдруг… помощь успеет.

Эстина удивлённо нахмурилась.

— Леван?! Ты сейчас что такое сказал?

— А, перестань, мама! — возбуждённо, на манер своего отца, гортанно выкрикнул сын. — Мы с Кёртисом уже давно всё знаем. Илья был некоторой тайной, но ты сама её открыла, поговорив с отцом по открытому каналу. Я зачем встроил шифратор кодов в твой терминал? Чтобы ты его включала по необходимости.

Она смахнула упавшую на лоб прядь.

— Старею, сын. Прости!

— Поторопись, мама, — Леван указал пальцем в потолок покоев. — Этот флот пришёл не просто так. И свяжись с Боровски. Сейчас же!

Вызов от Эстины пришёл, когда Алекс с Юрой уже шли по полю космодрома к «Ястребу».

— Слушаю, графиня.

— Капитан! У меня к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться!

— Очень интригующе. Излагайте.

— Я предлагаю вам возглавить на время оборону системы, присвоив звание адмирала. И звания для вашего экипажа соответственно. Разумеется, с полномочиями, денежным довольствием, ну и всем, что вам необходимо.

Боровски остановился под изумлённым взглядом Васнецова. Помолчал с минуту, потом сказал:

— Я согласен. Пусть кто-нибудь доставит наши документы и контракты мне на корабль.

— Через десять минут они будут. Я сама их принесу.

— Договорились. И ещё… захватите с собой медика и двух техников — мне не хватает профильных специалистов для комплектования.

— Это всё?

— Нет, — Боровски взглянул на Юру. — Приходите с матерью Васнецова. И это не просьба.

— Сыночек! — Олеся попыталась дотронуться до лица сына, но Юра оттолкнул её ладонь. — Как ты вырос! Неужели за всё это время ты так и не простил меня?! Я скучала!..

— Мама, перестань! — Васнецов отошёл на шаг. — Наш прошлый конфликт не был спором матери и сына.

— Юра, не начинай!

— Нет, мама! Так настоящие учёные не поступают! Ты продавила свою точку зрения за счёт того, что ты старше, и моя мать! А матери, видите ли, виднее!

— Сын! Я тогда была не в себе! Но ты тоже хорош — заявил, что теперь у тебя нет матери!

Боровски наблюдая за встречей Васнецовых, и слушая их разговор, не понимал — а какого чёрта тут происходит?! Стоявший рядом Аль-Бади, увидев выражение лица капитана, погладил подбородок:

— Алекс, не обращай внимание. Фанатизм учёной братии иногда выходит за рамки родственных отношений. Ну, сказали что-то друг другу с горяча… Хорошо, волосы друг другу не рвали. Гордые, упёртые.

Олеся протянула Юре холщовый мешочек на завязках.

— Я принесла твои детские игрушки, сын. Когда мне сказали, что ты здесь, то я взяла их с собой. Я их хранила и вспоминала о тебе. Возьми… И будь осторожен, прошу!

Васнецов взял мешочек трясущимися руками. Казалось, что для него не было сейчас никого и ничего, только его детские игрушки. Боровски недоумевал.

Он хлопнул по плечу Имрека папкой с документами, полученной от Эстины.

— Пойдём на корабль, графиня прислала трёх спецов для комплектования. Посмотрим на них.

И если медик оказалась целым лейтенантом и довольно взрослой женщиной, то техники казались на её фоне девочками, только закончившими школу. Худенькие, улыбчивые, но с серьёзными лицами.

— Капитан, — удивился Аль-Бади, — нам прислали стюардесс, чтобы учить их разносить напитки по боевым постам?

— Теперь не капитан, а адмирал, — поправил Боровски.