Страница 10 из 13
– Ну так что, сестра, – наконец сказал Шакал со своей вечной ухмылкой, пристраиваясь рядом. – Похоже, мы теперь в одной лодке. Каково это – стать одной из множества неудач Кэнина?
– Заткнись, Шакал, – ответила я большей частью по привычке. Я знала, что он не заткнется.
– Ой, да все не так уж плохо, – продолжил Шакал, кивнув на Кэнина. – Теперь тебе больше не придется выслушивать его бесконечные поучения об этих дурацких кровяных мешках и необходимости «держать чудовище под контролем». Через пару месяцев это начинает реально утомлять. – Он зловеще усмехнулся. – Тут, на дне, куда ты свалилась с нелепых высот его ожиданий, легче, верно, сестра? Можно наконец начать жить нормальной вампирской жизнью.
– А в этом есть смысл?
– Вообще-то есть. – Усмешка пропала с его лица, и на секунду Шакал почти приобрел серьезный вид. – Я хотел бы знать, что ты собираешься делать после того, как мы изловим Саррена и выбьем из него все дерьмо, – сказал он. – Не думаю, что теперь, когда ты наконец приняла тот факт, что тебе нравится вкус крови, старик будет готов и дальше терпеть наше общество – ему такое не по душе.
Куда ты пойдешь, когда все закончится? Если выживешь, конечно. И если наш дорогой господин не решит прикончить нас «во имя вселенского блага».
– Не знаю, – ответила я, проигнорировав последнюю фразу. Я не думала, что Кэнин попытается меня убить, но… когда-то давно он пытался оборвать жизнь Шакала. Неужели я пала так низко, что для Кэнина я не лучше Шакала – очередная ошибка, которую не следовало приводить в этот мир? – Я не знаю, куда я пойду потом, – повторила я, глядя на деревья. Я не могла оставаться в одном месте – только не среди людей, которые будут меня ненавидеть и бояться и которых я буду систематически убивать одного за другим, чтобы прокормиться. Возможно, я буду вечно бродяжничать. – Думаю, это неважно.
– Что ж, у меня есть предложение, – проговорил Шакал, и в его голосе я заметила отзвук усмешки. – Пойдем со мной в Старый Чикаго.
Я бросила на него удивленный взгляд. Похоже, Шакал предлагал это мне совершенно серьезно.
– С чего бы? – настороженно спросила я. – Щедростью ты никогда не отличался.
– Сестра, ты знаешь, что у тебя очень избирательная память? – покачал головой Шакал. – Что я тебе твердил все это время? Я уже предлагал тебе это раньше, по сути, несколько раз, но ты была слишком зациклена на своих драгоценных кровяных мешках и даже слышать о моем предложении не желала. Верно, я не потерплю в своем городе других кровососов, но ты не какая-то обычная бродячая вампирша-дворняжка. Ты мне родная. – Он расплылся в широкой улыбке, показав кончики клыков. – И вдвоем мы могли бы натворить великих дел. Подумай об этом.
Все еще с опаской я спросила:
– И что же это за «великие дела»?
Шакал хохотнул.
– Для начала, – сказал он, – заполучив эдемское лекарство, мы могли бы начать сколачивать вампирскую армию, о которой я тебе уже говорил. Мы могли бы заиметь собственный вампирский город, и остальные государи склонились бы перед нами. Мы могли бы править миром, ты и я. Что скажешь?
– И ты бы просто так поделился со мной властью? – Я скептически глянула на Шакала. – Что тебе помешает ударить меня в спину после первой же ссоры?
– Вот сейчас обидно было, сестра. – Шакал скорчил гримасу. – Ты меня каким-то дураком выставляешь. Тебе мало того, что я хочу поближе познакомиться со своей дорогой сестренкой, своей единственной живой родственницей помимо Кэнина?
– Мало, – ответила я еще более настороженно.
Я смерила Шакала пристальным взглядом, а он в ответ улыбнулся подозрительно невинной улыбкой.
– Не надо толкать мне всякую фигню про семью и кровные узы. Ты бы бросил нас на растерзание бешеным, если бы решил, что это тебе будет выгодно, ты сам так говорил. – Шакал фыркнул, но отрицать ничего не стал, и я прищурилась: – Зачем я тебе на самом деле?
– Затем, моя тупоголовая сестрица, – вздохнул Шакал, – что я тебе доверяю.
От неожиданности я едва не споткнулась. Не веря своим ушам, я уставилась на Шакала, а он посмотрел на меня в ответ. Вид у него был такой, словно ему требовалось побыстрее разобраться с крайне неприятным делом.
– Потому что я знаю, что ты, по крайней мере, не обратишься против меня, если подвернется что-то получше, – выдавил он из себя. – Потому что тебе присуща эта отвратительная верность, из-за которой ты постоянно попадаешь в неприятности. И еще потому что ты недурственно дерешься. – Его лицо выражало что-то среднее между надменностью и жалостью. – Думаю, я буду практичным, рассудительным умником, а ты – хорошенькой гиперэмоциональной сорвиголовой, и из нас двоих выйдет идеальная команда.
– Так ты хочешь заполучить меня на свою сторону потому, что я умею сражаться, и потому, что не пойду против тебя. – Мой голос горьким эхом отдался у меня в голове. – Весьма любезное предложение с твоей стороны. И не могу не отметить, что ты мне никаких гарантий верности не предоставляешь.
Шакал пожал плечами.
– Смотри на это так, сестра, – сказал он, его устремленные на меня золотистые глаза, казалось, видели слишком много, – ты хотя бы не будешь одна.
От этих слов я содрогнулась. Одна. Я снова буду одна. Когда все это закончится, даже если мы победим Саррена, я вернусь к тому, с чего начала той ночью, когда мы с Кэнином бежали из Нью-Ковингтона и разделились. Вернуться в город я не могла, но и что делать дальше – не представляла. Без господина, без друзей и без цели я бессмысленно блуждала по пустому безжалостному миру, не зная, что делать и куда направиться. Я даже не понимала, насколько я одинока, пока не наткнулась на кучку пилигримов, ищущих мифический рай. Так у меня появились цель и смысл существования. Я пожертвовала всем, чтобы помочь им добраться до Эдема… но теперь их со мной не было. И когда мы убьем Саррена, я вернусь в исходную точку. Кэнин уйдет, и я снова останусь одна, буду скитаться по свету. Если только не приму предложение Шакала.
– Не знаю, – сказала я, вызвав у Шакала очередной вздох. – Я… подумаю над этим.