Страница 5 из 18
Наверное, да. По крайней мере, так говорили. Но женщина – не вино, которое с каждым годом становится все вкуснее, наша молодость скоротечна, а она… на семь лет моложе меня. Неискушенная, молодая, с наивным взглядом голубых глаз.
Вызывает стойкое желание ее защищать. Если даже я почувствовала его слабые отголоски, что уж говорить о мужчинах, круживших вокруг весь вечер? Пожалуй, исключений было всего два – Мариус и Рафаэль.
Но главное, я видела, как Арманд смотрел на нее. Как пожирал взглядом ее фигурку, наверняка предвкушая, что скоро эта добыча будет его. Мне слишком хорошо был знаком этот взгляд: именно так когда-то он смотрел на меня. Когда-то очень давно, приехав по делам к моему деду, герцогу Альваресу де Сильва.
У меня не было шансов устоять перед этим красивым, опасным хищником, целенаправленно и напористо идущим к намеченной цели. Не делающим снисхождения, использующим все твои слабости, чтобы добиться своего.
Так почему же я наивно решила, что устоит она?
На мгновение меня посетила мысль прямо сейчас пойти и проверить, как там устроилась девчонка. Со слов Марии я знала, что ее поселили в гостевое крыло в противоположной стороне дворца.
Поговорить с ней по душам, откровенно. Убедить отказаться от затеи родить ребенка чужому мужу. В конце концов, жрецы вполне могли запутать ей мозги, воспользовавшись доверчивостью и незнанием реалий этого мира.
Понять, действительно ли она так наивна, как кажется и… ночует ли одна?
В сердце будто кто-то воткнул острый нож, и теперь медленно проворачивал его, наблюдая, как я истекаю кровью.
– Я не смогу, – прошептала я, глядя на свое затуманенное отражение в зеркале. – Не смогу так жить, Арманд. Прошу, опомнись. Или… отпусти.
Дверь с глухим стуком распахнулась, заставив меня вздрогнуть и обернуться.
– Ты даже не пыталась скрыть свое недовольство на балу, – император прошел вперед, останавливаясь в центре гостиной. – Нравится разыгрывать спектакли на людях?
– Недовольство? – я вскинула бровь, отложив щетку в сторону. – Прости, Арманд, я, видимо, плохо поняла ситуацию. Мне показалось, ты представлял мне свою будущую любовницу, а не иностранного посла.
В один большой шаг он вдруг оказался рядом. Захотелось отступить, а еще лучше, позорно сбежать, но я осталась стоять на месте, лишь вскинула голову – настолько он был выше.
– Стоит быть осторожнее, Медея, – зло процедил дракон. – Ты забываешь, кто я.
– Прекрасно помню, поверь. Но и ты вспомни: твоя жена я, не она!
– Я слишком много позволял тебе, помня, чья кровь в тебе течет, но, кажется, зря. Знай свое место.
– И где же мое место теперь? В тени за троном?
Внутри все кипело от гнева! Я смотрела на Арманда с почти неприкрытой ненавистью.
Зачем он напомнил про кровь? Да, я потомок императора людей, которого тысячу лет назад самолично убил Холдер.
– Если ты называешь себя женой, должна слушаться во всем, – лицо Арманда оказалось вдруг совсем близко к моему. За взглядом – жарким, прожигающим насквозь, я отчетливо увидела желание подчинить, во что бы то ни стало добиться своего. Но было там не только это.
– Я не…
Большего мне сказать не дали. Дракон обхватил мой затылок, заставляя приблизиться, а в следующий миг сам резко подался вперед и его губы впились в мои. В живот уперлась мужская твердость, недвусмысленно намекающая, что последует дальше.
Послышался нещадный треск разрываемой ткани, и к ногам упал шелковый пеньюар. Такая же участь постигла и ночную сорочку, оставляя меня укрытой лишь волнами волос.
– Иди ко мне.
– Хватит! Я не в том настроении, Арманд! – я тяжело дышала, немного напуганная его бешеным напором. Арманд всегда был неистовым в страсти, но я чувствовала, что сейчас что-то не так. Он словно бы хотел… наказать меня.
– Тшшш! Ты разозлила меня своей непокорностью, Медея, – император будто не слышал. Костяшки пальцев медленно скользили по моим ключицам и груди, задевая рубиновые вершинки.
Таким Арманда я не видела никогда. Длинные черные волосы разметались по спине и плечам, в черных глазах тлели багровые искры пламени. Руки уже оглаживали мои бедра, впиваясь в них пальцами.
– Так что, Медея, ты будешь послушной женой этой ночью? Докажешь мне свою любовь? – дракон вновь склонился к моим губам.
Ответа он, кажется, и не ждал. Перехватив меня за талию, Арманд вновь наклонился к моему лицу. В этом поцелуе не было нежности, его твердые губы были требовательны и жестки, он властно брал желаемое, не спрашивая разрешения, не приемля отказа. Зверь добрался до жертвы и теперь терзал ее сладкой пыткой.
– Ты моя, Медея, и думать забудь про развод, – подхватив меня на руки, император направился прямиком в спальню.
Шелк покрывала холодил кожу, горящую от поцелуев и умелых ласк. Сердце колотилось как сумасшедшее, дыхание окончательно сбилось, воздуха не хватало даже на один вдох, пока я цеплялась за его плечи.
– Скажи, что любишь меня, – по шее скользили губы, оставляя дорожку из поцелуев, прикусывая кожу и тут же лаская место укусов языком. – Скажи, что всегда будешь принадлежать только мне.
Я молчала, понимая, что не хочу разбрасываться такими обещаниями. Со мной в постели был мой муж, но… все стало слишком сложно.
– Люблю… – тихо, на грани слышимости, прошептала я, борясь с подступающими слезами.
Пронзительный, жаждущий взгляд и сметающее все на своем пути желание были мне ответом, прежде чем дракон соединил наши тела, начиная безумный танец страсти.
Больше в эту ночь мы ни о чем не говорили. Под утро, засыпая в кольце сильных рук, обнимавших меня со спины, я почти поверила в то, что у нас есть шанс что-то исправить.
Увы, события следующего дня показали, как сильно я ошибалась.
*****
Утро встретило меня в королевском парке. Роса ещё не успела высохнуть на бархатных лепестках цветов, и капли искрились в косых лучах солнца. Плетистые розы вились по мраморным решеткам беседок, наполняя пространство вокруг пьянящим ароматом.
Многие из них были посажены по моему приказу, чтобы напомнить о родной Лирии: в парке вокруг нашего дворца было очень много роз. Помню, Арманд даже предлагал перевести их оттуда, чтобы я не так сильно скучала по дому, но я отказалась, сочтя это кощунством.
Сейчас я медленно шла по одной из дорожек, уводивших в глубь парка, и рассеянно смотрела перед собой. Ночь, закончившаяся в крепких объятиях мужа, теперь казалась каким-то далеким сном. Проснулась я одна, Арманда рядом не оказалось.
– Доброе утро! – раздался рядом негромкий голосок.