Страница 49 из 59
…Думаю, что еще многие годы будут разными задачи у ГРБ и экспедиций. Основной задачей ГРБ будет оставаться разведка россыпей для обеспечения добычи золота разведанными его запасами, тем более если начнет возрастать количество его добычи.
Основной же задачей геологопоисковых, геологоразведочных экспедиций сохранится исследование все новых территорий при помощи разносторонних геологических методов и достижений науки, выявление на них не только золотоносных, но и других месторождений полезных ископаемых для вовлечения их в сферу горной промышленности, а в частности, выявление распространения золотоносности и определение ее границ. Возможно, в другой обстановке ни Билибин, ни я — каждый по-своему — не были бы так категоричны и уверены в своих оценках и прогнозах. Но нас к таким выводам привела не просто безоглядная самоуверенность, часто присущая молодости. Мы восприняли решение Советского правительства «…восстановить отечественную добычу золота и платины» как наказ помочь осуществлению его на практике. Мы были полны желания оправдать оказанное нам, начинающим специалистам, такое большое доверие. Как и весь народ, воодушевленный свершившейся революцией, мы были охвачены общим энтузиазмом, который и придавал смелость нашим решениям. Думается, этому немало способствовала и необходимость самому решать поставленные задачи, не имея за спиной авторитетов, на которые можно было бы переложить ответственность. Тем более что это совпадало с выбором нами профессии, с нашим призванием…
…Закончив выступление, я с облегчением вздохнул. Это заметил председатель и с улыбкой пожал мне руку, поблагодарив от лица комиссии за такое подробное сообщение. В заключение он сказал, что многое для них прояснилось, и в основном они согласны с нашими предложениями идо- водами, но им предстоит еще большая работа: необходимо обобщить все полученные сведения и цифровые данные для представления на решение в Хабаровск.
Попрощавшись со мной, все направились к зданиям, задержался только один из членов комиссии. Он сказал, что хотел бы задать мне вопрос совсем из другой области. Предварительно он рассказал мне, что побродил в последние дни по долине Среднекана и обнаружил здесь обширные участки с зарослями голубичника со спелыми вкусными ягодами, а также целые плантации маслят росли на склонах, и особенно много их было на плоских вершинах. Они здесь какие-то другие, с плотными коричневыми шляпками, похожие на белые грибы. Члены комиссии с удовольствием ели их жареными, а в столовой повариха угостила своими солеными грибами, которые они действительно приняли за белые. В зарослях стланика он обнаружил также массу шишек с орешками, по вкусу они совсем как кедровые, только мельче. Вот ему и хотелось узнать, изобилуют ли также всем этим и другие районы, где мне удалось побывать. После моего подтверждения, воодушевившись, он воскликнул, что все это природное богатство может служить подспорьем для питания. Свежие, жареные, сушеные, соленые и маринованные грибы питательны, их можно заготавливать на всю зиму. Из ягод можно приготовить варенье, компоты, сушенья, ценные средства от цинги. Дело только за организацией своевременных сборов и заготовок, говорил он. Конечно, я не мог не согласиться со всеми этими доводами да еще приводимыми с таким воодушевлением. Удовлетворившись полученными сведениями, тепло попрощавшись, он поспешил к своим товарищам.
Кстати, значительно позднее — в годы Великой Отечественной войны — все предположения представителя комиссии были осуществлены. Дальстройснаб производил заготовки сушеных и соленых грибов, ягод, варенья, водочных настоек, наливок и даже изготавливали на небольшом заводике кедровое масло из орешков стланика. Всей этой местной продукцией пользовалось население до конца войны. Пользовался и я, при этом мне всегда невольно вспоминался наш разговор с молодым экономистом из комиссии в дни ранней осени 1931 года на террасе Колымы близ устья Среднекана. После войны производство всей этой продукции прекратилось со ссылкой на нерентабельность…
…По календарю приближалась осень. Северные ветры должны были гнать низкие облака, а пасмурные дни порой сопровождаться моросящими дождями. Но в этот год сохранялась на редкость сухая ясная погода с полным безветрием и ничем не нарушаемой тишиной вокруг. На высоком чистом небе нигде до самого горизонта ни облачка, ни дымки, и особая прозрачность воздуха. Широкое необъятное приволье открывалось напротив за рекой и вниз по ее течению. Далеко видная волнистая поверхность залесенных гор, еще густо-зеленых, с проступающими только кое-где пятнами легкой осенней желтизны, уплывала в безграничную даль, в неизвестность.
Непроизвольно расправив плечи, я снова вздохнул глубоко свежий воздух, слегка пахнущий смолистой хвоей и разогретой корой лиственниц. Сложное чувство облегчения от наконец наступившего спада напряженности сочеталось с набежавшей почему-то легкой грустью. Может быть, она вызывалась скорым расставанием с этим полюбившимся северным краем, с его суровой красотой, привольем, а главное — с хорошими радушными людьми.
Нахлынувшие вдруг воспоминания неожиданно прервал громкий голос Раковского, и я направился к нему.
За обедом Сергей по-таежному скупо похвалил мое выступление, сказал, что комиссия довольна, продолжают его совместно обсуждать. Меня всегда смущала похвала, даже сказанная без лести, и я постарался направить разговор по иному руслу. В данном случае на волнующую меня тему: сумеют ли они выделить завтра на обратный путь лошадь. Меня ждали неотложные дела, связанные с завершением работ, с ликвидацией базы и отъездом сотрудников экспедиции в бухту Нагаева, чтобы успеть на один из последних пароходов во Владивосток.
Оказалось, что Раковскому вместе с Пакуловым необходимо ехать на Утиную, и он предложил выехать завтра вместе с ними.
— Путь займет два с половиной—три дня, — стал объяснять Раковский. — Поведу вас через водораздел с рекой Безымянной. Перевалим в Оротукан, а там спустимся ближе к низовьям и по правому притоку перейдем в Утиную. От устья этого притока придется вам идти одному — там уже недалеко до базы. Заночуем в пути раза два. Подниматься же по Колыме гораздо хуже и дальше.
Меня это вполне устраивало. Мы оформили передачу лодки в ГРБ, поговорили еще о делах и пораньше разошлись спать.