Страница 26 из 72
Леденящий душу вой вырвался из глотки Уайетта, когда рука Годасара обожгла его мех и кожу, ещё больше пламени расползалось по его телу, пока они оба пытались уничтожить друг друга.
Уайетт встретился со мной взглядом.
Время, казалось, замедлилось, хотя я знала, что не делала этого.
Острый ум отражался в глазах волка, и я понимала, что смотрю не только на волка. Это был Уайетт. Мы обменялись безмолвными взглядами. Он собирался умереть, чтобы спасти меня. Он уничтожит лорда эльфов сейчас, но в процессе эльф тоже убьёт его.
Я знала намерения Уайетта, и это придало мне скорость, ярость вспыхнула в моей душе, пока мир вокруг меня не стал размытым пятном.
Сила богини вырвалась из меня по собственной воле, словно взрыв. Фиолетовый свет омыл все вокруг. Гнев распустился, словно лепестки ненависти и злобы.
Мир остановился.
Время остановилось.
Все движения замерли.
Всепоглощающая мощь снова и снова омывала меня.
Я пролетела сквозь застывший мир, пока не достигла Уайетта и лорда эльфов. Сила богини исходила от меня ровными волнами. Я успокоила пламя на теле Уайетта, потушила огонь, который убил бы мою пару, если бы я не остановила его. Пламя было безмолвным и неподвижным, ни единой вспышки, пока время стояло на месте. Всплеском силы я сумела полностью затушить его.
Потому что Уайетт был моей истинной парой.
Он умрёт, защищая меня, и я умру, защищая его.
Эта мысль пришла и исчезла.
Я вырвала огромного волка из хватки лорда эльфов, поднимая его так, словно он весил два фунта, а не сотни. Размытым движением я устремилась к дальнему склону горы, и мой желудок скрутило, когда я вдохнула запах обожжённой плоти и палёного меха Уайетта. Он был ранен. Возможно, не сможет полностью исцелиться, но он выживет.
Тем не менее у него могли остаться шрамы. И он сделал это всё ради меня.
— Мне очень жаль.
Аккуратно опустив его на землю в пятидесяти милях от битвы, я тяжело дышала от напряжения, затем помчалась обратно к подножию горы.
Одного за другим я забирала бойцов СВС с места битвы. Я двигалась так быстро, что все вокруг превращалось в размытое пятно, и все это время этот мир оставался замороженным во времени. Моё тело ныло, а разум кричал об отдыхе, но я не останавливалась.
Потому что я была самим временем.
Воплощение богини.
И ничто не помешает мне защищать тех, кого я любила.
Я переносила бойцов снова и снова. Мили земли пролетали под моими ногами. Нужно было переместить двадцать пять бойцов СВС, и я перенесу их всех — живых и мёртвых, — пока каждый из них не окажется в безопасности.
Когда последний боец отрядов был перемещен, я вернулась к безмолвной сцене, зная, что моя работа ещё не совсем закончена. Усталость разливалась по телу, но я не замедлялась.
Простыня всё ещё прикрывала тело, лежавшее по другую сторону костра, то тело, которое, как подсказывал мне какой-то древний инстинкт, было богиней.
Медленно я приблизилась к телу, и сила внутри меня загудела.
«Да, — казалось, говорила она, — да, иди к ней».
Я стянула простыню с тела, затаив дыхание от того, что обнаружу под ней.
Женщина лежала неподвижно, как камень.
Её грудь больше не вздымалась, но часть меня знала, что она не двигалась потому, что время остановилось, как и все движения вокруг. Потому что магия была не в её теле, а в моём.
Мой взгляд скользнул по её смуглой коже, по блеску чёрных волос, по безупречным чертам лица. Она была прекрасна. Великолепна. Абсолютное совершенство, воплощённое в плоть и кровь. Красота, которой не могли обладать ни смертные люди, ни магические сверхъестественные существа. Её красота была предназначена для богов и только для богов.
Яростный защитный инстинкт захлестнул меня.
Я не позволю ей умереть от рук таких злых существ, которые грозились расщепить мою душу пополам и вырвать потустороннюю силу у законной владелицы.
Я подняла богиню на руки — медленно и благоговейно. Она не пошевелилась, но сила гудела и текла сквозь меня, словно лаская и подбадривая.
Мгновенно я отнесла её к остальным. На моем лбу выступил пот, но я не останавливалась. Сила вибрировала и росла внутри меня, а в руках и ногах нарастала тяжесть. Я уставала и слабела. Я слишком долго держала время замороженным, и моё тело — едва ли сильнее человеческого — не привыкло повелевать такой великой силой.
Я не смогу продолжать так вечно, но кое-что должна была закончить.
Поэтому снова вернулась к костру.
Лорд эльфов и оставшиеся колдуны стояли застывшими вокруг него. Как и в прошлый раз, когда они напали на нас в гостинице, лорд эльфов, казалось, осознавал происходящее. Я чувствовала его внимательный и оценивающий пристальный взгляд тогда и чувствовала его сейчас.
Он не мог сражаться со мной, но мог видеть меня.
Но это не остановит меня от того, что должно произойти, чтобы обеспечить безопасность мира фейри. Мой желудок скрутило от этой мысли. Хотя не помнила своего прошлого, но знала, что я не убийца. Я никогда сознательно не причиняла никому вреда, не говоря уже о том, чтобы отнять жизнь.
Но я также знала, что не было другого пути, если хотела защитить невинных.
— А теперь вы все умрёте, — прошептала я.
Я подняла меч одного из павших бойцов СВС. По крайней мере, трое бойцов СВС погибли, их лица бледны, а тела безжизненны. Они заслуживали достойного погребения, и они его получат, когда мы вернёмся в мир людей.
Но их смерть не будет напрасной.
Я сжала меч крепче и сосредоточилась на ощущении этого меча в своих руках. Я должна была отрешиться от реальности. Потому что это должно произойти.
Я не позволю колдунам и лорду эльфов жить.
Это закончится здесь и сейчас. Никакой больше крови не прольётся ради ненасытной жажды власти лорда Годасара.
Сначала я подошла к лорду, думая, что будет справедливо сразить лидера одним взмахом клинка.
Мышцы дрожали, когда я подняла меч. Усталость разливалась по телу, мой контроль над силой богини ослабевал, но я не позволю ему жить, даже если это убьёт меня прямо здесь и сейчас.
Меня затошнило. Я должна это сделать.
Я крепче сжала меч и представила, как он приближается к шее эльфа и отделяет голову от плеч. На моих губах мелькнула улыбка при мысли о том, чтобы так легко и просто покончить с его жизнью.
Крепко удерживая меч, я занесла его для удара по шее эльфа, и моя хватка на силе Вераселли ослабела ещё больше.