Предвестник

Конечно, обычно так оно и бывает.

По его лицу пробегает тень, но он пожимает плечами, и она исчезает.

За богатым жилым районом города начинается широкая главная улица, по обе стороны которой тянутся магазины, таверны, кофейни и рестораны. Из их дверей вываливаются покупатели с висящими на руках пакетами и нагруженные свертками из крафтовой бумаги.

Утреннее солнце играет на драгоценностях, выставленных в ближайшей витрине. Перстни с ядом, с открытыми изящными застежками, демонстрирующие скрытые отсеки; у них изящный дизайн, они изготовлены для двора, но на званых ужинах смертоносны. Рядом с ними видна трость, инкрустированная драгоценными камнями и скрывающая в себе кинжал.

Может быть, именно поэтому Бродерик не хочет, чтобы кто-то из нас отправлялся исследовать Уинтур в одиночку. Здесь вещи, выглядящие красиво, могут быть смертельным оружием. Даже украшения сделаны для тех, у кого слишком много денег и еще больше врагов.

И хотя я не страдаю ни от одной из этих проблем, мне все равно становится не по себе наблюдать все это. Как и все, я слышала разные истории о загадочных или внезапных смертях, которые, похоже, преследуют определенные родословные. В основном орден Каликса, хотя, судя по всему, от того же страдает и орден Велезонта. Полагаю, когда ты контролируешь всю торговлю и транспорт, ты наживаешь себе массу врагов, даже среди собственных родственников.

Следующий магазин менее опасен, в нем лишь торгуют самой модной одеждой. Бархатный плащ с соответствующими ему вышитыми перчатками, кожаные бриджи, кружевные, далекие от скромности, платья с высокими воротниками.

К тому моменту, когда мне приходится оттаскивать Кирена от витрины с корсетами и кружевным бельем, я немного расслабляюсь, несмотря на покалывание на затылке от ощущения, будто за нами наблюдают часовые, дежурящие в каждом городском квартале.

— Посмотри на это.

Он с тоской разглядывает новую астролябию, с дисковым механизмом, который отправляет и принимает сообщения. Его собственная настолько стара, что может послать только простой сигнал призыва.

Я наклоняюсь ближе, чтобы прочитать ценник, пальцами нащупывая в кармане несколько серебряных крон, но чуть не давлюсь от заоблачной цены.

— За эти деньги можно купить один из домов за пределами дворца!

— Значит, я не найду ее в своем сапоге на Двенадцатидневье⁴? — дразнит он.

— Может быть, лет через двести или триста.

Потому что именно столько времени мне понадобится, чтобы накопить на нее, но он лишь смеется.

— Вон там Икарос. — Кирен тычет пальцем в стекло, указывая на модельку, спрятанную в витрине и широко улыбаясь мне. — Только подумай, завтра к этому времени ты уже будешь носить эту метку.

От этих слов у меня сводит живот. Эти модели — трехмерные версии созвездий, которые я видела вытравленными⁵ в нишах Королевской Астролатории прошлой ночью. Моя метка будет больше похожа на те гравюры. Звезды сами выберут, где выжечь ее на моей плоти. Если только прошлой ночью я не проебала все шансы получить ее. Что, если Звезды откажутся наделить меня силой, так же как я отказалась убить осцена? Я отгоняю эту мысль. Нет смысла зацикливаться на том, что уже произошло.

— Пошли дальше. — Я дергаю его за рукав, желая заполнить дыру, которую прожгли нервы в моем желудке. — Я хочу жрать.

Его глаза расширяются:

— Как ты можешь снова хотеть есть?

— Я гастрономически амбициозна.

А еще я просто заедаю стресс.

Он фыркает, затем окидывает взглядом улицу, хватает меня за руку и тащит к ближайшей кофейне. Мы встаем в небольшую очередь клиентов, ожидающих возможности сделать заказ. Передо мной топчется мужчина, он так заламывает руки, словно у него начинается паника еще до того, как он успеет сделать заказ. Его партнер успокаивающе проводит рукой по его предплечью, а затем переплетает свои пальцы с его. Остальные в очереди кажутся не менее взвинченными.

Я поднимаю взгляд на меню и столбенею.

Это не обычная кофейня. Они используют ноктиметрию, чтобы наполнить каждый напиток легкой дозой магии. И это отражается на цене. Неудивительно, что от нас требуют отправлять на распределение весь урожай.

— А это законно? — шепчу я Кирену, наблюдая, как женщина за стойкой накладывает ложкой молотый кофе в кофейник, выстеленный муслином. Его керамический фасад расписан красивым, сложным узором из пересекающихся линий и фигур.

Он пожимает плечами, все еще изучая варианты в меню.

— Вполне, если у них есть лицензия от ордена Каликса. Если на магии можно сделать бабки, они это одобрят.

Кажется немного экстравагантным использовать магию для приготовления кофе, но заведение переполнено людьми, готовыми платить за это. Кто-то выбирает напиток, заряженный на ясность ума, а кто-то — тот, который якобы успокаивает нервы.

Я качаю головой:

— Пустая трата денег.

Кирен приподнимает бровь.

— Уверена, что тебе не нужно что-нибудь, успокаивающее нервишки?

Кто бы сомневался, ведь Кирен знает меня достаточно хорошо, чтобы заметить, что сегодня что-то не так.

— Я просто на взводе. — И это еще мягко сказано. — И почему мне так не повезло — достигнуть совершеннолетия именно во время Пятисотлетия?

— Должно быть, это твоя судьба, — дразнит он, но его улыбка исчезает, когда я не улыбаюсь в ответ. — Эй, не переживай. Шансы, что ты ебнешься лицом в грязь перед всеми аристократами Антареса, почти равны нулю.

— Почти? — я расширяю глаза, и меня внезапно начинает мутить. — Я вообще не волновалась о том, что могу упасть.

До этого самого момента.

В животе урчит от нового удара по нервам.

— Пошли отсюда. Я лучше потрачу деньги на еду. Обычную жратву. Пожалуйста.

— Ладно-ладно. — Он поднимает руки, уступая мне. — Мы найдем еду и попытаемся заполнить эту бездонную яму, которую ты называешь желудком.

Как только мы выходим за дверь, моя паника утихает, превращаясь в приглушенный гул.

— И куда мы идем? — спрашиваю я, когда Кирен уводит меня с Хай-стрит.

— Увидишь.

Я тычу его под ребра.

— Лучше бы мне увидеть еду.

Он ускоряет шаг. Мой лучший друг прекрасно знает, что может случиться, если меня вовремя не покормить.