Предвестник

ГЛАВА 34

Мои предки назвали наше поместье «Конец Пути». До сегодняшнего дня я этого не понимала. Наверное, потому, что я никогда не покидала его так надолго. Оно выглядит в точности так, каким я его запомнила. Все те же невысокие каменные стены разделяют поля, ведущие к моему родному дому — свежевспаханные и готовые к весенним посевам. Сквозь землю уже упрямо пробиваются тонкие зеленые побеги. Вдоль гравийной подъездной дорожки выстроились все те же оливковые деревья. Даже воздух пахнет так же. Белый фасад дома светится в медово-золотистом утреннем свете, выставляя напоказ каждую трещинку и обветрившийся участок. Как обычно, ставни нуждаются в покраске, а на крыше не хватает нескольких черепиц.

Но все изменилось.

У двери меня ждут брат и сестра. Ну, Андри и Исидора. Бродерика нигде не видно. Как только они замечают меня, начинают махать руками. Андри подпрыгивает на месте, как будто я могу его не заметить. Кажется, он подрос. Я машу в ответ. Что-то сжимается вокруг сердца — пузырь радости, который кажется слишком хрупким, чтобы продержаться долго.

Подозреваю, особенно когда здесь появится Инквизитор.

Было чертовски сложно убедить его дать мне немного времени побыть наедине с семьей было. Он настоял на том, чтобы меч сопровождал меня в двухмильном походе до родового поместья.

По крайней мере, мы можем найти компромисс.

Я хватаю меч в ножнах и выпрыгиваю из экипажа еще до того, как он полностью останавливается. Возница сбавляет ход ровно настолько, чтобы я успела отправить его обратно за Инквизитором на заставу. Как только эта просьба слетает с моих губ, брат и сестра набрасываются на меня с объятиями. Я перестаю их обнимать, но только на мгновение, чтобы застегнуть перевязь через плечо.

— Он настоящий? — Андри таращится на меч. У Исидоры тоже на секунду отвисает челюсть.

— Осторожность не повредит, — я выдавливаю улыбку, чувствуя себя немного глупо от того, что вхожу в родной дом вооруженной.

— Офигенно! — с тоской произносит Андри.

Так как давать ему в руки меч идея очень плохая, я меняю тему.

— А где Бродерик? — я оглядываюсь по сторонам, словно он может выскочить из-за куста.

Исидора со свистом втягивает воздух сквозь зубы. Ее заминки мне вполне достаточно.

Но Андри пинает носком сапога камень.

— Он с ней, — говорит он, и последнее слово звучит с откровенным неодобрением.

— С ней? — я смотрю на Исидору.

— С невестой. — Она нервно теребит руки, и внезапно я понимаю причину ее мандража.

На мгновение я могу только пялиться.

— Он… женится?

— Он сделал ей предложение на Двенадцатидневье. — Она одаривает меня грустной улыбкой. — Свадьба этим летом, но она уже переехала к нам в дом.

Значит, он отказался от Миранды. Ничего удивительного. Но это…

Хорошая партия укрепит положение поместья. И все же я не могу отделаться от ощущения, что потеряла старшего брата. По крайней мере, того брата, который вместе со мной и Киреном лазил на крышу сарая, того, который случайно спалил этот самый сарай, когда попытка взять «на слабо» пошла по пизде. Пузырь в моей груди лопается, унося с собой все мои надежды. Я пытаюсь спрятать разочарование за улыбкой, пока они тащат меня к черному ходу. Андри бежит вперед, чтобы принести свою очередную новую игрушку, которую он до смерти хочет мне показать.

— Ты уже начала готовить ужин? — спрашиваю я. Мой живот урчит от запаха свежеиспеченного хлеба. На плите булькает котелок, и на долю секунды я чувствую себя как дома.

— Не я.

Прежде чем я успеваю спросить, кто именно, я застываю на месте, заметив в коридоре вооруженного стражника. Там, где пару мгновений назад был пузырь радости, разливается тупая боль. Они заменили Кирена. Не то чтобы мой лучший друг когда-либо был нашим настоящим стражником, но видеть кого-то другого на его месте…

— Это личный страж Лорел, — шепчет Исидора. — Ее дядя настоял. Потому что в Дамалисе так опасно.

Возможно, так опасно стало после моей Инициации. Я проглатываю эту мысль.

На ее место приходит удивление. Кто-то явно готовит. Я не ожидала, что Бродерик отхватит себе кого-то настолько… домовитого.

— И кто ее дядя? — спрашиваю я Исидору, проводя пальцами по зарубкам на кухонной двери, где мы раньше отмечали свой рост.

Она медлит, но прекрасно понимает, о чем я спрашиваю на самом деле.

— Покровитель ордена Велезонта.

Я невольно вспоминаю злобную заинтересованность покровителя ордена Велезонта в ночь смерти короля. То, как он лоббировал мою казнь. И Бродерик был в той комнате, когда он требовал моей смерти.

А теперь он роднится с его семьей?

— А она… — Но я замолкаю, потому что возвращается Андри.

В руках у него деревянный меч. Он подозрительно похож на те, что выдают новым новобранцам для тренировок.

— Лорел привезла его для меня. Она вечно привозит домой что-то новенькое. — Он хаотично размахивает им, едва не опрокинув вазу с ромашками на ближайшем столе. — Он точь-в-точь как те, что используют в ордене Мариуса.

Он еще довольно мал, чтобы мечтать стать героем. Я протягиваю руку.

— Дай посмотреть.

Он передает его мне.

— В Дамалисе сейчас полно военных. Лорел говорит, я смогу записаться к ним, если захочу.

Я уже уверена, что она мне не понравится.

— Правда? — говорю я, натягивая улыбку. — У меня тоже есть для тебя кое-что. От Кирена.

Я лезу в сумку, которую привезла из Веннаро. От него осталось всего две вещи.

Их место здесь, с ними.

Я выуживаю письмо и протягиваю его сестре.

— Оно было адресовано тебе. Должно быть, он забыл его отправить.

Исидора бережно берет сложенный листок бумаги, словно боясь, что он рассыплется у нее в руках.

— Тут нет конверта.

Она поднимает взгляд, вглядываясь в мое лицо.

— Ты его открывала?

Я медлю. Ей незачем знать, почему я выбросила конверт. Им обоим незачем.

— Я его не читала.

Она смотрит на письмо, но не открывает его.

Обернувшись, я вкладываю фигурку пегаса в ладонь Андри.

— Он никуда без нее не ходил, — шепчу я.

Пальцы Андри смыкаются вокруг фигурки, словно это что-то живое.

Что-то драгоценное.

Но это еще одна оборванная нить, отпущенная для того, чтобы душа Кирена могла двигаться дальше.

— Положу ее у себя в комнате. — Он убегает по коридору.

Исидора все еще смотрит на письмо.