Страница 22 из 56
— А я, кажется, не давала вам повод думать, что нуждаюсь в ваших предупреждениях, — сухо и членораздельно высказала Надя. — Вы правы — я секретарь Бориса Николаевича. И прежде всего, я забочусь о том, чтобы ему не докучали такие.. — она осеклась. Сейчас она была очень близка к грубости. В последний момент сдержалась, но с великим трудом. — Имейте в виду, что я и дальше буду стараться выполнять свою работу хорошо! А сейчас.. извините, но вы мне мешаете работать. Или ждите в своём кабинете, когда вас вызовет к себе Борис Николаевич. Или сидите молча!
Ирина Петровна хмыкнула и отвернулась. Слава богу, что именно в этот момент дверь в кабинет босса открылась, и на пороге появился Волков. Увидев кадровичку, он нахмурился.
— Ирина Петровна, — посмотрел он на неё холодно, и в серых глазах промелькнуло что-то жёсткое. — Вам что-то нужно?
— Да, Борис Николаевич. Вопрос по новым кадрам, очень срочный..
— Запишитесь на приём через моего секретаря, — кивнул он на Надю, которая тихо ликовала в душе. — Сейчас у меня нет времени.
Он вернулся в кабинет и плотно закрыл за собой дверь. Надя же едва сдерживала себя, чтобы не радоваться слишком открыто.
Ирина Петровна медленно поднялась, оправила юбку, одёрнула пиджак. Бросила на Надю последний убийственный взгляд и ушла, стуча каблуками по паркету. Хорошо, у неё хватило ума сделать это молча.
Надя выдохнула и позволила себе расслабиться. Руки дрожали. Слова Ирины Петровны засели занозой в сердце, болезненной и ноющей. Неужели всё так очевидно? Или кадровичка просто привыкла болтать обо всём и лезть людям в душу? В одном она права — они с Волковым из разных миров. И у Нади нет ни единого шанса.
В шесть часов вечера Надя собирала вещи, складывая документы в папки, выключая компьютер, когда Борис Николаевич вышел из кабинета. Он уже снял пиджак, ослабил галстук. Выглядел усталым, под глазами залегли тёмные тени..
— Надежда, Ирина Петровна что-то велела мне передать?
— Лишь то, что она сказала вам лично. Хотела обсудить кадровые вопросы, — Надя застегнула замок сумки, не глядя на босса.
Слышала, как приблизился он к её столу, и стоял какое-то время молча. Она же тихо наслаждалась запахом его парфюма, не глядя на него.
— А вам?.. Что она сказала лично вам? — тихо уточнил он. — Извините, не мог не заметить вашего лица.
Надя медленно подняла голову. Он смотрел на неё внимательно, и в его взгляде было что-то новое.. наверное, так смотрят с беспокойством.
— Она просто.. предупредила меня, чтобы я знала своё место в этой корпорации, — расплывчато ответила Надя. Ну не говорить же ему всей правды.
— Вот как? — повисла новая пауза. Босс хмурился, как заметила Надя краем глаза. — А вы что?
— А что я? — не поняла его Надя. Она даже попыталась улыбнуться, но получилось не очень. — А я ей дала понять, что и без неё всё отлично знаю.
— А вы молодец! — вдруг задорно усмехнулся Волков. — Умеете за себя постоять. И вот что.. Что бы вам ни сказала Ирина Петровна, не слушайте её, — ошарашил он в следующий момент. — Она.. как бы это сказать помягче? Она взяла на себя заботу обо мне, хоть я её об этом и не просил. Особенно ей нравится охранять меня от красивых девушек, — улыбнулся он. — Так что, просто будьте самой собой. Вы отличный секретарь, в этом у меня уже была возможность убедиться. А всё остальное здесь, — обвёл он взглядом приёмную, явно имея в виду гораздо большее, — не важно!
Сердце Нади подпрыгнуло и замерло. Он назвал её красивой, а ещё лучшим секретарём. Вернее, он сказал — отличный секретарь. Наверное, это можно принять за комплимент.
— Спасибо, Борис Николаевич, — проговорила она, чувствуя, как щёки заливает румянец.
— Идите домой, Надежда. Отдыхайте, выспитесь.. До завтра.
Надя вышла из офиса, чувствуя странную смесь радости и грусти, тепла и холода. Вроде как Волков защищал её от Ирины Петровны. При этом он умудрился чётко обозначить границу одной фразой — «хороший секретарь». Не женщина, которую он замечает. Не человек, который ему интересен. А просто секретарь.
В метро, стоя в переполненном вагоне, зажатая между пассажирами, Надя достала телефон и написала Свете:
«Он сказал, что я отличный секретарь».
Ответ пришёл мгновенно:
«Это прогресс! Значит, замечает! Значит, ценит! Не сдавайся, подруга!»
Надя слабо улыбнулась, глядя в тёмное окно вагона, где отражалось её бледное лицо. Света права — она не должнасдаваться. Даже если шансов ноль. Даже если впереди только боль и разочарование. Потому что иногда безнадёжная любовь — это всё, что у тебя есть. Единственное, что греет сердце в серые будни. Единственное, ради чего хочется просыпаться утром и идти на работу. И да, она, простая девушка из хрущёвки, будет и дальше любить своего босса, пусть и безответно.