Нерушимые обещания

Глава сорок четвертая

Коул

— Вперед! Зои спит, и ее температура спала. Я буду здесь, наблюдая за ней, и если ты мне понадобишься, я позову. Никто из вас даже не испытал ничего из этого прекрасного острова, — говорит Мэллори. Когда мы с Ксандером не делаем никаких движений, чтобы уйти, она добавляет: —Я видела это место больше, чем вы двое.

— Она права, — указываю я. — Я потратил впустую две недели нашего времени здесь. Сейчас только восемь часов. Мы все еще можем успеть на несколько подач в игре.

— Хорошо, прекрасно, — соглашается Ксандер. — Я действительно хотел попробовать тамошние крылышки, и держу пари, они будут еще вкуснее, поскольку счет будешь оплачивать ты, — он подмигивает, и я заливаюсь смехом.

— Это была гребаная ничья!

— Отрицание, — Ксандер хватает ключи. — Мы вернемся через пару часов. Напиши мне, если тебе что-нибудь понадобится, пока нас не будет.

— Сойдет. Веселитесь, мальчики, — Мэллори улыбается и машет рукой, прежде чем вернуться к чтению своей книги.

— Черт возьми, да! — Ксандер вскидывает кулак в воздух. — Бесплатные крылья, и моя команда надирает задницу твоей команде, — он откусывает кусочек от своей еды, а после того, как проглатывает, слизывает соус с губ, и внезапно я представляю, как он использует свой язык и губы для других целей. Вещи, которые я не должен был воображать. — Это не намного лучше, чем это, — он улыбается в мою сторону, и мой желудок сжимается. Как, черт возьми, я должен жить с этим мужчиной? Я даже не могу поужинать с ним без того, чтобы у меня не возникали сексуальные мысли. Я должен оплакивать потерю Далилы, но я фантазирую о Ксандере. Господи, я совсем облажался.

— Ты в порядке? — спрашивает Ксандер. — Ты едва притронулся к еде, — он кивает в сторону моих наполовину съеденных крыльев.

— Да, они хороши, — я откусываю кусочек и улыбаюсь. Мы продолжаем смотреть игру, но все это время мои мысли заняты Ксандером. Каково было бы снова быть с ним. Правда в том, что я действительно не знаю, каково это — быть с ним в первую очередь. Конечно, он вскружил мне голову несколько лет назад, но в остальном наше внимание всегда было сосредоточено на Далиле. Что, если бы мы встретились, и Ксандер понял, что я не тот, кого он хочет? Это испортило бы нашу дружбу, и что бы тогда с нами осталось? Но что, если он тот самый? Что, если я трачу все это время, отталкивая его, когда мы могли бы быть вместе? Может быть, если мы выясним, кто мы друг для друга, прежде чем вернемся в Хьюстон, тогда мы поймем, чего стоим, и не будем танцевать друг вокруг друга. Черт возьми, это так тяжело.

— Ты готов идти? — спрашивает Ксандер, вырывая меня из моих мыслей.

— Да, — я иду, чтобы взять счет, но когда я смотрю, я вижу, что он уже оплатил его. — Я должен был заплатить.

— Это была ничья, помнишь? — Ксандер подмигивает и смеется. — Ты казался немного озабоченным, когда она принесла счет. Ты можешь оплатить в следующий раз.

Мы едем обратно к дому, но когда мы подъезжаем, я еще не готов пожелать Ксандеру спокойной ночи.

— Хочешь пойти прогуляться? — я предлагаю.

— Конечно, — соглашается он. Мы выходим, и Ксандер оглядывается. — Хочешь прогуляться в заднем дворе?

Я киваю в знак согласия, и мы обходим дом сбоку, направляясь к задней части, где находится бассейн. Вокруг абсолютно темно, пока Ксандер не щелкает выключателем и не загорается подсветка бассейна, освещая воду.

— Я буду скучать по этому месту, — говорит Ксандер, подходя к бассейну. — Здесь так тихо... И безмятежно. Я забыл, каково это, — он снимает обувь и носки, затем садится на край, и я делаю то же самое.

— Было ли безумием вступать в НБА?

— И да, и нет. В сезон путешествия могут стать беспокойными, но Сиара старается не планировать мне слишком много дел. Она работала над тем, чтобы перенести все, что я планировал на межсезонье. Я вроде как спровоцировал ее на эту поездку, — Ксандер смеется. — Она ненавидит неизвестность.

— Сиара — твой пиарщик, верно? — спрашиваю я, вспоминая, что он упоминал о ней на пляже прошлой ночью.

— Да, но она также моя помощница. Я должен дать определенные интервью и провести фотосессии, и она держит все это вместе для меня. Она охуенно крутая. Иногда, клянусь, она расписывает, когда я могу отлить, — Ксандер качает головой. — Поскольку я не хожу на свидания или что-то в этом роде, меня нечасто снимают на видео, что приятно. Она говорит, что я облегчаю ей работу, потому что ей не нужно слишком много заниматься контролем ущерба.

Я смеюсь.

— Ты серьезно? Тебя все время снимают на видео! Я мог бы рассказать тебе, где ты находишься и что делаешь чаще, чем нет.

— Что? — Ксандер смотрит на меня в замешательстве. — Ты следил за моей карьерой?

Я достаю свой телефон и открываю фан-сайт, посвященный ему.

— Возможно, мы три года не разговаривали, но это не значит, что я не горжусь всем, чего ты достиг, — я передаю ему свой телефон, и он начинает прокручивать ленту новостей.

— Срань господня! Я понятия не имел. Наверное, я не обращал внимания, — он прокручивает страницу вниз. — Ну, я думаю, уехать в последнюю минуту, никому не сказав, куда мы направляемся, было хорошей идеей. Фотографии и видео прекратились после чемпионата.

Он возвращает мне мой телефон.

— Так ты следил за мной, да? — Ксандер ухмыляется, и я стону.

— Заткнись.

— Преследуешь меня...

— Заткнись.

— Ты, вероятно, президент фан-клуба Ксандера Томпсона.

— Тебя столкнуть в этот омут?

— Может быть, тебе стоит просто признать правду сейчас и избавить меня от необходимости показывать тебе то, что мы оба уже знаем.

— И что это? — спрашиваю я, поворачивая голову, чтобы посмотреть на Ксандера. Его взгляд встречается с моим, вся игривость исчезла. Его язык высовывается, чтобы облизать губы, и я знаю, что сейчас произойдет. Я вижу это в его глазах. Он собирается поцеловать меня. Я должен что-то сказать. Поддержи или останови его. Но я этого не делаю. Я не могу. Это то, чего я хотел, верно? Посмотреть, что могло бы быть между нами, прежде чем мы отправимся в Хьюстон.