Страница 41 из 58
Глава 13
Кэролайн
Мои кости становятся мягкими, и я цепляюсь за своего дедушку, когда он подхватывает меня на руки и вытаскивает из машины. Я не знаю, как долго мы ехали, время текло быстро и в то же время остановилось. Я бы с радостью разъезжала по городу вечно, если бы он продолжал гладить меня по волосам и говорить, как он гордится своей милой девочкой. Он ведет себя со мной совсем по-другому, чем в клубе, и я так сильно склоняюсь к этому, что чувствую, что хочу заползти к нему на грудь, чтобы он мог обнимать меня так вечно. Я не знаю, что, по моему мнению, должно было произойти в клубе или с этим соглашением в целом, но я не думаю, что была готова к эмоциям, которые приходят вместе со всем этим. Он был так груб со мной и говорил вещи, которые должны были заставить меня чувствовать себя ужасно, вплоть до того, чтобы я замкнулась и захотела уйти. Этого не произошло. Мое тело откликнулось на то, как он меня называл, и на то, как грубо он завладел моим ртом.
— Ты спишь? — пробормотал он, но то, как он это сказал, говорит о том, что он уже знает, что я наполовину сплю. Я чувствую себя так, словно парю где-то между сном и сознанием. Я так устала после нашей ночи в клубе, но я не хочу ложиться спать и скучать по этому чувству близости с моим дедушкой. Я знаю, что это всего лишь контракт для него. Я — то, что он видел и чего хотел, и я бы предположила, что, как и в большинстве случаев в его жизни, он сделал предложение, от которого никто не смог бы отказаться. Мне нужно быть осторожной в том, насколько сильно я привязываюсь к нему, потому что для него в этом нет ничего романтичного или эмоционального. Он хотел себе игрушку, и так получилось, что я как нельзя кстати соответствовала его интересам. — Ты была такой хорошей девочкой для меня, Кэролайн, — говорит он мне, и я крепче прижимаюсь к его груди, пока он идет по дому. Все, в чем я только что пыталась убедить себя, вылетело у меня из головы, потому что все мое тело словно загорается от его похвальных слов.
Я слегка приподнимаюсь, обвиваю руками его шею и утыкаюсь лицом в изгиб его плеча. Это, должно быть, доставляет ему удовольствие, потому что одна из его рук гладит меня по боку и по заднице. Он чувствует обнаженную кожу, выглядывающую из-под моего боди, его пальцы массируют меня так, словно он не может насытиться ощущением моей плоти на своей. Интересно, так ли он поступает со своими другими игрушками? Это просто то, что ему нравится делать после того, как он грубо обращается со своими партнершами? Потому что это кажется очень интимным, а я недостаточно сильна или не в том положении, чтобы отстраниться от него. Несмотря на то, каково это для меня и что, я знаю, это значит для него, мне все равно. Я просто хочу впитать это в себя.
— Ты проводишь меня в мою комнату? — спрашиваю я, и мой голос звучит таким хриплым и сонным, намного тише, чем обычно. Я чувствую себя такой хрупкой в его больших руках, и ему, должно быть, нравится, как я звучу, потому что он делает глубокий вдох и притягивает меня ближе к своей груди, его ладонь раскрывается и обхватывает мою ягодицу, а пальцы впиваются в кожу.
— Нет, милая девочка. Я еще не готов расстаться с тобой. Я собираюсь вымыть тебя и уложить в постель, — бормочет он, проводя губами по моей макушке. — Я хочу, чтобы ты посидела здесь, как хорошая девочка, пока я все приготовлю. Я не хочу, чтобы ты и пальцем пошевелила, — говорит он мне, и тут я понимаю, что мы в его главной ванной комнате. Он усаживает меня на мягкую скамью у длинной стойки, где стоят двойные раковины. Когда он отступает всего на шаг, глядя вниз и возвышаясь надо мной, он инструктирует: —Не раздевайся, маленькая танцовщица. Это моя работа. Я хочу раздеть тебя, слой за слоем. Я киваю ему, мои глаза полуприкрыты от усталости, и он, должно быть, снисходителен ко мне, потому что не требует, чтобы я отвечала ему устно. Удовлетворившись, он отступает и подходит к огромной душевой кабине со стеклянными стенами. Я наблюдаю, как он заходит внутрь и включает кран, несколько раз проверяя температуру, прежде чем выйти обратно, чтобы расстегнуть рубашку.
Мои глаза следят за его движениями, пока он расстегивает одежду и бросает ее на шиферный пол. Его взгляд не отрывается от моего, пока его ботинки, носки и брюки складываются в беспорядочную кучу. Он стягивает трусы, и я вижу, что он уже снова возбужден, его член гордо торчит на фоне подстриженных волос на лобке, даже после всего, что мы сделали в клубе. Этот мужчина ненасытен.
Мой дедушка, должно быть, замечает, как я смотрю на его член, потому что он издает тихий смешок и подходит ко мне, наклоняясь, чтобы приподнять мой подбородок к себе. — Не смотри так испуганно, маленькая танцовщица. Я не буду растягивать твою тугую маленькую киску сегодня вечером. Я хочу, чтобы ты была нетерпеливой и полностью проснувшейся, когда я заставлю тебя кричать, — говорит он, касаясь своими губами моих. — А теперь смотри на меня. Я хочу не торопиться и наслаждаться видом каждого дюйма своего тела, — говорит он мне, и все мое тело наполняется теплом. — Я люблю, когда ты краснеешь, — говорит он мне, стягивая мою черную юбку с бедер и позволяя ей растекаться по полу вокруг моих ног. — Я люблю горячий душ, и мне не терпится увидеть, как твоя бледная кожа приобретает приятный розовый оттенок под водой. Такое ощущение, что он разговаривает скорее сам с собой, чем со мной, потому что он снимает с меня туфли, поднимая по одной ноге за раз, а затем покрывает поцелуями мои бедра чуть выше края высоких носков, прежде чем спустить их вниз.
Когда я опускаюсь на босые плоские ступни, мои руки опускаются и ложатся на его сильные плечи. Я чувствую, как напрягаются его мышцы под моими пальцами, и он наклоняется, чтобы поцеловать низ моего живота. — Мне нравится этот маленький наряд на тебе, но я не могу дождаться, когда увижу тебя полностью обнаженной, — он прижимается к моему телу, а затем резко отстраняется. — Ты так сладко пахнешь. Если ты не будешь осторожна, я могу потерять контроль и растянуть твою маленькую киску прямо здесь, на полу ванной, — говорит он мне, проводя двумя пальцами по моей киске, явно довольный тем, что ткань моего боди мокрая. Он наклоняется назад, целуя влажное местечко и высовывая язык, чтобы облизать мое возбуждение через тонкий кусочек ткани. Он стонет, и это отражается от моей киски, воспламеняя мои нервные окончания.