Страница 13 из 102
На меня с любопытством оглядываются люди. А я несмотря на то, что замерзла, краснею, смущаюсь и отворачиваюсь. Глупости какие. Зачем он это делает?
— Эй, Ася! Долго тебя еще ждать?
Меня словно током пробило от того, как прозвучало из его рта мое имя. Я почему-то и не замечала до этого момента, что он меня по имени не называл.
Недовольно поджала губы и твердым шагом направилась к машине. Ну, и игнорировать его просто уже было смешно. Толпа ротозеев уже начала перешептываться. А я этого не люблю. И пусть я не особо известна в нашем городке, но имею большой круг знакомых и то, что происходит в данный момент, – из ряда вон выходящее.
— Ну, зачем вы меня позорите, Герман, – кидаю ему с претензией, когда забираюсь в автомобиль и краем глаза замечаю, что к остановке подкатывает моя маршрутка в тот момент, когда мы как раз отъезжаем.
Надо же!? Какая подстава. Не могла разве чутка пораньше приехать, – проскальзывает досадная мысль.
— Не я тебя, а ты сама себя. Упрямая, как ослица, – косится он в мою сторону.
Уму непостижимо. Поджимаю губы. Но в ответ предпочитаю помолчать. Чего можно ожидать от обиженного мужчины!?
Мы едем молча. Но когда до салона остается несколько минут езды, я все же не выдерживаю и спрашиваю.
— Мне нужно связаться со Светланой Петровной. Дайте новый номер ее телефона. Старый не отвечает.
Выжидающе смотрю на него. Мужчина напрягается. Я это вижу по его заострившимся чертам лица и по тому, как его мощные пальцы сжали руль.
— Вы что-то скрываете? – закрадывается подозрение.
Герман увеличивает скорость, наверно, тем самым дав мне понять, чтобы я замолчала.
В душе поселяется тревога. Он что-то не договаривает и этот факт заставляет нервничать. Куда могла подеваться Светлана Петровна с дочкой? Может быть ее похитили? И удерживают силой? Я открываю рот, чтобы задать вопрос, но Герман резко тормозит прямо напротив салона.
— Пока связь со Светланой Петровной будете держать через меня. Все остальные инструкции ты получишь позже. Малинка, – весело хмыкает мужчина, стреляя в меня глазками.
Я от удивления открываю рот. Напряженность в его взгляде и позе испаряется, уступая место озорству.
И это смотрится немного нелепо. Он большой. Сильный. Невероятно брутальный, я его вообще не могла представить с мальчишеской улыбкой на лице. Но то как она украшает, сглаживая его мужественные черты лица, это забавно. В голове становится странно пусто, а грудь обдает теплом.
Невольно улыбаюсь в ответ, спрашиваю:
— Почему малинка? – вскидываю бровь и.. о Боже, я ему кокетливо что ли улыбнулась при этом? Как ему вообще можно улыбаться? Он же грубый, неотесанный мужлан!
Щеки тут же вспыхивают и я, смутившись, дрожащими пальцами подхватываю саквояж, дергаю за ручку и в буквальном смысле скатываюсь на асфальт. Не успела упасть лишь только потому, что вовремя уцепилась за высокий порожек.
— Потому что пахнешь малиной, – слышу прежде, чем захлопнуть дверь.
Я торопливо переставляю ноги, семеня к салону. Как же все это неловко, черт побери. Когда за моей спиной стоял Вадик, мужчины на меня даже не обращали внимания. Хотя.. это я им не давала ни малейшего повода, а сейчас? Что со мной творится? Откуда взялась эта развязность?
Раздрай чувств в душе меня настолько отвлекает, что зайдя в салон, иду сразу в раздевалку, не здороваясь с девчонками.
— Что совсем голову от любовника потеряла, что даже по сторонам не смотришь?
Я замираю. Смотрю в сторону Алисы.
Сидит нагло лыбится. Щурится ехидно. У меня от возмущения губы задрожали.
— Что ты тут делаешь? – цежу сквозь зубы.
Алиса отталкивается от кресла, идет к окну. Во всем ее облике чувствуется какое-то презрение и превосходство.
Она сдвигает жалюзи в сторону. Ее взгляд застывает.
— А он ничего такой. Симпатичный. Видный. Богатый. Не то что Вадька. Давно с ним знакома? – резко поворачивается ко мне Алиса, а моя челюсть болтается от ее слов где-то в районе пола. – Познакомишь?
Подмигивает. Стремительно направляется в сторону выхода.