Страница 11 из 102
Почувствовав, вибрацию телефона в кармане, поняла, что пора. Таксист ждал у подъезда.
Дотащила сумки до лифта. Закрыла дверь и, подняв половичок возле входа, положила туда ключ. Лучше сжечь мосты сразу. Без возвращения.
Затащив чемодан и сумки в лифт, зашла в кабинку. Кинула последний взгляд на дверь и ..
Пулей выскочила. Отбросив в сторону коврик, схватила ключи и сунула их в карман, поспешила обратно.
Обдумывать свой поступок не хочу. Не сейчас. Просто вдруг интуиция подсказала, что так надо. Зачем? Не знаю.
Спустившись на первый этаж, выставила тяжелую ношу за дверь...
— Вам помочь? – неожиданно услышала голос, подняла голову.
У меня по спине прокатилась стая мурашек. Волнение застряло в груди. В нескольких метрах от меня стоял Герман. Охранник того мужчины, который забрал вчера Светлану.
— Что? – срывающимся голосом спрашиваю.
— Помочь? – он сделал шаг в мою сторону, а у меня от его низкого, до дрожи в коленях пугающего голоса, все волоски на теле наэлектризовались, заискрились.
— Нет, я не об этом, – сухим от волнения голосом спрашиваю. – Что вы тут делаете?
Мужчина глянул на меня с насмешкой. Отодвинул меня в сторону, прошел в подъезд, забрал дорожную сумку.
— Это все?
— Да, – растерянно стою, пялюсь на то, как он, попутно забирает мой чемодан и будто тот ничего не весит, несет его к черному внедорожнику.
— Эй, девушка! Такси вы вызывали? – выкрикивает из автомобиля припаркованного у бордюра таксист.
— Подождите минуточку! – отвечаю водителю и бегу за Германом.
— Эй! Погодите.
Но мужчина уже закинул мои вещи на задние сиденье, повернулся ко мне лицом. Я остановилась, как вкопанная. В его расширенных зрачках отражался белый хрустящий снег и мое взволнованное лицо и больше ничего. Пустота.
— В машину, – скупо, одной фразой указывает.
— Нет, постойте, так дело не пойдет. Я с вами никуда не поеду. И вообще, отдайте мои вещииии.. ой! Ой! Отпустите меня!
Взвизгнув, забрыкалась, оказавшись перекинутой через плечо Германа!
Он обхватил мои ноги. Зафиксировал! А у меня закружилась голова!
— Да, что такое! Вы не имеете права со мной так обращаться! Поставьте меня! Немедленно!
— Эй! Мужик! – вдруг слышу голос водителя такси.
Я замолкла, обмякла. Потому как чувствую напряжение мышц Германа животом, даже через пуховик.
— Отпусти девушку! Ты что творишь?!
Услышала скрип. Можно было подумать, что это снег под ботинками, но нет. Это клацнули зубы Германа.
Он сделал несколько широких шагов. Открыл дверцу машины и загрузил меня на переднее пассажирское сиденье.
— Сиди тихо, не ори, – прошелся по мне взглядом, отчего в животе появилась судорога.
Потянул ремень безопасности. Навис надо мной. И меня тут же захлестнуло волной паника. Зажмурила глаза. Затаила дыхание. Рот наполнился ментоловым запахом одеколона мужчины. Сглотнула слюну, прогоняя приступ подступающей тошноты.
Нужно расслабиться, Ася! А иначе произойдет непоправимое, – одернула себя.
Мужчина управился в два счета, как будто для него это был пустяк.
Не глядя больше на меня захлопнул дверь. Направился к таксисту. Я, замерев в ожидании чего-то нехорошего, сама не заметила, как поддалась вперед, вытягивая шею.
Герман стоял ко мне спиной и загораживал собой весь обзор.
Мне стало страшно за водителя. Герман, как медведь Гризли, возвышался над беднягой и я была уверенна, что ему вообще ничего не стоит просто стукнуть таксиста по лбу, чтобы тот отбросил коньки.
Ох! Нет, я так не могу. Ведь жизни водителя угрожает опасность из-за меня. Я не прощу себе, если с ним что-то случится.
Я отвлеклась всего на миг, чтобы освободиться от удерживающего меня ремня, когда вдруг услышала дикий свист покрышек. Подняла взгляд. Герман направлялся к внедорожнику, а такси, как будто ветром сдуло.
Мамочка! Замерла в той позе в которой была, зависнув на мужчине.
Он вообще человек? Таких же не бывает?!
Высокий. Сильный. По-звериному опасный. Он, как голодный хищник, двигался пружинистым размеренным шагом, стремительно приближаясь к машине. В его глазах, чёрных, как два пламенных угля, можно было задохнуться от страха. Я поспешила опустить взгляд. Но это не помогло. Я вдруг задрожала. Мне впервые приходиться так тесно общаться с подобного рода людьми или .. бандитами?
И я не знала как нужно себя вести, ведь этот Герман – полная противоположность мужа! Что же делать!?
Дверь открылась, впустив в салон автомобиля белый хоровод снежинок и холод. Икнула! И тут же вжалась в сиденье.
— Замерзла? – покосился на меня мужчина.
— Не-ик-ет, – вылетело изо рта и я тут же его накрыла ладонью.
— Смотри не надудонь на сиденье от страха, – хмыкнул мужчина и, включив обогрев салона на полную мощность, подмигнул мне.
Добродушно?!
Мне кажется у меня и правда от страха в глазах начало мерещиться.
Я осторожно пододвинулась к двери.
— Куда вы меня везете? – судорожно спросила, дотрагиваясь до края куртки.
— Ну, вроде как на работу.
Отвечает Герман. У него с лица не сходила ухмылка. Веселиться, чтоб его. А мне не до веселья. Руки трясутся. В голове полный хаос.
— Но мне нужно сначала вещи отвезти, – покосилась на него.
— Хорошо, – скупо согласился со мной.
Перестраиваясь в крайнюю полосу, Герман разворачивается и едет по направлению к моему временному жилью.
Печка в машине греет знатно и уже через десять минут я полностью размякнув, будто хлебушек в теплом молоке, растеклась по сиденью. Теперь жутко хотелось спать. Бессонная ночь давала о себе знать, да и испытанный стресс от встречи с пока еще мужем и подругой тоже.
— Вот, – внезапно на мои колени лег белый конверт.
Меня аж затрясло. Что это? Деньги? Зачем? Или за что...
— Что вы себе позволяете? – мой голос дрожит от возмущения. – Вы меня пытаетесь купить? Или заплатить? Что это?
У Германа вытянулось лицо. И по тому какой он бросает на меня взгляд я понимаю, что сморозила несусветную чушь. Щеки покраснели. И чем дольше мужчина молчал, тем ярче они разгорались.
— Нет?! – бормочу и онемевшими пальцами открываю конверт.
— Это распоряжение от Светланы Петровны, – глухо, с вибрацией в голосе отвечает Герман.
И я чувствую, что ему с трудом удается сдерживать смех.
Боже, какая глупость вылетела из моего рта. Я готова провалиться сквозь землю. Готова сделать все, что угодно, лишь бы затолкать эти обвинения обратно.
— Простите, я немного расстроена, – смущаясь произношу, полностью сосредотачиваясь на том, что держу в руках.