Страница 64 из 126
Коварный нож в спину госбезопасности (об О. Калугине) № 106 (31309) 23–26 сентября 2022 года
Член-корреспондент Российской академии наук Жан ТОЩЕНКО в беседе с политическим обозревателем «Правды» Виктором КОЖЕМЯКО.
Если бы удалось предотвратить или вовремя остановить начавшийся разгром страны, официально поименованный горбачёвской «перестройкой» и ельцинскими «реформами», великий Советский Союз отпраздновал бы в декабре нынешнего года своё 100-летие. Однако замысел врагов социализма в роковом 1991-м был реализован. И колоссальную роль в этом, как народ наш всё более убеждается, сыграло предательство на высших этажах руководящих партийно-государственных органов.
Цель публикаций «Правды» под рубрикой «Личины оборотней» — рассмотреть персонально историческую вину особенно одиозных предателей, не имеющую срока давности. А о сегодняшней беседе можно сказать, что она в определённом смысле продолжает предыдущую («Бездна предательства — Александр Яковлев» в номере «Правды» за 19–22 августа с. г.). Их антигерои оказались по жизни связаны между собой. Но один возвысился по партийной линии, аж до постов члена Политбюро и секретаря ЦК КПСС, а другой — в системе госбезопасности, став генерал-майором КГБ, высокопоставленным руководителем его подразделений. О нём, Олеге Калугине, и пойдёт наш сегодняшний диалог.
— Жан Терентьевич, вот мы произнесли сейчас имя и фамилию очередного нашего антигероя. Но как вы думаете: знают ли, помнят ли его большинство нынешних читателей?
— Большинство вряд ли. Это как с Бурбулисом, который был ведь одно время по должности вторым лицом в государстве при Ельцине — следующим после самого ЕБН. А когда мы с вами беседовали об этом господине Бурбулисе, его уже совсем мало кто помнил. И на уход его из жизни несколько позднее, летом 2022-го, страна вовсе не прореагировала. Скажу так: по заслугам и честь.
— А было время, когда генерал Калугин гремел не только на всю нашу страну, но и на весь мир. Не забуду, какой эффект сразу же произвели первые его публичные выступления в конце 1980-х годов. Тогда удивить кого-либо «разоблачениями» советской действительности уже почти невозможно было, «чернуха» переполнила СМИ, однако и на таком фоне новоявленный антисоветчик сумел привлечь к себе огромное внимание. Немедленно ему предоставляют для этого и сверхпопулярный «Взгляд» на телевидении, и здесь же передачу «До и после полуночи», и все другие самые модные общественные трибуны…
— А как же! Он возник в общественном пространстве, можно сказать, на пике развернувшегося наступления против советского строя и СССР, когда для их врагов измена генерала КГБ стала особо востребованной. Его как раз в 1989 году отправили в запас, а вскоре и в отставку, так что он свободнее мог теперь развернуться и на митингах, и в интервью отечественным и зарубежным журналистам.
Официально КГБ квалифицировал его заявления как клеветнические, каковыми они в основном и были. Однако уровень ответственности за клевету и вообще за всяческие лживые выдумки дошёл в стране фактически до нуля, поэтому Калугин не признавал тормозов. А вырастивший его КГБ, как и другие силовые структуры страны, был среди первейших объектов для целенаправленного разрушительного шельмования. В общем, Калугин чувствовал себя на переднем крае антисоветской, антикоммунистической вакханалии, а его предыдущая многолетняя работа в разведке и контрразведке придавала ему особо высокий авторитет в восприятии многих слушателей и зрителей.
— При этом он действовал ведь не как одиночка? Поддержка у него была?
— Разумеется. Он и начал с выступления на конференции «Демократической платформы в КПСС», а затем стал активнейшим деятелем движения «Демократическая Россия».
— Насколько я знаю, всё-таки была тогда же попытка лишить его государственных наград и генеральского звания.
— Была. По представлению Комитета госбезопасности Указом Президента СССР от 29 июня 1990 года Калугин был лишён государственных наград, а Постановлением Совета Министров СССР — звания генерал-майора, персональной пенсии и других льгот. Но послушайте, что произошло дальше! После известных событий, связанных с ГКЧП, Указом того же Президента СССР, то есть Горбачёва, от 31 августа 1991 года всё прежнее было ему восстановлено.
— Как быстро-то! Отсюда явствует, что из столкновения с прежним руководством КГБ он вышел полным победителем.
— Так и есть. «Сверху» перед ним уже прямо-таки заискивают. После августовских событий 1991-го выдвигают советником нового председателя КГБ — Вадима Бакатина, а новый начальник Московского управления КГБ Евгений Савостьянов, создавший при себе общественный совет, включает в него и Калугина.
— Интереснейшая ситуация. Вот вы назвали Бакатина. Что же это значит? Один предатель становится (официально!) советником другого предателя, в данный момент более высокопоставленного и не менее отвратительного. Известно же, что этот Бакатин был первым секретарём двух обкомов КПСС, а в КГБ Горбачёв его назначил по инициативе Ельцина, чтобы он скорее сдал и развалил там всё до крайности. И как он действовал, мы знаем по факту сдачи американцам секретной техники КГБ в их московском посольстве.
— Да, что уж и говорить: КГБ — на службе США, офицеры ЦРУ — в офисах Чубайса и других властных чиновников «новой России»… Такой стала горбачёвско-ельцинская реальность.
— Знаете, в то время довелось мне по делам попасть в знаменитое здание КГБ на Лубянке. Ужасающие картины открылись взору там! Словно в какой-то странный день открытых дверей. Как будто разоружили после погрома ответственных ранее людей и бросили в этом огромном доме на произвол судьбы. И вот они праздно слоняются по этажам, сидят кучками в холлах, покуривают, переговариваются вполголоса… Короче, не знают, что им делать и куда себя девать.
Запомнился разговор с высоким по рангу сотрудником. Достав из стола объёмистую папку, он посетовал: «Вот тут дело на российского министра, который обогатился за счёт советской недвижимости в бывшей ГДР. Следствие должно этим заниматься, а я ничего поделать для этого не могу. Чувствуешь себя как в тёмном дремучем лесу».