Страница 5 из 25
Их, как это тогда было принято, “раскулачили” и отправили в Сибирь. Хорошо хоть разрешили своим ходом и двумя подводами. Бабушка рассказывала ему эту историю, когда Алексей был маленьким, жалела ту семью. Говорила, что они на самом деле всего лишь хорошо работали и грамотно вели хозяйство.
Теперь, когда Алексей сам занимается бизнесом почти круглосуточно семь дней в неделю, он понимает, о чем говорила его бабушка.
Что ж, выходит, у усадьбы вновь есть хозяйка.
— С какого хрена я сегодня в костюм-то влез, спрашивается? — обругал себя мысленно и пошел к машине за сумкой с вещами.
Занес вещи в дом, разобрал сумку, переоделся в джинсы и футболку — одежду, которую не надевал уже лет пять, — и вышел на крыльцо.
Вдохнул полной грудью и задержал дыхание.
Выдохнул медленно вкусный воздух и поднял лицо к небу. Вечерело.
Солнце окрашивало пруд в золотисто-розовые тона. По воде скользили лебеди, и Алексей поймал себя на мысли, что не помнит, когда вот так, никуда не спеша, смотрел на закат.
Именно в этот момент он её и увидел.
Девушка шла по тропинке вдоль пруда с ведром в руках. Рядом с ней трусила огромная немецкая овчарка. Бежала спокойно, без поводка и намордника. И ведь никого здесь это не пугало!
Длинные рыжие волосы девушки были убраны в хвост, но всё равно развевались на ветру, белое легкое платье было простым. Оно не облегало стройную фигуру девушки, но и не висело на ней балахоном.
Незнакомка двигалась так легко и грациозно, словно была частью этого пейзажа — золотого заката, спокойной воды, лебедей на пруду и даже стрекота кузнечиков.
Девушка, словно почувствовав его взгляд, подняла голову и встретилась с ним глазами. Даже на расстоянии Алексей различил, что они у нее яркие и зеленые. Она же, встретившись с ним взглядом, совсем не смутилась. Улыбнулась, словно старому знакомому, и помахала ему рукой.
— Добрый вечер! Вы, наверное, и есть Алексей? — крикнула она. — Я Даша! Я жила в вашем доме два года. Теперь вот присматриваю за ним.
Голос у неё был чистый и звонкий.
“С таким бы голосом — да на сцену!” — подумал Алексей, спустился с крыльца и пошёл навстречу. Собака насторожилась, но девушка успокаивающе положила псу руку на холку.
— Не бойтесь, Рекс у меня добрый, хоть и выглядит устрашающе, — рассмеялась она, потрепала собаку, успокаивая. — Так что охранник из него никудышный.
Вблизи Даша оказалась ещё красивее. Точеные черты лица, чуть вздернутый нос, пухлые губы и ни грамма косметики. Веснушки на переносице и щеках лишь придавали ей шарма, как и удивительные, цвета молодой листвы, глаза с золотистыми искорками.
— Спасибо, что ухаживали за домом, — сказал Алексей, чувствуя, что смотрит на неё слишком пристально, но не может себя заставить отвести взгляда. — Я готов вам заплатить.
— Не нужно, — отмахнулась Даша. — Ваша бабушка была очень доброй, всегда меня угощала пирогами, когда я маленькая была. Это я по памяти, ну и в благодарность, что разрешили пожить в доме. — Она наклонила голову набок и спросила, глядя на него открыто: — Вы надолго к нам?
— Не знаю, — честно ответил Алексей. — Планирую на пару недель, а там как пойдет…
Он правда и сам не знал, что и как должно было пойти, чтобы он захотел тут остаться. Даша кивнула, словно понимая.
— Если что-то будет нужно — обращайтесь. Я вон там живу, — она кивнула на усадьбу. — Одна, если не считать Рекса, кур и двух коз. Хотите, я молоко парное принесу вам завтра? У меня как раз завтра будет лишнее. Одни дачники уехали, а другие ещё не заехали. Так что я могу…
— Хочу, — согласился словно под гипнозом, хоть и не помнил, когда он в последний раз пил парное молоко. — Я куплю. Вы же продаете, да?
Даша кивнула и посмотрела на него ещё раз, долгим, оценивающим взглядом, но больше ничего не сказала, погладила пса по загривку и пошла по тропинке дальше.
Алексей остался стоять у калитки и смотреть ей вслед, наблюдая, как белое платье колышется при каждом шаге, как закатное солнце играет в рыжих волосах девушки и самым бессовестным образом делает её платье прозрачным, открывая прекрасную фигурку.
Этой ночью Соболев долго не мог уснуть. Лежал на старой железной кровати, слушал звуки деревенской ночи — стрекот сверчков, кваканье лягушек, шорох ветра в листьях — и думал о зеленых глазах и об удивительной красавице.
И странное дело, ведь она же тоже жила в этой деревне, но он абсолютно её не помнил. Почему?
Или всё-таки не жила?
“Надо будет завтра познакомиться с ней поближе”, — принял решение и наконец уснул.