Страница 72 из 129
— Много веков назад отсюда начиналась земля, которую наши предки называли Русью. Здесь князья собирали дружины. Здесь крестили народ. Здесь строили храмы, торговали, спорили, любили, воевали, растили детей и хоронили стариков. Здесь не было лёгкой жизни. Но была жизнь большая.
Толпа слушала.
— Потом пришли времена тяжёлые. Русь разорвали междоусобицы. Ослабили жадность и гордыня. Пришли чужие силы. И великий город оказался оторван от тех земель, с которыми был связан кровью, языком, верой и памятью.
Я сделал паузу.
— Россия вернула Киев не для того, чтобы сделать его далёкой окраиной. И не для того, чтобы забыть его историю. Киев не окраина.
По площади прошёл гул.
— Киев — столица Руси. Одна из трёх столиц нашей Империи. Петербург — окно в северные моря и Европу. Москва — сердце старой России. Киев — древняя колыбель Руси, её южная сила, её память и её путь на запад.
Кто-то первым крикнул:
— Слава!
Потом подхватили другие.
Я поднял руку.
— И потому объявляю: отныне учреждается Великое Киевское княжество. Не как частное владение. Не как подарок фамилии. А как коронная земля особой чести и особой ответственности.
Люди замерли.
— Его правителем до особого решения буду я сам. Император Российской империи и Великий князь Киевский.
На этот раз площадь взорвалась.
Крики, шапки в воздухе, звон колоколов. Кто-то плакал. Кто-то крестился. Казаки гремели саблями о сапоги. Старый священник у края площади опустился на колени, и за ним начали опускаться другие.
Я смотрел на это и чувствовал странное.
Не радость победителя.
Страх.
Потому что теперь я не мог ошибиться просто как молодой человек. Ошибка императора — это не неловкость. Это чьи-то разрушенные дома, пустые поля, вдовы, сироты и могилы.
Анна стояла рядом.
Её пальцы нашли мою руку.
И я выпрямился.