Страница 20 из 63
Глава 7
— Ну, рассказывайте, — велел магистр, пристально нас рассматривая.
— Я спала, а потом вы разгромили полдома, — коротко отчиталась я.
Дель Моро зачерпнул каши и хмыкнул, устремив взгляд на Алана, но тот не стремился делиться своими приключениями.
— Я вижу, что тобой неплохо перекусили, — констатировал магистр, показывая ложкой на Алана.
— А ваша защита не сработала, — с намеком подняла я бровь.
— Сработала, в тебя же не вселился злобный дух, — резонно заметил дель Моро. — К сожалению, от дурных снов она не защищает, да и не хватило мне некоторых вспомогательных элементов, чтобы как следует вас оградить. Вымокли благовония, да и соль всю вымыло. Хорошо хоть что-то нашел в кладовке.
Я тяжело вздохнула и сказала:
— Нам нужно лучше подготовиться и купить хотя бы минимальную аптечку.
Магистр кивнул и бросил внимательный взгляд на Алана.
— Вспомни, за что тебя призрак смог зацепить и переживи это. Напиши на бумажке и сожги, поругайся, покричи, можешь с кем-то поделиться, мы не против. Но тебе надо это пережить и перерасти, иначе тебя любая более менее сильная потусторонняя сущность запросто перемолет, — сказал дель Моро строго парню.
Алан помрачнел, но кивнул.
— Мы же не случайно вышли к этому призраку? — спросила я.
Магистр пожал плечами.
— Здесь явно побывал наш некромант. Никакой призрак не смог бы нарастить такую мощь за сто лет, только если ему не приносили жертвы, в чем я сомневаюсь. А вот некроманту напитать дух той самой энергией, позволяющей перейти на следующую ступень, вполне под силу.
— А призрак что-нибудь сказал? — спросила я. — Если он сталкивался с этим некромантом, может, знает, чего он хочет.
Магистр задумчиво на меня посмотрел.
— Так, план такой, — сказал он, — Я пойду в Нью-Броген. Поищу какую-нибудь работенку, куплю необходимое. Ты останешься с Аланом. Он будет спать, а ты читать главу про призраков.
Я не дала на этот раз Алану еще и разбираться с посудой. А когда закончила отмывать тарелки, долго не могла никого найти. Вышла на улицу и только тогда услышала голоса.
— Я не сбегу, — тихо отвечал Алан магистру.
— Ну, допустим, сейчас для тебя это будет сложновато, но вполне возможно, — согласился магистр. — Доверия у меня к тебе пока мало.
— Вы боитесь, что я убегу, а оставить со мной наедине свою помощницу не боитесь? — саркастично спросил Алан.
— Все верно. Чу́дно, что мы разобрались, — подтвердил дель Моро.
Мне уже было видно, как Алан собирал мелкие абрикосы с низко-свисающих ветвей старого, высокого дерева в погнутый, дырявый бидон. Ногами он приминал высокую крапиву, чтобы подобраться к плодам. Магистр стоял рядом и ел абрикосы.
— Я никуда не уйду пока. Кто-то же должен присмотреть, чтобы с Эллой ничего не случилось, пока вы совершаете подвиги, — буркнул Алан и подпрыгнул, хватая новую ветку.
Я обошла огромный куст барбариса, и меня наконец-то заметили. Магистр с улыбкой щурился на солнце. Алан не отвлекался от своего занятия.
Дель Моро неожиданно потянул у меня из резерва магии и обхватил у Алана запястье руки, удерживающей ветку.
Алан дернулся, но магистр уже отпустил его руку и пошел ко мне. Меня некромант отвел метров на десять от Алана и также дотронулся до запястья. Я вздрогнула от прохладного покалывания на коже после прикосновения магистра. Снова какое-то некромантское заклинание. Присмотревшись, я заметила, как в свете солнца еле заметно светилась, связывающая нас с Аланом нить магии. Я дернула рукой дальше обозначенного предела и почувствовала болезненный укол в запястье.
— Вот теперь я спокоен, — прокомментировал это безобразие дель Моро и бодро пошел в сторону дороги.
Мы с Аланом одинаково раздраженно смотрели ему вслед.
Парень сорвал еще несколько абрикосов и подошел ко мне. На нем была чистая одежда, а русые, выгоревшие на солнце до белизны волосы еще не до конца высохли. Одна я вся пыльная.
— Пойдем, — позвал меня Алан и повел через заросли к каменному колодцу с массивной, потемневшей от времени и начавшей рассыпаться по краям деревянной крышкой.
Рядом стояла огромная кастрюля, литров на двадцать, не меньше.
— Вода через пару часов вода нагреется на солнце, и ты сможешь помыться, — сказал Алан и кивнул на кусок мыла на крышке колодца. — Если сильно хочешь, можем на плите погреть.
Я посмотрела в его усталое лицо и качнула головой. Даже под золотистым загаром была заметна неестественная бледность.
— Иди отдыхай, я разберусь.
Алан кивнул и отдал мне бидон, полный абрикосов. Ушел он не сильно далеко. Но длинны нити хватило на то, чтобы парень зашел в кухню. Высокая трава удачно закрывала меня со всех сторон.
Я потрогала прохладную воду в кастрюле и решила пока не торопиться.
Абрикосы и учебник Алана скрасили мне ожидание. Сам парень спал на кухне, в углу, на лавочке. А я осознала, какой глупый вопрос задала магистру. Призраки не помнят свое посмертье и прошлую жизнь, ну, может, только если очень фрагментарно. Весь фокус их внимания сосредоточен на каком-то удерживающем факторе, сильной эмоции. Призрак может помнить какое-то очень важное событие и свое отношение к нему. Обычно их держит желание отомстить, ненависть, иногда вина за страшный грех, который они не могут простить себе. Так что, и в последнем случае призрака держит ненависть, только к себе.
Я от удивления чуть не выронила абрикос, когда обнаружила, что все окна второго этажа были заложены камнем. Хотя вчера коттедж выглядел совершенно обычно. Я хорошо это запомнила, потому что отметила, несмотря на всеобщее запустение, стекла в доме были все еще целы. Один угол второго этажа магистр снес напрочь. Крыша немного просела там, хотя еще держалась. А вот на первом этаже вся южная половина дома оказалась без стекол. Только кухня и крыло прислуги не особо пострадали, потому что были далеко от той гостиной, в которой мы ночевали.
Мыло у Алана оказалось неплохое, с легким хвойным запахом. Но волосы мне удалось промыть с трудом. Там застряло немало мелкого мусора и даже несколько осколков стекла, отчего я порезала палец.
В остатках воды я постирала многострадальное платье. Только пришлось потрудиться, чтобы набрать еще воды в колодце на полоскание. Положить крышку на место я и пытаться не стала.
— А кто это тут у нас? — застал меня врасплох мужской голос.