Страница 5 из 33
Глава 2
Стою рядом с Милой и все еще пытаюсь осознать, что эта очаровательная белокурая непоседа — моя дочь.
Мозг отказывается принимать новую реальность.
Пять лет.
Пять лет я не знал, что у меня есть ребёнок.
Как Таня могла так поступить?
Хотя.. зная её гордость..»
Мила поднимает на меня свои огромные голубые глаза, кажется устав ждать записку от доктора.
Хватило ее на две минуты ожидания.
Непоседа.. Вся в меня.
— Папа, а мы пойдём гулять? — спрашивает она, смешно складывая губы. — Мама обещала, что когда ты найдёшься, мы будем гулять каждый день! Не только когда после садика идем или у мамы выходной.
— Эээ.. найдёшься? — переспрашиваю ее, пытаясь все же понять, что дочери сказала Таня.
О том, кто ее отец она девочке сказала.
А вот где я? Очень интересный вопрос. И мне нужно это знать, чтобы поддержать легенду и не ломать ребенку психику.
— Да! — кивает Мила. — Мама говорила, что ты потерялся, но обязательно найдёшься. Что ты очень быстрый, поэтому уже быстро ищешь нас. И еще мама сказала, что ты будешь самый лучший папа на свете!
Потерялся..
Ну да, можно и так сказать..
Потерялся в своих амбициях, контроле и дурацких представлениях о семье».
— Конечно, солнышко, — хрипло отвечаю я. — Мы будем гулять. И не только гулять.
— Ура! — Мила хлопает в ладоши. — А мороженое точно будет? Мама иногда обещала, но не покупала, потому что у нас было мало денюшек.
Мало денег!
Моя дочь знает что такое мало денег, в то время, пока я даже не знаю сколько у меня на счетах.
Нет, я точно дождусь, пока Таня придет в себя, чтобы придушить!
Мало того, что ушла беременной! Так еще и такой чуши мою дочь учит! Приучила ее!
— Будет, — отвечаю, напряженно глядя перед собой и представляя все то, что хочу сделать со вторым родителем своей дочери. — Всё у тебя теперь будет, родная!
— Папа, — Мила вновь привлекает мое внимание. — А почему ты такой грустный?
— Я не грустный, — быстро отвечаю, натянув улыбку — Просто.. думаю, куда бы нам пойти сначала. Может, в парк?
— В парк! — радостно вскрикивает Мила. — Там качели! И утки! И мороженое!
— Значит, в парк, — составляю план. — Но сначала.. — я оглядываюсь по сторонам. — .. нам нужно кое-что обсудить.
— Что? — Мила смотрит на меня с любопытством.
— Правила безопасности, — торжественно объявляю. — Правило номер один: никаких разбираний часов. Правило номер два: держаться за руку на улице. Правило три..
— Мороженое каждый день? — с надеждой перебивает она.
Я не выдерживаю и смеюсь:
— Ладно, пусть будет правило три: мороженое — по особым случаям. А особых случаев у нас будет много.
— Ура! — Мила снова хлопает в ладоши. — Ты самый лучший папа! — кидается ко мне на шею обнимать, не дав договорить все правила.
Но и они теряются, когда я чувствую эту неописуемую любовь ребенка. Моего ребенка.
Я чувствую себя лучшим папой..
Лучшим папой, который только что узнал о существовании своего чада..
Позор!
Подойдя, врач приносит записку, вслух озвучивает еще раз названия, на случай если его вполне аккуратный почерк окажется неразборчивым. Убеждаюсь, что меня будут держать в курсе состояния Татьяны, и отпускаю доктора.
— Пойдём, — произношу и беру Милу за руку. — В парк. К качелям, уткам и.. возможно, мороженому.
Мила радостно подпрыгивает рядом, болтая ножками, а я иду по коридору больницы, крепко сжимая её маленькую ручку.
В голове всё ещё хаос, но одно я знаю точно, что теперь я отец и бездельничать нельзя. Нужно взять ответственность за этого ребенка. Благо у меня есть и финансовые и моральные возможности это сделать.
Да и отпуск у меня. Время познакомиться и позаботится о дочери тоже есть. Но няню я все же найму. Лишним не будет.
Выхожу из больницы, слабо держа маленькую бандитку за руку.
У нее рука размером в два моих пальца.
Крошечная..
Боюсь даже сжать ее ручку чуть сильнее. Сломаю ведь, точно!
Мила вертит головой во все стороны, как маленький любопытный совёнок, и сыплет вопросами быстрее, чем я успеваю на них отвечать.
— Папа, а почему у той тёти такая большая сумка? — озвучивает она очередной свой вопрос, который появляется в ее голове кажется рандомно. — Она туда слона спрятала?
— Эээ.. вряд ли, — улыбаюсь, а в голове тут же всплывает этот вид. — Наверное, там много нужных вещей.
— А вон та машина красная, как конфета! — малышка пальчиком указывает на ближайшую тачку. — А мы поедем на такой?
— Нет, солнышко, мы поедем на моей, — отвечаю, стараясь выдержать наплыв интереса. Так-то у меня племянники есть. Я к такому привык, но, пожалуй, дети брата не такие болтливые. — Она не красная, но очень удобная.
— А она быстрая? Быстрее конфеты?
— Быстрее, — смеюсь, на секунду даже застыв. Завидую детям. Могут задавать любые вопросы и нести такой бред порой.. Никто им и слова не скажет. — Хотя конфеты обычно не особо торопятся.
В моем детстве у меня такой роскоши не было. Вначале няньки, на которых меня скинули родители. Затем уход отца из семьи, и появление отчима, который тут же меня в Суворовское сдал..
Поймав взгляд водителя, который ждёт у обочины в моём чёрном внедорожнике, подзываю его. Мила замирает, разглядывая машину из которой тот выходит.
— Ого! — восхищённо выдыхает малышка, открыв свой небольшой ротик так широко, что мне тут же хочется себе врезать. Пока я жировал, моя дочь даже не видела таких машин. Позор мне как отцу. И нотации ее матушке за то, что лишила свою дочь всего этого. — Она как замок на колёсах!
— Можно и так сказать, — открываю дверь. — Залезай, принцесса.
Мила забирается на заднее сиденье, я устраиваюсь рядом. Знаю, что без кресла детского в машине нельзя, но пока мы с Милой погуляем, водитель все купит. Сейчас его взять неоткуда.
— Поехали домой вначале, — обращаюсь к малышке. — Я переоденусь, наверное. А потом что-нибудь придумаем.
— Хорошо, — отзывается она.
— Домой! — говорю водителю.
— Домой! — радостно хлопает в ладоши Мила, кажется копируя меня, и гордясь собой. — А он большой, твой дом, папа? Больше, чем детский сад?
— Намного больше, — киваю я. — Там есть сад, бассейн и даже комната для игр.
Последняя для племянников. Они часто остаются в моем доме, когда приезжают в Москву с родителями.
Мне не жалко. Дом все равно пустой стоит, пока я на службе.
— Бассейн? С водой? — глаза Милы загораются.