Снегурочка

Какие-то смутные нехорошие подозрения стали зарождаться в моей голове, но Антон опередил их.

— Мой приятель Димка, снимал всё это шоу на видеокамеру. А камера у него дорогая, с хорошим зумом...

У меня внутри всё похолодело..

— Ну, и сволочь же ты! — от обиды я готова была заплакать.

— Запиши мой номер, — сказал Антон, — он у меня простой. Номер квартиры, номер дома и номер школы..

Я не дослушала его..

Схватив свои вещи, я рванула к входной двери. Не одеваясь, взяв в руки сапоги, куртку и пакет с купленными вещами, я как была, голая и вся в краске, вышла на лестничную клетку.

— В субботу вечером приходи, — успел крикнуть мне в след Антон, прежде чем я захлопнула за собой дверь.

Было уже достаточно поздно и, слава богу, на лестнице мне никто не встретился. Спустившись на один этаж, я оказалась у двери в свою квартиру. Пока я искала ключи в сумочке, я поняла, что испачкала в краске и куртку и сапожки. Хорошо, что новое платье и туфли были в пакете.

Оказавшись в квартире и включив в прихожей свет, я увидела в зеркале себя.. Почти всё моё тело было замазано белой краской, особенно моя грудь, ножки и писечка.. Я смотрелась очень необычно. И что самое интересное, я не выглядела голой, несмотря на то, что была полностью обнажена. Этот факт меня немало удивил..

Краска уже начинала подсыхать и неприятно стягивала кожу — надо было её срочно смывать.

Забравшись в ванну и включив воду, я стала отдраивать себя. Краска отходила очень неохотно и я уже начала беспокоится — смогу ли я её вообще отмыть. Я не жалела мыла, но моя мягкая мочалка плохо справлялась с краской. Я догадалась взять губку для посуды и стала тереть грубой стороной — вот тогда краска стала отходить. Но было довольно больно тереть тело такой губкой, особенно, когда отмывала самые нежные свои места. Грудь покраснели, сосочки набухли и неприятно зудели. Больше всего я промучилась, конечно, со своими складочками, драила губкой, чуть ли не выворачивая писечку наизнанку.

Но внутри помыть всё равно не получалось. Я посмотрела вокруг, и взгляд мой наткнулся на зубную щётку. «Это вариант», — подумала я.

Намылив щётку, я стала оттирать внутренние стенки влагалища. Было больно и неприятно. По мере того, как кровь приливала к моим половым органам, боль постепенно притуплялась и уступала место растущему возбуждению. Я уже более смело работала щёткой и моя бедная писечка просто горела огнём.

Наконец я отмыла от краски своё тело. Кожа на теле в местах где я тёрла наиболее интенсивно покраснела и зудела — я вся была в красных пятнах. К этому моменту я уже так устала, что отмывать куртку и сапоги сил уже не было.. Я завалилась спать.