Страница 10 из 45
Мне не дали стать матерью в моём мире, оттого приложив к груди эту маленькую, прекрасную девочку я…я полюбила её в тот же миг, так сильно, будто несколько часов назад сама родила её в муках.
Голос срывается. Я всё-таки не железная. Мне больно. Так, больно, что даже думать о том, что он мог сделать с новорождённым ребёнком своими руками, своими проклятыми когтями, у меня темнеет перед глазами.
— Он слеп, Мел. Совсем слепой. И, скорее всего, лежит без сознания, если его «стабилизировали». Я изменю внешность, покрашу волосы в тёмный, куплю другую одежду, изменю походку. Я похудела. Боги, как же я похудела за этот год! Лицо заострилось, скулы выпирают. Меня не узнаёт родная мать, если бы она была жива.
Она молчит. Сжимает губы.
— Пойми, — я почти умоляю, хотя никогда не умоляла никого. Вцепилась в неё взглядом, как в последнюю соломинку. — Для меня это шанс. Единственный. Я никак иначе не попаду в его дом. Никак!
Мелисса качает головой. Отводит ладони от моего лица. Её лицо становится застывшей маской безысходность, скорбь, что-то ещё, чему я боюсь дать название. Она будто окаменела. Одеревенела.
— Милая... — шепчет она. — У тебя сильный дар. Очень сильный. А что, если этот Дарен Хейз поймёт? Если он раскусит, что ты можешь исцелить Лиара? Тебя не выпустят, пока ты не сделаешь это. И...
— И за это я возьму высокую плату, — перебиваю её. Твёрдо. Холодно. — Я больше не та Алана, которую отправили на Рояло. Я изменилась, Мел. Моя работа тоже имеет цену — высокую цену. Я больше не жена этому бессердечному чудовищу. Меня не за что упекать обратно в Рояло. Не за что.