Границы (без)опасности

– 43—

После бессонной ночи я отрубилась как младенец. Я спала, и мне снился такой странный, но приятный сон…

А потом вдруг оказалось, что это не сон. Что это действительно господин телохранитель, который – чтоб его налево! – внезапно решил занести меня в квартиру на руках, словно какую-то Спящую красавицу, и с превеликой осторожностью расстегнуть каждый ремешок босоножек.

Святые шестеренки!

Угу, и именно эти шестеренки крутились у меня в груди, заставляя сердце бешеным поршнем качать кровь, пока за Стасом закрывалась дверь. Ох-х-х… что это было? Сердце грозило вырваться из плена ребер, а пульс, наверное, зашкаливал за сто семьдесят, поднимаясь в далекие дали небывалых нагрузок.

Я лежала, глядя в потолок, и не могла, не хотела, не желала даже шевелиться.

* * *

Сжимая в руках огромный бумажный пакет, я замерла у дверей выделенного Стасу кабинета-каморки. Мне удалось незаметно проскользнуть мимо него – магическим образом, честное слово! – и забрать пакет из доставки. Первый пункт плана выполнен, вернее, второй, потому что первым был потрясающий внешний вид, который я сегодня наводила с шести утра: ванная с пеной и маслами, масочки, скрабы, тоники, бальзамы. Ух! Зато теперь кожа моя сияла, и макияж это лишь подчеркивал, волосы были уложены идеальной волной, каждая клеточка тела была нежна, прекрасна и готова к соблазнению.

Я вздохнула, покрепче перехватывая пакет, и поправилась: не к соблазнению, а к жалкой его попытке, потому что так просто этот Снежный король не сдастся. Да и, если честно, не хочу я так просто! Именно сегодня утром, выбирая из кучи платьев то самое единственное, которое произведет фурор, я осознала одну вещь: моя попытка завладеть вниманием Стаса действительно похожа на охоту. Я никогда особо не «ловила» мужчин, считая это неинтересным, но телохранитель оказался особенным. Он не хочет подчиняться, смотреть на меня плотоядным взглядом и всем своим видом намекать на то, что уже попался на крючок. Он недоступен, а потому желанен.

И, с одной стороны, я чертовски боюсь, что, заполучив его, потеряю всякий интерес. А с другой – мечтаю об этом, чтобы в голове вновь прояснилось, а тело не желало чужих прикосновений. Эй, детка, тебе вечность не нужно было мужика, что стряслось теперь?

Но, как бы то ни было, платье выбрано. Прекрасное, шелковое и длинное – почти до самого пола, оно идеально ложилось по фигуре, струясь по телу как вода. Длинный разрез по бедру позволял удобно двигаться, а тонкие лямки можно было просто спустить с плеч и… хм… очень эротичное платье. Слегка вечернее, но с моим выбором нарядов для работы никто не удивится такому. К тому же его красота до поры до времени была скрыта под тонким черным кардиганом, в который я куталась все утро, чтобы Станислав не заметил подвоха.

Зато не куталась сейчас. Итак, говорят, путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Я в это не особо верила, но понимала, что единственный способ попытаться спокойно разговорить сурового гвардейца – предложить ему еду. А вечером закрепить результат.

В последний раз глубоко вздохнув, я откинула кардиган на стоящий в коридоре пуф и гордо зашла в кабинет к Стасу.

– Станисла-ав, – протянула с улыбкой, водружая бумажный пакет на свободную от мониторов часть его стола. – Кушать подано!

Он поднял на меня удивленный взгляд и… завис. Уверена, что завис! Потому что лицо гвардейца оставалось бесстрастным, зато взгляд красноречиво прошелся по краю декольте, обвел ключицы, горячим прикосновением опалил плечи, а потом остановился на заканчивающемся на середине бедра разрезе. О, малыш, увидел бы ты мое белье. Нежный и прекрасный комплект.

Меня бросило в жар. Днем. В офисе. Посреди обеда. Фа-а-ак! Надеюсь, это все не напрасно и Стасу тоже сейчас всепоглощающе жарко.

– Я могу сходить в столовую, – наконец выдал он, отводя взгляд.

– Можешь, но мы будем есть здесь! – безапелляционно заявила я и, повернувшись, захлопнула дверь.

Оставлять помещение открытым, когда мы здесь только вдвоем? О нет, ни за что! Ничего лишнего и личного в офисе – иначе сгорю со стыда каждый раз, когда буду вспоминать, – но жить становится легче и приятней, когда никто не пытается каждую секунду заглянуть к вам в кабинет. Правило офисной жизни.

– А как же Сергей Всеволодович? – подал голос телохранитель, когда я принялась расставлять на столе блюда из пакета. Не зная, что именно предпочитает Стас, я заказала роллы и пару салатов. Если он не ест рыбу или нори, сможет хотя бы пожевать классический «цезарь», а если что-то останется, поставлю в холодильник и доем завтра.

– А что он? – вполне искренне удивилась я, думая в этот момент о том, куда бы вместить тот самый салат. Места на столе Стаса категорически не хватало.

– Вы всегда обедаете вместе.

– Не всегда, – я пожала плечами. – Где хотим, там и обедаем. Просто раз уж приходится делать заказ ему, заказываю и себе.

– Что изменилось сегодня? – протянул Станислав.

Я вздохнула, поставила все же салат в опасной близости к краю и посмотрела на телохранителя. Отшутиться или ответить честно?

– Захотела пообедать с тобой. Это запрещено?

Честность победила. А потом наступила тишина: мы смотрели друг другу в глаза, словно играли в гляделки, в беззвучном противостоянии. Кто победит? Меня сейчас выставят из кабинета, надев на голову коробку с самой горячей темпурой? Или Станислав сдастся, приняв простой ответ?

– Не запрещено, – наконец отозвался телохранитель. – Сколько с меня?

– За счет заведения, – облегченно рассмеялась я. – Считай, работа кормит.

И пододвинула к нему коробочку с моими самыми любимыми роллами. Да-да, с теми самыми, с апельсинкой. Потом заботливо открыла палочки и положила перед Стасом, не удержавшись от соблазна коснуться мизинцем его руки. Телохранитель даже в лице не изменился, но к еде не приступил. Пришлось подтаскивать к столу второй имеющийся в каморке стул, располагаться поудобнее и подавать пример. Аккуратно, эротично… нет, с эротичностью я загнула, конечно. Роллы в этой фирме слишком крупные, и когда их ешь, напоминаешь скорее хомячка, чем сексуальную красотку.

Зато хомячка накормленного и довольного жизнью, так что я, украдкой вздохнув, с наслаждением зажевала первый кусочек. Стас все это время внимательно за мной наблюдал.

– Что? – пробормотала я, наконец прожевав.