Страница 8 из 182
И они выпили. Стас – сока, а Лисин – коньяку. И снова выпили, и опять. От осознания, что это последняя такая встреча с бывшим клиентом, Вероцкому было горько. Как он без добродушного подшучивания Александра Эдуардовича и тостов, выпиваемых вместе с соком из коньячного бокала? Как-как… так же, как последние несколько лет обходился без друзей.
К концу вечера уровень горечи поднялся до максимума, а усталость обещала окончательно его подкосить. На часах было ровно три, а Стасу еще требовалось добраться до офиса и до родной квартиры, собрать все вещи, распознать каракули Рассольцева…
Естественно, когда через полчаса он покинул Лисина и наконец-то зашел в подъезд родной многоэтажки, все планы рухнули как карточный домик.
– Кажется, до четырех я точно не управлюсь, – вздохнул Стас, переступая порог квартиры.
Вещи он впихивал торопливо, выбирал только самое необходимое: полотенце, зубная щетка, мыло (подойдет и вместо геля для душа, и вместо шампуня на первое время), пара домашних футболок, джинсы, два костюма для офиса (под которыми не видно портупеи), три рубашки (чтобы не гладить каждый день). Все. А также обязательные нож и пистолет. За остальной одеждой и оружием приедет после.
Пять часов ночи. Пять. Гребаных. Часов. Ночи. А Стас только-только смог доехать до работы, отыскать камеру среди завалов хранилища – какой идиот только сейчас за него ответственный? – отписаться в журнале и с трудом припарковаться у дома клиентки. Осталось последнее – каракули.
– Да кто, блин, так пишет? – в который раз выругался Вероцкий, крутя бумажку в свете фонарика.
«Ленинский проспект, дом 48, квартира…»
Улицу Стас разобрал, номер дома тоже, но в квартире после тройки значилась то ли пятерка, то ли шестерка, то ли какая-то неведомая крокозябра. Если б он не знал, что выбирать нужно между пятеркой и шестеркой, вообще сказал бы, что это ноль! Еще и усталость давала о себе знать: глаза слипались, а голова раскалывалась. Вот вам и бравый телохранитель, пасует перед лицом обычного сна.
В какой-то момент Стас честно хотел сдаться и поспать в машине, чтобы с утра перезвонить заказчику и все же переспросить номер квартиры. И он бы так и сделал, если бы…
Нет. Не мог Вероцкий показаться перед этой вылизанной девчонкой с картинки хмурым, небритым, всклокоченным и во вчерашней одежде. Нужно добраться до квартиры хотя бы для того, чтобы побриться и сменить джинсы на костюм.
Шестерка! Точно, шестерка. Стас решительно вылез из машины и направился к подъезду. Ничего, если на пороге будет стоять целая выстройка туфель, он сразу же сможет ретироваться. Зато поймет, что квартира не та.
Но туфель на пороге не оказалось. Как и электричества: то ли ремонтные работы, то ли пробки выбило. Плевать, завтра проверит. Стас посветил фонариком, пристально разглядывая абсолютно чистую прихожую и такую же обезличенно-белую гостиную. Что ж, кажется, туда попал! Он облегченно вздохнул, присел на диван на пять минут, собираясь хотя бы вытащить костюм на завтра.
Но диван оказался таким мягким…
…а пробуждение таким жестким. Хмурым, небритым, всклокоченным и во вчерашней одежде.